- Мне просто повезло, - качает головой Генри, - смогли доказать, что это была самозащита.
- Я такой родилась, - говорит Кэролайн.
- Это наказание королеве за грехи ее... - начинает говорить Луиза, но Саманта шикает на нее. - Ну что? Мы же все здесь говорим, кто что думает! - возмущается девушка, взглянув на Саманту.
- Все так думают, - рубит правду-матку Эмануэль, посмотрев на Кэролайн, - Но не все осмеливаются это сказать.
- Здесь вы можете говорить, что хотите, - говорит Генри, - Мой отец был артефактором и сделал так, что за соседними столами никто не услышит нашего разговора.
- Отличная новость, - говорю, а сама прощупываю пространство магией, ища еще подозрительные артефакты.
- Ничего кроме этого мы не устанавливали, поэтому никаких записывающих устройств, - добавляет парень, будто понял, что я делаю.
А этот малый не так прост, как может показаться поначалу. Нужно к нему внимательнее присмотреться.
- А ты? - спрашивает у меня Саманта, - Ты спрашиваешь только нас, но не говоришь о том, как сама получила эту силу.
- Я? - спрашиваю, задумавшись.
Вообще-то, эта девочка права. Но передо мной сейчас дилемма, насколько доверительные отношения я хочу построить с этими ребятишками. Семь пар глаз смотрят на меня с интересом и большим любопытством. Думаю, им подойдет половина правды.
- Я убила того, кого любила, - говорю почти правду, стараясь держать лицо, но воспоминания об этом причиняют ощутимый дискомфорт.
Под дискомфортом я имею в виду огонь в груди, который готов вырваться и разорвать все вокруг. И основной его целью будет та, кто сидит ближе всех ко мне и прикасается сейчас к моей руке с намерением утешить. Я перевожу взгляд на Кэролайн и улыбаюсь ей.
"Девочка, знала бы ты, как я ненавижу твою семью и все, что с ней связано, твое отношение было бы совсем другим", - думаю с ноткой тоски.
- Итак, - говорю громко, испугав Луизу, а остальных заставив с немым вопросом посмотреть на меня. - Подводим итоги. Круче нас всех, на данный момент, является Генри. Похлопаем ему!
Я хлопаю, показывая пример, а остальные просто смотрят на меня. Луиза робко хлопает в ладоши, но потом видит, что никто, кроме нас, этого не делает, поэтому останавливается.
- А почему он круче всех? - спрашивает девочка у меня.
Я готова пустить слезу, она мне до безумия напоминает Снежку. Но я держу себя в руках, не подавая вида, что у меня тут сердце щемит от ностальгии.
- Потому что у него, пока что, самое крутое пробуждение силы, - объясняю Луизе.
Я вижу, как все хотят возразить мне, но не говорят ни слова. Генри крут еще и тем, что смог признаться в том, что сделал. Остальные, к сожалению, пока не готовы к этому. Но они должны признать тот факт, что это уже произошло, и с их магией ничего не поделаешь. Они должны научиться с этим жить. Я ведь живу.
- Я стала свидетелем смерти стража, - говорит Луиза, - На меня покушались, но он меня защитил.
- Думаю, это второе место, - говорю девушке с ободряющей улыбкой.
- А я на каком? - спрашивает у меня Кэролайн.
- На последнем, - говорю ей.
- Почему?! - возмущается она.
- Потому что просто родиться некромантом - это не то же самое, что кого-то убить или потерять, - объясняю.
"А еще потому, что ты дочь Сэма, - добавляю мысленно, - Хотя это и сугубо мои тараканы, но этот факт съедает несколько твоих баллов, принцесса. Смирись с этим".
- Это как-то нечестно, - говорит тихо Кэролайн.
- Честность - это вообще не про жизнь некромантов, - смотрю на всех. - Вы должны понять - магия дается нам не просто так. Вот Генри, ты бы мог стать отличным артефактором, Кэролайн - магиней огня. Но! Это в прошлом! Вы те, кто вы есть, и должны жить с этим всю жизнь. Какой она будет - решать только вам. Короткая или длинная, счастливая или не очень. Вы можете жить отшельниками в дремучем лесу, а можете жить в городе и заниматься бизнесом, продолжая дело своей семьи. Скажите мне, кто сможет вам в этом помешать?
- Общество, - ставит точку в моих словах Анатоль.
- Семья, - добавляет Эйнхар.
Я наклоняюсь немного вперед.
- Приведите мне пример того, кто посмеет пойти против некроманта? - спрашиваю у них. - Сейчас нас притесняют, нас презирают, но главное - нас боятся. Так было раньше, и мы обязаны сделать, чтобы так было всегда. Чтобы никто не посмел сказать: "Убирайся с дороги", они будут сами убегать, давая нам пройти.
- Пахнет революцией, - говорит тихо Саманта.
- Именно так, девочка моя, - киваю счастливо. - Так вы со мной?
Я ожидала бурный всплеск эмоций, но все выглядят не очень воодушевленными.
- Вы какие-то тухлые, - говорю им расстроенно, - Я перед кем тут распинаюсь? Вы что, планируете весь год сидеть, сложа руки, и бояться выйти из комнаты?
- Почему год? - спрашивает Луиза. - Три же.
Я хватаюсь за сердце.
- Три года так вести себя? - спрашиваю с ужасом. - Мне нужно выпить. Я не перенесу это на трезвую голову.
Оглядываюсь в поисках того, кто бы мог мне помочь переварить предательство от своей группы.
С ципочками было намного проще! Но они же попаданки. Хм, может, познакомить свою группу с Марианкой? И вместе с ней мы склоним этих ребятишек на сторону зла, или научим отстаивать свои позиции, а не плыть по течению жизни некромантской какашкой. Только надо это провернуть так, чтобы ректор не узнал. А то он может мне голову открутить за то, что я втяну его благоверную в такой замес. А она еще и беременна... нет, Мариянка - не вариант.
- Я бы на это посмотрела, - Кэролайн робко подает голос, - Я слышала от отца, что когда он учился, было так, как говорит Святая. Некромантов уважали.
- Это звучит очень круто, - говорит Луиза и мечтательно вздыхает, - Я бы хотела, чтобы моя старшая сестра меня хоть немного боялась. Ну или уважала. Я более сильный маг, чем она, но она лекарь, а я - некромант. Поэтому все в семье восхищаются ею.
Я одобрительно киваю.
"Давайте, дети мои! Вытаскивайте из закромов свои амбиции, стряхните гордость от пыли! Вы будете блистать, некромантов снова начнут бояться. Академия, трепещите, Святозара Третья вернулась!"
- Она так улыбается, что мне снова страшно, - говорит тихо Луиза Саманте, глядя на меня.
- Мне тоже. Она такая жуткая с этой улыбкой, - отвечает Саманта ей.
- Мне потом может быть за это стыдно, но иногда меня она тоже немного пугает, - говорит Эйнхар.
- А я с ней в одной комнате живу, вы представьте как мне, - подает голос Кэролайн.
- Сейчас кто-то будет битым, - предупреждаю девушку, которая сидит ближе всех ко мне.
Но Кэролайн только улыбается и показывает мне язык. Все за столом начинают смеяться и улыбаться. Это, конечно, не очень большой шаг к тому, что я хочу видеть, но думаю, что мы стали на правильный путь.
Сидим мы с группой еще долго. У них появляются общие темы для разговоров. Эмануэль слышал об отце Генри и искренне им восхищается. Семья Эмануэля занимается торговлей, артефактами в частности, и они в свое время хотели сотрудничать с отцом Генри, но он сказал свое категорическое "нет" и решил посвятить себя семье. Вообще, оказывается, что детишки давно знакомы, но не общались. Потому что после пробуждения силы их почти не выпускали из дома и заставляли учиться концентрации. Стоит только подумать о том, как они жили после пробуждения силы, и во мне просыпается желание пойти к Вивьен и потянуть ее за волосы. А еще лучше - поднять ее отца, который потакал всем ее прихотям и, слава богам, сгинул лет пять назад, и чтобы воспитательный процесс провел он. Не смог при жизни научить манерам свою дочь, я помогу ему это сделать после смерти. Силы и дури у меня хватит.
- Спасибо тебе, - говорит Анатоль, поравнявшись со мной.
Мы так засиделись, что на улице начало темнеть, поэтому быстрым шагом нам приходится возвращаться в Академию.
- Пожалуйста, - говорю парню, - А за что?
- За это, - кивает на компанию, которая идет впереди, - еще никогда не видел их такими счастливыми и веселыми.
- И это только начало, - говорю с предвкушением больших свершений.
- И еще, - тянет неуверенно Анатоль, не спеша возвращаться к одногруппникам и обсуждению лучшей оружейной мастерской в городе.
Кстати, никогда бы не подумала, что Саманта так хорошо разбирается в оружии.
- Что? - спрашиваю у парня.
- Ты бы действительно препарировала магистра? - спрашивает он то ли с ужасом, то ли с восторгом.
"Да, без проблем, - думаю, - Могла бы начать резать еще живого. Это будет малая плата за унижение и страшный непрофессионализм от этого старика".
Но говорю я совсем другое.
- Нет-нет-нет, - тяну с улыбкой, - Ты что, как я могу!
Парень смотрит на меня, будто не верит ни одному моему слову.
Мы как раз подходим к Академии и встречаем двух мужчин. Вся группа останавливается и замирает. Их веселье как рукой снимает. Мое - тоже. Но это уже стандартная практика при взгляде на ректора. А тут еще и Холодец, то есть Зельц стоит.
Мужчины смотрят на нас, мы - на них. Не понять, они нас ждут или просто вышли посекретничать перед входом в Академию. У меня ощущение дежавю скребет между лопаток. Только я тогда с цыпочками была.
- Слышь, Анатоль, - зову парня, - ты не в курсе, у Зельца в роду никто чешуйчатый не топтался? - спрашиваю тихо.
- Не слышал об этом, - отвечает парень.
- Значит, можно расслабиться, - говорю и натягиваю на губы улыбку.
На нее как пчела на мед моментально реагирует ректор.
- Третья, - шипит мужчина, почти кусая этим словом.
- Ты знакома с ректором? - спрашивает у меня тихо Анатоль.
- Имела несчастье, - говорю все с той же улыбкой и смотрю на парня. - Хочешь познакомлю?
Парень смотрит на меня, потом - на ректора.
- Воздержусь сегодня, - говорит он.
- Сцыкло, - фыркаю весело и делаю несколько шагов вперед, - Доброго вечерочка, - говорю мужчинам, - Отличная погодка, не правда ли?