– Уважаемые граждане! – начал он. – Не беспокойтесь! Нас этим не возьмешь!
Уинстон толкнул Рэя локтем.
– Во дает! – восхищенно зашептал Замаяна. – Как это только у него получается...
– Да, – отозвался Рэй. – Надо будет сделать Питера ответственным за контакты с журналистами. Уж что-что, а пресс-конференцию ему провести – раз плюнуть!
Вейтман между тем продолжал:
– Просим не волноваться, уважаемые граждане... Мелкий каприз погоды не послужит нам помехой. Итак, – он указал взглядом на своих друзей, – мы приступаем к выполнению наших санитарных обязанностей!
Когда Питер говорил, на минуту воцарилось молчание. Но как только он замолчал раздался восхищенный гул
– Давай, Питер! – махнул над головой сжатым кулаком тот же стриженый парень. – Покажи им, что...
Вейтман повернулся к парню спиной, не став дослушивать его пожелания.
– Пошли, быстро! – приказал Вейтман, после чего охотники двинулись в здание.
Уинстон шел, сжав зубы, но не отставал.
– Ох, чувствую, там нас на каждом шагу подстерегает что-то ужасное! – украдкой вздохнул он.
Его тихий шепот услышал Питер.
– Ты прав, парень! – громко сказал Вейтман. – Ужасное уже случилось!
Уинстон округлил глаза.
– Что ты имеешь в виду? – спросил он.
– А вот посмотри – лифт не работает! – Питер нажал пальцем на кнопку, демонстрируя, что нет никакой реакции. – Нам придется переться на двадцать второй этаж пешком!
– На самый верх?! – переспросил Рэй. – Ужас!
– Бросьте, Рэй, Уин, – широко улыбнулся Питер. – Не хотите же вы сказать, что мы слабаки...
Парни заулыбались в ответ и немного приободрились.
Охотники преодолели первые лестничные марши в приподнятом настроении, но скоро их запал стал иссякать.
– Где мы? – поинтересовался, переведя дыхание, Игон. – Какой это этаж?
– Похоже, десятый, – отозвался Питер, глянув через перила вниз.
Потом он посмотрел вверх и обреченно вздохнул:
– Господи, впереди еще столько же...
– Это один из минусов нашей работы, – стал объяснять Уинстону Игон. – Вечно техника ломается в тех омах, где нам приходится работать...
– Лифты останавливаются, автоматы для продажи готовой пиццы перегорают, сливные бачки закупориваются... – поддержал шутку товарища Питер.
– Ох, приятели, – сказал Уинстон. – Доберемся до двадцатого, скажете... Похоже, мне придется там немного облегчиться...
– Это к вопросу о сливных бачках? – ехидно бросил Вейтман.
– Совершенно верно! – свирепо ответил Уинстон, держась за низ живота.
Друзья, таща за собой тяжеленные протоновые ускорители, которые, казалось, с каждой ступенькой становились все тяжелее и тяжелее, снова побрели вверх по лестнице.
Наконец, охотники за привидениями добрались до последнего жилого этажа. Он представлял собой печальное зрелище. На лестнице валялись какие-то бумаги, в коридоре – куски фанеры. Все лампочки были разбиты, с потолка свисали шнуры электропроводки. Дверь в одну из квартир была полностью высажена.
Идущий первым Питер Вейтман обернулся и прокричал:
– Эй, Уинстон... Ты просил предупредить. Мы достигли двадцать второго этажа.
– Наконец-то... добрались... – воскликнул Рэй.
– Неужели? – промолвил Уинстон. – Мне тогда нужно поискать укромное местечко и передохнуть как следует.
– Завтра будешь отдыхать, – заметил Игон, доставая датчик. – А ну-ка, проверим уровень психокинетической энергии.
Прибор-измеритель пока ничего странного не показывал, и Игон спросил у Питера:
– Ты уверен, что нам нужно искать нечисть именно на этом этаже? У меня на датчике никаких отклонений от нормы.
Вейтман убежденно ответил:
– Да! Я абсолютно уверен.
– Тогда у меня есть предложение, – снова сказал Спенглер, вертя датчиком в разные стороны.
– Давай, Игон, – тут же поддержал его Рэй.
Игон оторвался от своего прибора и произнес:
– Я полагаю, наблюдением удастся охватить большую территорию, если мы решимся на дисперсию индивидуальных энергий.
– Что он сказал? – не понял Уинстон, переспрашивая у Питера.
– Сейчас объясню тебе и ему более популярно... – ответил тот Замаяне и, повернувшись к Спенглеру, сказал: – Игон, если ты думаешь, что мы должны разделиться, то ты глубоко ошибаешься. Меня один раз из-за твоей дисперсии индивидуальных энергий чуть не съело зеленое привидение.
Игон тут же посмотрел на своего коллегу и спросил:
– Пит, тогда скажи, куда нам идти, ведь мы не были у твоей подруги в гостях?
– В конец коридора... вон в ту, крайнюю дверь, – показал Вейтман.
Он, чуть двигая ногами, подошел к двери с номером 2206 и остановился. К нему приблизились друзья. Все тяжело дышали. Питер подергал за ручку, дверь не открывалась.
– Надо ломать! – принял решение Питер и отступил на пару шагов, чтобы выломать дверь с разбегу.
– Погоди, дай отдышаться, – остановил его Уинстон.
Но Питер был настроен более чем решительно. Он разбежался и с силой ударил в дверь. Однако желаемый результат не был достигнут – дверь так и осталась на месте.
– Тут нужно универсальным оружием, – деловито заявил Уинстон, доставая бластер.
– Стой, Уин, – промолвил Игон, – заряды наших пушек стоит поберечь для более серьезного дела. Может, нам и не понадобится ломать дверь.
– Ну да, – заметил Питер, – ее совсем не обязательно ломать, когда вокруг чистота и порядок.
Спенглер не слушал его. Не успел он подойти к двери, как внезапно в коридоре поднялся ветер. И в этот момент запищал датчик Игона. Спенглер тут же стал следить за его показаниями.
– Ну что, нашел что-нибудь? – поинтересовался Рэй.
– Ничего определенного, – отозвался Игон. – Но что бы это ни было, оно исходит как раз из помещения за этой дверью под номером 2206.
– А что я говорил? – вмешался Питер. – Нужно дверь быстрее ломать.
И вдруг дверь в квартиру Даны Баррет чуть было сама не упала на Питера.
– Да, – воскликнул он, – это уже не в первый раз.
– Наверное, ты не только девушкам нравишься, – пошутил Рэй, – но и какой-нибудь вампирке приглянулся.
Питер ничего не ответил. Он вошел в квартиру Даны и не узнал ее. От квартиры осталось одно название и дверь, которая только что упала. Вся наружная стена была разрушена, из вещей сохранилось только кресло.
– Очень странные показания, – промолвил Игон. – Если это сверхъестественные проявления, то совершенно не похожие на другие.
Питер ничего не ответил, он прошелся по квартире, заглянул на кухню и, остановившись на том месте, где стоял холодильник, поднял голову. Буквально в двух шагах от него находилась идущая вверх лестница. Ветер как раз дул оттуда, а лестница сама была освещена голубоватым светом.
К Питеру подошел Рэй и удивленно произнес:
– Смотри, Пит, лестница!
– Да, я вижу.
– Но она почему-то прямо из квартиры? – снова удивился Рэй.
– Ее раньше не было! – заметил Питер.
К ним подошел Уинстон.
– А куда эта лестница ведет? – спросил он.
Питер посмотрел на лестницу, потом на своего коллегу и философски изрек:
– Если ступени не идут вниз, значит, судя по всему, лестница ведет наверх.
К друзьям подтянулся Игон. Датчик, по мере того как Спенглер подходил к лестнице, пищал все интенсивнее. Огоньки на его антеннах уже горели непрерывным светом.
– Определенно, в конце этой лестницы что-то есть, – заметил Игон.
– Возможно, это потайной ход, – сказал Уинстон, – который выведет нас к тому, кого мы ищем.
Вейтман посмотрел на датчик, потом перевел взгляд на Спенглера и скомандовал:
– Игон, – вперед! Рэй, – за ним!.. Пошли!
Ловцы привидений друг за другом двинулись вверх по лестнице, осторожно ступая и смотря вперед после каждого сделанного шага. Датчик Игона уже пищал так, что его пришлось попросту выключить. И так было понятно, что нечисть тут обосновалась прочно.
Игон немного отстал, и вперед выдвинулся Питер. Он дошел до конца лестницы и обернулся к своим друзьям. И в этот момент раздался оглушительный грохот.
– Пит, осторожнее! – крикнул Рэй.
Питер тут же нагнулся. Мимо него как раз зазмеилась молния. Ловцы привидений спрятались за выступ стены и стали смотреть, откуда мог появиться этот пучок энергии.
То, что они увидели, их изрядно удивило.
Шпиль небоскреба весь искривился, рядом с ним образовывался какой-то правильный треугольник, светящийся ярко-желтым светом и выбрасывающий из себя в разные стороны одновременно несколько десятков молний, одна из которых чуть было и не зацепила Питера.
Но поразительнее всего было следующее. В нескольких шагах от них стояла извивающаяся в конвульсиях Дана Баррет. Вокруг нее тоже образовывались вспышки молний.
– Дана! – позвал ее Питер, но девушка не откликалась.
Внезапно она присела, и ее тело превратилось в какого-то черного свирепого животного с телом собаки, головой дракона с оранжевыми глазами и большой пастью.
– Тоже мне!.. Ну и что... – промолвил как ни в чем не бывало Питер; можно было подумать, что он каждый день наблюдал, как девушки на глазах меняют свое обличье.
– Выходит, она – собака! – изумленно промолвил Уинстон.
Охотники за привидениями обратили внимание, что чуть дальше от них стоит, извиваясь, коротышка Луис Пеле.
– А это еще кто-такой? – спросил Рэй.
– Да это и есть тот сумасшедший малый, который к нам попал перед тем, как взорвался приемник-хранилище, – пояснил Игон.
– Который исчез после взрыва?
– Да.
– A-а! Понятно.
Пеле, как и Дана, согнулся, стал на корточки и в мгновение ока превратился в такого же черного монстра, только с более длинным языком и глазами красного цвета.
Чудище, в которого превратилась Дана Баррет, посмотрело на Питера, и тот, смутившись, отвел глаза.
Два чудища вскочили со своих мест и побежали к шпилю. Они уселись на двух, стоящих у основания светящегося треугольника, постаментах.
– Пока все подтверждается, – промолвил Игон. – Эти животные – предвестники появления их божества Гозера. Он приде