Зачем теперь жить?
С этим вопросом она неожиданно для себя заснула.
Проснулась Анна как-то вдруг и, моргнув сонно пару раз, поморщилась от неприятной сухости во рту. Потянувшись, с удовольствием чувствуя ласкающую мягкость постельного белья, вдруг замерла. Полежала несколько секунд, надеясь, что появившиеся воспоминания это всего лишь дурной сон.
Отбросив одеяло, Анна рывком поднялась с постели. Ее сразу повело, а под бровями изнутри навалилась болью тяжесть. Сморщившись, Анна выпрямилась, взяла из шкафа ночную рубашку и, накинув ее, прошла на кухню. Увидев бутылку виски на столе, брошенный на половине приготовления ужин – нарезанные овощи на разделочной доске, сковородку на плите, мигающую мультиварку, она уже окончательно осознала, что произошедшее ей не приснилось.
Часы на стене показывали «21:33». Прекрасный пятничный вечер.
Открыв холодильник и вскрыв пачку сока, Анна хотела было приложиться к ней, но покачала головой, поджав губы.
- Хватит уже! - подойдя к мойке, Анна взяла стакан и налила сок в него. Запив неприятный привкус во рту, она пошла в ванную, где почистила зубы и после, взяв свой телефон, присела на кухонный диван. Пролистав список контактов, нашла нужный номер: «Мама Светы». Несколько секунд подумав, готовясь к разговору, потом нажала на кнопку вызова.
В динамике громко заиграла часто крутящаяся на радио популярная мелодия – дернув щекой, Анна чуть отставила телефон в сторону, чтобы музыка неприятно не долбила в ухо.
Три секунды. Пять секунд. Десять секунд. Опустив телефон перед собой, Анна вздохнула, и собралась было скинуть звонок, но тут на том конце приняли вызов.
- Алло, Елена? Здравствуйте! Простите, пожалуйста, за столь поздний звонок, это Анна, мама Вероники, подруги вашей дочери, Светланы. Помните, мы с вами общались в апреле, на ее дне рождения? – на одном дыхании произнесла она.
- Анна, здравствуйте! Конечно, я вас помню!
- Елена, еще раз простите за беспокойство, но…
- Анюта, та не стоит, о чем вы говорите! Звоните, наверное, за дочку спросить?
Анна невольно поморщилась при «зво́ните» - правда, не придав этому особому внимания: Елена Калбанова была дородной женщиной, с грубоватыми чертами лица. Ее густая харизма и прямоватый напор, легко переходящий в хамоватость, ощущались даже по телефону. Но насколько она могла быть беспощадна в суждении и отношении к неприятным ей людям, настолько с широкой душой встречала людей, которых считала хорошими. Муж Светланы, как и сама Анна, работал в строительном бизнесе, будучи совладельцем крупного холдинга, а Елена исполняла роль матери и хранительницы домашнего очага – Света, подруга Вероники, была ее старшей дочерью.
Калбановы обитали в коттеджном поселке за городом. Оттуда Елена возила детей в детский сад и школу Южного – самого престижного городского района, в котором жила Анна. В детский сад их дочери - Ника и Света ходили вместе, вместе пошли и в школу, в один класс. Девочки были лучшими подругами, много и часто общались, но так получилось, что их мамы встречались очень редко. За все годы и пары десятков раз не набралось – в основном на родительских собраниях, да два месяца назад Анна приехала за Никой поздно вечером к Елене домой, где ее дочь Светлана устаивала праздник в честь своего пятнадцатилетия. Приехала, но уехала не сразу – распоряжающаяся дома Елена сначала накормила ее за праздничным столом, а потом женщины, так непохожие друг на друга, слегка пообщались. Вернее, общалась в основном Елена, Анна же все больше кивала.
- Да, я по поводу доче… - попыталась между тем она объясниться, но была прервана.
- Да, была она у нас! – Елена редко утруждала себя в том, чтобы дослушать собеседника: - Приходила, взъерошенная, как галка, они со Светкой час не вылезали, все шушукались у себя в комнате.
Анна только порывалась что-то сказать, но Елена не давала вставить ей и слова.
- Дала джазу да, твоя свиристелка? – продолжала между тем Елена, четко прочувствовав ситуацию - ведь опыта воспитания детей у нее было на порядок больше, чем у Анны: - Да ты не волнуйся, все по плану, давно пора. Девки гулять сейчас ушли, к одиннадцати будут – ты ж понимаешь, у меня все строго. Так что давай, не волнуйся, переночует твоя Ника у нас, чего разборки наводить, а завтра утром подъедешь, заберешь, как раз твоя переспит, успокоится, мысли дурные поутихнут.
В разговоре Елена уже спокойно и естественно для себя перешла с Анной на ты, не поинтересовавшись ее мнением.
- Елена, спасибо вам большое…
- Та не за что, о чем ты говоришь! Давай, Анюта, у меня тут муж пришел, кормить его надо, кабана. Я те позвоню, как девки нарисуются, уж не волнуйся. Давай, пока-пока.
Услышав в трубке короткие гудки, Анна положила телефон на стол и, усевшись поудобнее, поджав ноги и накрывшись пледом, вгляделась отстраненным взглядом в пространство. Так она и сидела, мимоходом отмечая пустоту, которая никуда не ушла, и отсутствие всяких мысли. Как отрезало. Да и не хотелось ни о чем думать.
Через десяток минут Анна устала от тишины и потянулась за пультом от телевизора, даже не посмотрев, на каком канале он ожил, наполнив кухню звуком. Не обращая внимания на монотонное бормотание, Анна просидела еще некоторое время, а после провалилась в легкую, неспокойную дрему.
Разбудил ее телефонный мягкий перезвон – оповещение об смс. Вскинувшись сквозь дрему и отбросив плед, Анна потянулась к столу и сонно щурясь, всмотрелась в экран. Взгляд выхватил время: «23:18». Посмотреть, от кого сообщение не успела – заиграла мелодия вызова.
«Мама Светы» - заполнила надпись дисплей.
- Да, слушаю, – голос со сна был чужим, хриплым.
- Алло, Анечка, зая моя, у нас плохие новости.
- Какие? - беззвучно выдохнула Анна.
- Пришла значит, пигалица моя домой. Одна пришла, курица драная. Где твоя Ника, не колется – расстались они, говорит, разошлись. Не то, что знает и молчит, а точно не знает, я уж тебе точно говорю – у меня не забалуешь, если б знала, то сказала. Но говорит, что уехала Ника кататься куда-то со своими знакомыми – а моя-то хоть и ветер в голове, ты ж понимаешь, но у нее-то ума хватило с ними не ехать, а твою-то Нику удержать не смогла. Вот такое дело. И трубку то твоя не берет – я и со Светкиного ей телефона звонила.
Анна зажмурилась, пытаясь решить, что сейчас надо делать.
Гнетущая пустота внутри никуда не ушла, но она понимала, что сейчас Нику надо найти, потому что в таком состоянии, и при таких обстоятельствах она точно может натворить дел. Но Елена уже все решила за нее – она знала что делать.
- Слушай, я тебе только что сэсэмэской телефон скинула, позвони. Короче зовут его Женя, пасынок мой, на три года старше твоей, в одной гимназии с ней учился. Я-то понимаешь, позвонить ему не могу – мы с ним немного в ссоре и семейном недопонимании. Но ты позвони – так-то он мальчик хороший, скажи, что от меня. Он-то хоть и хороший, да дома уже год как не живет, всю местную шваль знает. Скажи ему, что твоя Ника уехала с каким-то… как его зовут? – голос слегка отдалился, но прозвучал громче. – С каким-то Андреем Чесноковым она уехала, на белой восьмерке с салатовыми бамперами. Скажешь ему это, он наверняка поймет кто, найдет твою Нику. Давай, Анюта, звони ему, а после мне перезвони.
- Спасибо, я… - начала было говорить Анна, но Елена уже сбросила вызов.
Посмотрев сообщение, Анна набрала указанный там номер. Вопреки опасениям, на звонок ответили почти сразу.
«Ну да, пятнадцать плюс два – сколько ему – семнадцать? – подумала про себя Анна: - Лето, вечер, пятница - куда уж в таком возрасте спать в это время».
- Же… Евгений? – не сразу решила, как к нему обращаться Анна.
- Да, я.
- Евгений, здравствуйте, меня зовут Анна. Пару минут уделите?
- Давайте попробуем, - прозвучало на том конце провода. Анна едва-едва взметнула брови – если бы не узнаваемый юношеский оттенок в голосе, можно было бы подумать, что трубку взял не подросток – настолько рассудителен был тон ответов.
- Женя, я мама девушки, Вероники, она в четвертой гимназии учится, в девятом «А» классе. Танцует, на конкурсах городских побеждала пару раз, может быть, знаешь такую? - Анна сама только что непроизвольно перешла с собеседником на ты, как и Елена недавно в разговоре с ней.
Юноша на том конце провода между тем немного помолчал.
- Может быть, и знаю. А в чем вопрос?
- Женя, мы с ней сегодня немного поссорились, и она сейчас не дома. Ты, думаю, можешь понять, что я за нее волнуюсь, а она в таком состоянии, что может натворить глупостей. У меня к тебе просьба – помоги ее найти, - Анна вздохнула: - Она уехала кататься с неким Андреем Чесноковым на белой восьмерке с салатовыми бамперами.
– Откуда вы мой телефон узнали?
- Мне его дала Елена Калбанова дала, мы с ней хорошие знакомые.
На другом конце трубки воцарилась тишина.
- Женя, помоги, пожалуйста. Я за нее очень волнуюсь, - неожиданно для себя произнесла Анна, заполняя паузу.
- Хорошо, - ответил ей спокойный голос с обратной стороны телефона, - ждите, сейчас я попробую, и перезвоню.
- Отлично, спасибо, - сказала Анна, но в трубке уже коротко пиликало гудками.
Посидев немного, она поднялась с дивана, поставила чайник, и понемногу приходя в себя, убралась со стола, а после направилась к раковине, полной посуды. Но стоило только ей отрегулировать нужную температуру воды, как раздалась мелодия вызова.
Наскоро вытерев руки, она подскочила к столу и, увидев знакомое сочетание цифр, пару раз провела мокрым пальцем по дисплею – жидкость размазывалась по экрану, и телефон отказывался реагировать на прикосновения.
- Алло! Да! – произнесла она взволнованно.
- Анна, по поводу вашей дочери. Я ее нашел.
- Где она?
- Вам адрес надо сказать?
Анна подумала всего пару мгновений. Она понимала, что встреча с дочерью сейчас, и особенно попытка увезти ее домой, вряд ли приведет к чему-либо хорошему.