— Что вы имеете в виду? — голос дрожит.
— Моя жена, — его лицо смягчается при этих словах, — тоже из другого мира. Как и вы.
Признание выбивает почву из-под ног совсем по-другому. Я не одна? Есть кто-то ещё, кто вляпался в такую же проблему? Прислоняюсь к стене, чувствуя внезапную слабость в коленях.
— И как… как она? — слова даются с трудом.
Рейнир усмехается:
— Сейчас? Прекрасно. Хотя поначалу нам было непросто друг друга услышать.
Нервный смешок вырывается прежде, чем успеваю его сдержать:
— Дайте угадаю — тоже держали её взаперти и пытались контролировать каждый шаг?
— В каком-то смысле, — он не выглядит смущённым. — Она даже сбежала от меня. Я думал, Вивиан меня предала, но, как оказалось, это сделала её предшественница.
Разговор не помогает мне отвлечься, я всё равно возвращаюсь мыслями к бледному и неподвижному Эридану за дверью.
— Что с ним? — спрашиваю тихо. — Вы знаете, почему это случилось?
Рейнир серьёзнеет:
— У меня есть предположение. Видите ли, не так давно у меня пытались отнять дракона. И делали это через мою жену.
— Которая как и я из другого мира? Или ту, что была до? — я начинаю путаться в этой чехарде с подменами.
— Скажем так, новая душа оказалась не на руку нашим противникам.
— Как это?
— Она должна была стать ключевым звеном в ритуале, но оказала сопротивление, — его лицо становится жёстким. — Но у них почти получилось.
По спине пробегает холодок:
— Значит, у Эридана тоже…
— Этого мы пока не знаем. У вас здесь были какие-то неожиданные знакомства? — он внимательно смотрит на меня. — Внезапно объявившиеся родственники? Странные совпадения?
Качаю головой:
— Нет, ничего такого. Я была одна. Только соседи помогли. И кот.
Рейнир фыркает. Мол, ну конечно.
— Значит, в этот раз они действуют иначе, — он хмурится. — Бьют напрямую по Эридану. Это… необычно.
— Но зачем? — в горле стоит ком. — Чего они хотят?
— Власти, — просто отвечает он. — Силы. Кто знает.
— И как это можно остановить?
— Моего дракона спасла любовь жены.
Я вздрагиваю, не веря ушам. Если так, то Эридану, как говорится, кранты.
Опускаю взгляд на свои руки. Я и сама не заметила, что всё ещё таскаю подаренный мне мешочек с глазурью. Кажется, это было в другой жизни: тихая мастерская, мирное жужжание гончарного круга, маленькая лавка, о которой я так мечтала…
— Я не… — голос срывается и приходится начать заново. — Я не готова к этому. Я просто хотела делать посуду, понимаете?
Рейнир молчит, и это подталкивает меня говорить дальше:
— Знаете, что самое смешное? Когда он притащил меня сюда, я думала — вот оно, самое страшное. Запер, контролирует каждый шаг, не даёт дышать… — нервно усмехаюсь. — А теперь он лежит там, такой бледный, беспомощный, и оказывается, что от меня зависит его жизнь. И это… это пугает намного больше.
Прижимаю руку ко лбу. Пальцы холодные, от этого приятно. В горле першит:
— Он даже не хотел меня, нашёл замену. Бросил, как ненужную вещь. А теперь я должна его спасать? — в голосе прорывается горечь. — Почему? Почему я? Пусть его Ника этим занимается! Я же просто гончар. Я леплю горшки и чашки, а не спасаю людей! Я ему не нужна! — почти кричу.
— На вашей руке метка. Для вас может быть трудно понять и принять это, но для драконов это кардинально меняет мир. Нравится Эридану или вам — не имеет значения. Вам придётся свыкнуться с этой реальностью. Чем меньше вы сопротивляетесь, тем легче придёте к гармонии. Поверьте, я знаю Эридана много лет. Он упрям, горд и часто ведёт себя как идиот, но если кого-то впускает в свою жизнь, то скорее умрёт, чем позволит причинить вред тем, кого считает своим.
Медленно сползаю по стене на пол. В груди теснится что-то огромное, болезненное. Меня пугает такая предопределённость. Особенно учитывая то, сколько всего я успела выслушать от Эридана.
Рейнир собирался ещё что-то сказать, но тут распахиваются двери и к нам выходит лекарь, осматривавший моего бывшего мужа.
— Впервые такое вижу. Его магические силы находятся на опасно низком уровне.
— Сваливается в порочный откат? — настораживается Рейнир.
— Не совсем. Он очень истощён, но вы и сами знаете, насколько опасно это состояние.
— Я не знаю, — вмешиваюсь в разговор.
Рейнир бросает на меня предупреждающий взгляд, но к счастью доктор списывает мой глупый относительно этого мира вопрос на волнение.
— Порочный откат напрямую связан с тратой магической энергии. Чем меньше энергии, тем выше влияние присущего ему порока. Проблема лорда Морнела в том, что его магический резерв по какой-то причине не восстанавливается.
— Но влияние порочного отката будет расти, — заканчивает Рейнир. — Энергии нужно быть в равновесии и, боюсь, если в скором времени он не начнёт восстанавливать магию, то может окунуться в тьму.
Я медленно прижимаю к груди ладонь. Ту самую, что втянула в себя чашку.
Проклятье! Да если бы я… Если бы я не трогала её, можно было бы воспользоваться артефактом сейчас и ни о чём не волноваться.
Чёрт!
— У Эридана был артефакт, — говорю я, всё ещё прижимая к груди руку. — Он снимал эти… откаты. Мы можем найти что-то похожее?
— Артефакты подобного рода большая редкость, — качает головой Рейнир. Мы просто не успеем найти нужный и достаточно мощный тип.
Мне хочется спросить Рейнира, можно ли достать осколки из моей руки, но я не решаюсь при докторе.
— Я помогу вернуть вас и Эридана домой, — говорит Рейнир. — Вам, Элиза, придётся быть с ним рядом, потому как метка однозначно хорошо влияет на его состояние. Вам нужно что-то собрать или мы можем выдвигаться?
Предложение огонь, конечно. Ника будет мне особенно рада.
Не говоря о том, что Эридана может занести в какую-то «тьму».
— Только не в поместье Морнела, — прошу я. — Перенесите нас в мою лавку. Если мне придётся за ним приглядывать, я хочу делать это на своей территории.
Глава 40
Дом встречает меня гулкой пустотой и холодом. Поёживаюсь, оглядывая холл — осколки повсюду, мебель перевёрнута и сдвинута. В разбитые окна ветер задувает сухие листья и мелкий мусор, шевеля обрывки штор.
— Уверены, что хотите остаться здесь? — Рейнир обводит помещение внимательным взглядом. — Могу предложить более безопасное место.
Качаю головой, сжимая в руках сумку, в которой надёжно упакован порошок для глазури.
— Это мой дом.
Невольно вспоминаю, как впервые оказалась здесь. Тогда я была напугана и зла, но сейчас…
— На втором этаже есть спальня, — объявляю я стражам, которые переносят Эридана на магической вариации носилок.
Самой не верится, что я не только согласилась, но и предложила принести этого чокнутого домой. Какое-то минутное помешательство. Готова списывать всё на дурацкую метку.
— Лекарь придёт утром, — объявляет Рейнир, как будто тоже намыливаясь уйти.
— Подождите, а мне что с ним делать? — пугаюсь я. — Я не врач! Вдруг его скинет в этот ваш откат? Что мне делать?
— Я оставлю стражей снаружи дома, приглядывать за улицей, — пожимает плечами он. — Не думаю, что кто-то изменится до завтрашнего утра. Нам же предстоит посоветоваться и найти решение этой проблемы.
Мне не нравится его ответ.
— И что тогда? Сидеть с ним?
— Не обязательно. Можете заниматься своими делами, главное, чтобы вы были поблизости. И проверяли его время от времени.
Присмотр за больными, конечно, точно здесь не в почёте. Ну, хоть работой можно заняться. Я, собственно, только ради этого и суетилась.
— Я отправил сообщение в его поместье, — говорит Рейнир. — Также вызвал ремонтников — они должны прибыть с минуты на минуту и заняться разбитыми окнами. Сколько слуг вам нужно для комфорта?
— Нисколько. Если починят окна и проследят, чтобы сюда не влезли грабители, этого более чем достаточно. Они должны были понять, что ничего ценного здесь пока нет. Впрочем, я сомневаюсь, что сюда кто-то решит влезть после прошлого раза.
— Лорда Морнела уложили, — докладывают спускающиеся солдаты. — Состояние стабильное, магический фон чистый.
— Тогда уходим, — кивает Рейнир. — Леди тоже нужно отдохнуть.
Да уж. Вот только как я это сделаю? Не с Эриданом же мне спать.
Впрочем, я всё равно хотела сперва глянуть, как там мой чайник.
— Спасибо, — говорю тихо. — За всё.
— Не за что, — Рейнир направляется к выходу, но останавливается в дверях. — Если что-то понадобится — сразу дайте знать, сказав одному из стражей. Они со мной свяжутся. И будьте осторожны.
Дверь закрывается за его спиной, и я остаюсь одна. В тишине особенно отчётливо слышно, как ветер гуляет по комнатам.
— Дом? — тихо спрашиваю я. — Я вернулась…
Ответа нет. Может он расстроен тем, что я уехала так внезапно и обиделся? Надо спуститься в подвал и разжечь огонь в печи? Это снова его пробудит?
И Перца найти, но пушистый зверь может быть на охоте. Меня же нет.
Делаю шаг от двери, и в этот момент в неё снова колотят — так громко и настойчиво, что я подпрыгиваю от неожиданности.
Это уже рабочие приехали?
— Элиза! Ты там? Открывай немедленно!
Лерта. Узнаю её голос и интонации — она всегда говорит так, будто случилось что-то невероятно срочное.
Открываю дверь, и соседка буквально влетает внутрь, затормозив только при виде царящего вокруг хаоса.
— Боги милосердные! — она прижимает руку к груди. — Что здесь произошло? Я видела, как сюда ворвался господин Морнел, потом какие-то люди в форме… — она осекается, разглядывая меня. — Детка, ты в порядке?
События последних часов накатывают внезапной волной, и колени начинают подрагивать.
— Я…
Лерта мгновенно оказывается рядом, подхватывает под локоть:
— Так, милая, пойдём-ка присядем. Где-нибудь, где нет этого безобразия, — она оглядывается. — Кухня цела?
Позволяю ей увести себя на второй этаж. Здесь чисто, не считая пары упавших стульев. Лерта усаживает меня за стол и начинает хозя