Итак, приступим.
Общая характеристика периода. Он начинается с того момента, когда человек овладевает членораздельной речью. Основной источник пищи — собирательство, а также ловля рыбы, моллюсков и других обитателей воды. Охота добавляет к рациону мясо — очень важный элемент. Оно гораздо питательнее растений. Но охота не всегда результативна и потому ненадёжна. В это же время возникает людоедство, которое сохраняется у некоторых народов длительное время: вплоть до Нового времени. Пищу готовят на огне, который получают трением. Орудия труда каменные: сначала примитивные (нижний палеолит), потом более качественно обработанные и специализированные. Это каменные топоры, копья с каменными наконечниками, гарпуны, скребки, кремневые ножи и т. д. Одновременно с этим человек учится изготавливать предметы быта из дерева: деревянные (долблёные) и плетёные сосуды, лодки из цельного ствола. Из пещер люди переселяются в самодельные жилища. Период дикости заканчивается тогда, когда человек изобретает лук, овладевает гончарным искусством, приручает животных и начинает культивировать растения. С изобретением лука результативность охоты возрастает, как и её значение для общества. Хозяйство натуральное и внутриплеменное. Внешних «торговых» (меновых) связей нет. «Международные» (межплеменные) отношения эпизодические и чаще всего связаны с войной: либо союзы против общего врага, либо межплеменные войны. Появляются верования, зачатки религии.
Этот период характеризуется одним важным явлением. Человек сам по себе — малозащищённое животное. У него ослаблены обоняние, слух и другие чувства. У него нет острых когтей и зубов. Он не проворен, как пантера, не быстр, как лань, и не силён, как носорог. Человек — идеальная добыча для хищников. Таковым он и был до эпохи дикости. Каждый день человека до периода дикости мог стать последним — и становился таковым для немалой доли популяции. Наряду с постоянным добыванием пищи, человек был занят постоянной обороной или убеганием от хищников. Пожалуй, именно хищники, а не холод и голод были главным врагом человека тех времён. Климат тех мест, откуда вышел человек, был как раз предельно благоприятен для него. Мягкая зима или вообще её отсутствие, постоянное дикорастущее пропитание, изобилие мелких зверей и птиц (источник ценнейшего продукта — яиц), а также большое количество дичи для охоты. Конечно, случались и «неурожаи», и стихийные бедствия, которые эпизодически сокращали популяцию. Но вот хищники — они, во–первых, были главным ограничителем численности человеческого стада, во–вторых, не позволяли отпочковываться от этого стада более мелким группам, в третьих, превращали жизнь человека в опаснейший аттракцион, где смерть подстерегает на каждом шагу. Самцы в это время были основной силой, благодаря которой хищники не уничтожили всю популяцию человека. Надо полагать, что большую часть времени самцов занимали охрана человеческого стада и охота.
Всё изменилось в тот момент, когда человек открыл две вещи, изменившие его существование. Это огонь и оружие. Оружие сразу же сделало человека опасным соперником для любого хищника. Огонь также помог отпугивать зверей, а кроме того, решил проблему холода и сделал пищу более усвояемой и менее опасной с точки зрения инфекционных болезней. Вообще, каменные орудия использовались уже давно: их применяли еще австралопитеки. Но это были орудия, предназначенные для разделки туш, соскабливания мяса с костей, а не для нападения на более сильных животных. Это ещё не было оружием. Огонь тоже известен человеку очень давно, но контролируемый и систематически применяемый в хозяйственных нуждах огонь появился только в период дикости.
Одновременно с этим у человека появляется членораздельная речь и, видимо, формируется та форма мышления, которую имеем мы. Это позволило людям перевести социальное и психологическое взаимодействие на более высокий уровень.
Всё это обозначило начало периода дикости.
В результате человечество почти начисто ликвидировало главную угрозу — угрозу со стороны хищников. Конечно, стаи волков атаковали охотников, гиены таскали зазевавшихся детей, львы–людоеды нападали на стоянку. Но всё это наносило популяции не столь большие потери, как раньше, и позволило полноценно, не боясь никого, осваивать мир.
Если раньше время и силы всех самцов расходовались на охрану себя и самок, теперь для выполнения этой функции стало требоваться гораздо меньше ресурсов. Защита племени от хищников с помощью огня и оружия отлично осуществлялась незначительными силами. Большая часть самцов (теперь уже правильнее называть их мужчинами, поскольку мы ведём речь о людях) получила много свободного времени, которое стала проводить за поисками пропитания, а также в быту.
Период дикости — период детства человечества. Люди этого периода — словно дети у матери–природы. Они едят то, что даёт им природа (собирательство и примитивная охота). Растения приносят несколько урожаев в год — не надо ни делать многочисленные запасы, ни культивировать что–либо. Пищи не сказать что много, но для выживания хватает. Строить сложные жилища и спасаться от холода нужды нет — климат тёплый. Человеку не нужно выдумывать что–то сверх того, что ему уже дала природа и что он уже придумал сам. Нет стимула. Нет нужды, опасности, которая бы заставляла придумывать и изобретать. Нет, конечно, присутствует вечное желание человека облегчить себе жизнь. Существуют нерешённые и весьма важные проблемы, например, снабжение пищей. В те времена человек съедал всю найденную пищу или большую её часть. Поэтому материально–техническое и культурное развитие хотя и происходит, но очень медленно, а большей части сфер деятельности человека попросту не существует. Впрочем, с расселением человека по Земле, с освоением им менее благоприятных территорий менялось и его поведение, в том числе и общественные отношения. Но об этом мы поговорим позже.
Некоторые народы, живущие в таких благоприятных условиях и не контактирующие с другими социумами, законсервировались и сохранились в первозданном виде до сих пор. Они не эволюционировали: для развития попросту не было причины, той нерешённой и принципиальной проблемы, которая заставила бы развиваться. Природа дала им всё, что нужно для выживания.
Этот период называется периодом матриархата. Однако это название неверное. Дело в том, что матриархат — это форма существования общества, при которой вся власть (вместе с ответственностью, которая неразрывно связана с властью) принадлежит женщинам. То есть у руля как всего общества, так и каждой его ячейки стоит женщина. Она осуществляет стратегическое планирование, выполняет функции законодательной, исполнительной и судебной власти. Кроме того, она несёт всю тяжесть ответственности за свои решения. Причём ответственность перед всем обществом.
Так вот, такого периода в истории человечества никогда не было (и не может быть, о чём поговорим ниже, а также в следующих главах). Уж если говорить о матриархате, то ближе всего к нему стоят те самые патриархальные времена, в продолжение которых женщины эпизодически получали бразды правления государством. Египет Клеопатры, правление княгини Ольги, XVIII век в Российской империи, Англия во время правления Елизаветы I. Именно здесь на порфироносных женщин ложилась тяжесть ответственности за принятые решения. Хотя бы в некоторой степени, ибо, например, Екатерина I или Анна Иоанновна особо себя ответственностью не напрягали.
Период дикости же характеризовался обычным во все времена явлением — доминированием женщины в быту, то есть в своей нормальной сфере компетенции. И об этом пойдёт речь ниже.
Период дикости начался групповым браком. Все женщины племени принадлежали всем мужчинам и наоборот. Никаких устойчивых семей — будь они парные или нет — не существовало. Такого понятия, как ревность, не было. Если быть точным, то вначале половые акты были абсолютно свободны, затем стал запрещённым секс между предками и потомками (родителями и детьми), затем — ещё и между родными братьями и сёстрами (т. е. рождёнными от одной матери). Люди заметили вред близко–родственного скрещивания, и именно этим объясняется запрет на брак между близкими родственниками. Групповой брак эволюционировал от абсолютного промискуитета до коллектива, где несколько женщин (до десятка) и несколько мужчин (также до десятка) имели общих детей.
При этом, однако, общая суть формы половых отношений оставалась прежней: любой мужчина мог вступить в половую связь с любой женщиной. Групповой брак, несколько изменившись, пережил период дикости и просуществовал до начала периода варварства.
Свободные половые отношения делают невозможным сколько–нибудь достоверное установление отцовства. С материнством по понятным причинам гораздо проще — кто родила, та и мать. Это стало причиной того, что родство считалось исключительно по материнской линии.
Женщина имела привилегии, касающиеся «семейного права» — эти привилегии называются материнским правом. Кроме родства по материнской линии, оно включало в себя ещё ряд положений. Если мужчина покидал брачную группу, то дети оставались с матерью. Имущество также наследовалось только по материнской линии. Женщина–мать имела большое уважение и почёт в племени. Это усиливалось ещё и тем, что собирательство было женским занятием, а оно на ранней стадии дикости являлось основным источником пищи. Повсеместно существовал культ богини–матери (те самые ожиревшие «палеолитические венеры»), преступление против женщины каралось более жёстко, чем против мужчины. Женщины были пророчицами, вёльвами, знахарками, к ним шли за советом. Женщины доминировали в домашнем хозяйстве — сфере их компетенции. Там их власть была абсолютна, и с нею приходилось считаться любому мужчине.
Однако материнское право было уравновешено тем, что мужчина в случае беременности своей партнёрши не был ничем обязан ни ей, ни ребёнку. Он не должен был оставлять случайной партнёрше ни имущества, ни алиментов. Женщинам и детям просто не приходило в голову требовать чего–то от мужчин, и это описано в днев