Дамира увидела, когда почувствовала его взгляд на себе. Мы на миг зацепились глазами, и я поняла, что моя жизнь закончилась. Огромное кровавое пятно растекалось на груди мужа, а он все смотрел и смотрел на меня, будто стремясь запомнить. Тот же парень, наверное, чуть постарше, чем мы, направил на меня пистолет, и я даже обрадовалась тому, что сейчас случиться. Опустила руки, открылась, так, чтобы наверняка, увидела оскал мальчишки и приготовилась к боли. «Это миг», — думалось мне, миг и мы с Дамиром вместе. Вот только высокая мужская фигура загородила меня от пули. Как в замедленной съемке я видела пули, которые летят, врезаясь в грудь мужчины. Шесть! Шесть выстрелов! Тот паренек казалось сошёл с ума! Его палец будто прилип к гашетке!
— Нет! — кричал его раззявленный рот! — Брат! — в то время как рука давила на спусковой крючок.
А брат оказался бессмертным! Он повернулся, подхватил меня на руки, широким шагом переступил через Дамира, на миг остановился, вынул пистолет, такой черный, красивый, блестящий, посмотрел на меня. Эта жуткая усмешка запомнилась на всю жизнь. И выпустил всю обойму в тело моего мужа. Тело дергалось под градом пуль, а я не мигая смотрела в неживые синие любимые глаза.
— Убить всех! — распорядился он. — Никого не оставлять в живых!
Я дернулась в сильных руках, уж очень хотела выполнить его распоряжение — умереть! Умереть здесь и сейчас! Умереть сегодня! Сдохнуть, чтобы не чувствовать звенящей пустоты внутри! Она оказалась страшнее любой боли, любой смерти!
Глава 23
В следующий раз, когда открыла глаза надо мной склонился мужчина. он поправлял подушку. Глаза наши встретились, я узнала в нем убийцу Дамира.
— Привет! — широко улыбнулся мужчина. — С возвращением! — сказал тихо, только для меня. А я молча разглядывала мужественное лицо.
Он был старше меня лет на десять точно. Обветренные губы, легкая небритость, ярко очерченные скулы, серые внимательные глаза, наметившиеся морщинки возле глаз, как будто он часто смеялся, красивые брови и улыбка, обаятельная такая, почему-то с одной ямочкой на левой щеке.
— Ты кто? — спросила в упор, недовольно хмуря брови, уж слишком близко, слишком рядом, я даже запах его туалетной воды ощущала.
— Роб, она очнулась? — парень, целившийся в меня и стрелявший в своего брата, ворвался в комнату, впуская свежий воздух. Мужчина быстро дернулся, отстраняясь.
— Да, Роб, — нахмурился он. — Тебе не стоит просиживать возле девчонки все ночи. Ночью надо спать, — нравоучительно сказал он, покровительственно щелкнув брата по носу.
— А сам-то, — огрызнулся рыжий, и тут же мне. — Ты как? — склонился надо мной, вглядываясь с явным беспокойством.
Я медленно перевела взгляд на парня. Рыжий, конопатый, лопоухий, а глаза…Глаза убийцы, такие невинные, светло-голубые, как небо в начале весны! Все они убийцы! Ненавижу! Отвернула голову, глядя в пустоту, но младшему это явно не мешало.
— Ты находишься на планете Олмега, у нас нет магии, зато очень развиты технологии. Я — Робин, младший брат Правителя этой планеты. Это — Роберт — Правитель нашей земли! — кивнул он на мужчину, который не спускал с меня внимательного взгляда.
Закрыла глаза, пытаясь отстраниться от энергичного голоса, от этого солнца, стремящегося дотянутся до моего лица лучами, от веселого гомона птиц, смеха людей во дворе, лая собак и шума проезжающего транспорта.
— Заткнись, — хрипло велела рыжему, отмахнувшись от него рукой. — И пошел вон, бесишь!
Младший явно обалдел, потому что действительно заткнулся и обиженно уставился на меня, прожигая взглядом насквозь.
— Не хорошо грубить в гостях! — подал голос Правитель. Голос был низкий, чуть хрипловатый и, если бы не знать, что он тот, кто убил Дамира, мог бы вызвать кучу приятных мурашек по телу.
— Я и не напрашивалась! Терпеть не могу ходить в гости! — уселась, с сожалением чувствуя себя здоровой. Одеяло соскользнуло, оголяя грудь. Оба мужчины тут же залипли, замерев. — Ну и кто меня раздел, — лениво натянула одеяло.
— Слуги, — кадык дернулся у Правителя, — ты пролежала в бессознательном состоянии неделю, надо же было тебя обмыть, заплести, привести в порядок.
— Хорошо. — кинула я. — Дальше что.
— Роб, во она наглая! — восхитился рыжий. — Слышь, ты, инопланетянка, нарываешься, — он подступил к кровати, сжимая кулаки.
— Давай, убей меня, — я даже вперед подалась, стремясь помочь в его искреннем порыве.
— Да пошла ты, ненормальная, — тут же отшатнулся он.
— Ну раз ты в норме, — правитель задумчиво разглядывал меня, — давай поговорим о твоем будущем. Что ты умеешь?
— Как ты выжил? — не ответила на его вопрос. — Этот же стрелял в тебя, то есть в меня почти в упор.
— Бронежилет, — вмешался в наш диалог млашенький. — Слава всем Богам, бронежилет выдержал. Только синяки по всему торсу, воооот такие.
Я зыркнула на мужчину, еще раз признав, что он красавчик, не то что рыжее чудовище.
— Убивать! Я умею убивать! Таких как вы! — посмотрела прямо в глаза и усмехнулась, увидев в них злость.
— Что ж, — сделал вид, что задумался, — будешь моим телохранителем, личным.
— Хах, — выдохнула я, не поверив, — не боишься?
— Чего? — пренебрежение к моим умениям звучала в тоне и взгляде.
— Ножа в спину! — буркнула.
— А кто тебе нож даст? — искренне недоумевал он. — Телохранитель обязан защищать своего хозяина голыми руками.
— А не пошел бы ты! — огрызнулась я.
— Ну раз ты больше ничего не умеешь… — паузу выдержал мастерски, я даже начала нервничать, и не зря, — тогда ничего не остается, как выдать тебя замуж, — рассуждал Правитель, рыжий вскинулся, с тревогой поглядывая на брата. Не умеет скрывать своих эмоций, сразу видно — запал на меня, придурок! Ничего тебе не светит, рыжий! — Вот хотя бы за него, — кивнул он на младшенького.
— Попробуй, — согласилась я, — только не выдашь ты меня никуда, Роб, особенно за него. — специально перешла на фамильярность.
— Почему это? — о, сколько изумления, верю!
— Потому что ты, — я ткнула пальцем в грудь Правителя, — влюбился в меня, кстати, вместе со своим братом, — кивнула на вытаращившегося рыжего,
Я-то помнила те ночи, когда эти братья просиживали у моей кровати. Пусть сквозь туман, но хорошо помню императора, лично убирающего мне волосы с лица, помню тот поцелуй…и тихие слова, не предназначенные для моих ушей. Этот шепот позволил мне тогда снова уйти в небытие. «Моя, только моя, — задумчиво говорил император, — наконец-то дождался! Как увидел — сразу понял, что Боги прислали наконец-то императрицу Олмеги! Не отдам никому!» — шептал и целовал мои руки.
— И да…, - прервала свои воспоминания, — не светит ни тебе, ни ему, можешь убивать.
— Посмотрим, — громыхнул Правитель, — завтра свадьба, поняла? И…мы разыграем кому ты достанешься, нууууу, хотя бы на спичках. Не возражаешь, Роб?
Рыжий мотнул головой, глядя на брата так, будто впервые увидел.
— Роб? Ты что правда? — он показывал пальцем то на него, то на меня. Совсем ребенок, хоть и старше меня. И где таких олухов делают? Прервала их немой диалог и битву взглядов. Судьба у меня такая между братьями вставать!
— Согласна быть телохранителем, — спрыгнула с кровати, закутавшись в одеяло, чуть не грохнувшись на ходу к ногам мрачного и гордого!
Повелитель перевел на меня сумрачный взгляд. Конечно, я бы тоже не радовалась! Ведь проблемка с братом налицо, и я — главный корень этой проблемы!
— Посмотрим, одевайся и выходи. Роб, пойдем, — дверь за братьями захлопнулась.
***
Дамир очнулся от того, что нещадно трясло. Боли не было, хотя он помнил точно, что в него попали, раза три точно.
— Очнулся? — голос командора был спокойным и сосредоточенным.
Дамир приподнял голову, осматриваясь в тесном пространстве катера. Вся грудь была плотно перебинтована бинтами, пропитанными каким-то вонючим раствором.
— Лежи, места все равно нет, — командор потянул джойстик, набирая высоту.
— Где Вера? — он помнил ее взгляд, а потом все, как будто пленка кинофильма оборвалась.
— Скорее всего умерла там! Держись, пацан! Никто не выжил!
А Дамир знал, знал, что жива, чувствовал. И чем выше поднимались они от планеты, чем дальше удалялись, все ждал, что татуировка даст знак, хоть мало-мальский, хоть надежду. Но брачный рисунок оставался серым, бледнея на глазах. Сердце застыло, покрывшись толстой коркой льда.
— Ты видел как она умерла? — первое предложение после долгих часов молчания.
Командор мотнул головой.
— Не до того мне было. На такие случаи, когда встречается планета без магии, для командора и его помощника существует вот этот катер. Здесь могут поместиться всего два человека, он вынесет нас на орбиту, а там уже наши встретят. Я в любом случае обязан вынести преемника, хоть и мёртвого, — он усмехнулся, видимо вспомнив, что Дамир действительно был мертв. — Вера бы тут точно не поместилась, понимаешь.
Да, Дамир понимал, все очень хорошо понимал.
— Как ты смог меня оживить?
— О! Это легко! Единственный, кто должен досмотреть весь ужас до конца и прочувствовать гибель своего корабля — это командор. Даже если умер, он обязан жить! Нам всем выдают капсулу жизни, она заводит сердце по новой, заставляя тебя жить, даже если хочешь умереть. Сейчас еще в течении восьми часов, ты можешь убиваться разными способами и все равно останешься в живых. Никакой магии, одна чертова химия!
— Ок. — согласился Дамир. — А теперь поворачивай катер назад.
Командор снова усмехнулся:
— Поздно, кадет, топливо на исходе, и нас уже ждут, — он указал на мигавший красными огнями корабль. — Да и умирать хотелось бы на своей планете.
Потом уже на корабле, Дамир выяснил, что кораблей, способных победить притяжение Олмеги, и взлететь с ее поверхности — не существует. Здесь должна быть чистая механика с электроникой и прочими технологиями, без примеси магии, а таких кораблей нет и быть не может, потому что маги