– Тогда я согласен.
Катрин немного помолчала, а потом вскинула глаза.
– Вы скоро уезжаете? – спросила она.
– Да, – коротко ответил граф.
– И я с вами.
Граф даже остановился, настолько неожиданным было услышать такое.
– Выслушайте меня, – остановилась и Катрин. – Я всю жизнь мечтала путешествовать. Я не буду вам обузой. Я все обдумала. В детстве меня принимали за мальчишку, я не отставала от самых отчаянных сорванцов. Я остригу волосы...
Катрин тряхнула своими великолепными кудрями, которые снова легли волнами на спине и плечах.
– ...оденусь мальчишкой и буду при вас... Я заметила, что вы без слуги. Я могу его заменить. Я буду верным вашим товарищем. Не отказывайте, граф. Не правда ли, я хорошо придумала?
Граф молчал, глядя на Катрин своими бездонными темными глазами. Его молчание Катрин приняла за одобрение.
– Вам не нужно будет тратиться на меня, – сказала уже уверенно Катрин. – У меня есть кое-какие личные сбережения.
– Это хорошо, – кивнул граф.
Но его слова относились не к последней фразе Катрин. Все складывалось удачно. Девушка сама была готова ехать с ним, и не нужно тянуть время. Очень часто на охоте, заниматься которой граф любил, дичь как бы сама шла ему в руки. Удача и на этот раз сопутствовала ему.
Но туг граф вспомнил разговор в зеркальной комнате своего замка. Ему было велено жениться на Катрин, это и было главным испытанием, поскольку затем графу предстояло испить кровь не чужой девушки, а собственной жены, к тому же похожей на Марицу.
Граф не мог не исполнить приказа, не мог нарушить волю своего властелина, и короткая радость его улетучилась.
– Это хорошо, – снова повторил граф, но уже другим тоном, – то есть я хочу сказать, что хорошо придумано.
– В чем же дело?
– Вы забыли о своих родителях.
– Я оставлю письмо.
– Вы уйдете без спроса. Это нехорошо.
Граф подумал, как нелегко ему придется уговорить деловых родителей Катрин отдать за него дочь. Он даже не представлял еще, как это ему удастся и что доя этого нужно будет делать. Но успокаивало одно – Катрин явно влюбилась в него и пойдет за ним хоть на край света. А это уже половина дела.
Катрин поняла, что граф слишком воспитан, чтобы стать участником даже невинного обмана, каковым считался побег из дома. Она так огорчилась своей неудачей, что слезы выступили у нее на глазах, и она уже не скрывала их от графа.
И вдруг почувствовала, как на ее плечо легла тяжелая и уверенная рука. Она посмотрела в глаза графу.
– Не огорчайтесь, – сказал он. – Мы что-нибудь придумаем.
И только он успел убрать руку, как появился из-за поворота Майкл Синди.
– Вот вы где! А я вас ищу.
И он стал говорить, что готов завтрак, что миссис Маргарет ждет за столом, неудобно опаздывать, что он только что по телефону говорил со своим доверенным лицом о том, как удался последний проект, который даст хорошую прибыль.
Майкл Синди был доволен собой и своими делами.
Катрин, взволнованная неожиданным обещанием графа что-то придумать, гадала, что бы это могло значить, и совсем не слушала отца.
Граф делал вид, что он восхищен успехами Майкла и высоко ценит его тактику ведения бизнеса.
За семейным завтраком было принято разговаривать о всякой всячине, только не о делах. Серьезные разговоры портили пищеварение, так считал хозяин дома.
– Граф, могу я вас спросить? – подала голос миссис Маргарет, чуть манерно поведя головой и считая, что в эту минуту она очень похожа на воспитанную графиню.
– Буду рад ответить, – отозвался граф, пригубив вино.
– Ваш рассказ впечатлил меня, – призналась миссис Маргарет и продолжила: – Но мне не очень понятным показался конец.
– В чем же? – спросил граф.
Катрин подумала, как же она глупа, зачем надо было говорить, что граф рассказывал о себе. Ведь тот воевода превратился в вампира. Граф мог обидеться на это замечание Катрин. Какой же он вампир?
– Герой вашего рассказа отказался от собственной души? – спросила миссис Маргарет.
– Это не совсем так, – подумав, ответил граф. – Он не ставил подобной цели. Получилось все произвольно. От боли и отчаяния воевода, потерявший Марицу, сотворил много зла. Бог отвернулся от него.
– И Марко попал в руки демона? – спросила миссис Маргарет.
– Ему было отказано в смерти, – опустил голову граф.
– Так что, он стал бессмертным?
– Именно так, миссис.
– Он был обречен вечно страдать? – смотрела на него миссис Маргарет.
Граф пожал плечами:
– Так говорил Груя, но он был только демоном. По старинным поверьям, существует властелин, которому подчиняются демоны. Я думаю, что дальнейшей судьбой воеводы занялся сам хозяин ада.
Граф улыбнулся, обведя всех взглядом и тем как бы давая понять, что он рассуждает не серьезно, а согласно легенде, им рассказанной.
Но миссис Маргарет продолжала спрашивать:
– Демон сказал, что воевода будет мучиться до тех пор, пока не полюбит другую женщину так же сильно, как Марицу. Значит, он умрет, когда полюбит?
– Ваша версия красива, но драматична для воеводы, – сказал граф. – Я слышал продолжение легенды, и оно повествует иначе.
– Как же?
– Новая Марица принесет воеводе избавление от смерти.
Катрин вспыхнула, сердце ее затрепетало. Она поняла, что граф говорит о ней, он только ей од ной дает понять, что новая любовь принесет ему освобождение от мук.
Неужели граф неравнодушен к ней? О, если бы это было так!
– Спасибо, граф, – сказала миссис Маргарет и продолжала завтракать.
– Чем я заслужил вашу благодарность? – улыбнулся граф
– Я с детства, – призналась миссис Маргарет, – не любила истории с грустным концом. Я так не хотела, чтобы воевода вечно страдал и умер в тот миг, когда к нему пришла любовь. Какие бы преступления он ни сделал, его можно простить за муки. Мир земной слишком жесток, чтобы можно было прожить, никому не причинив зла. Вы согласны, граф?
– Я не думаю, что так же думает Катрин, – повернулся к девушке граф.
– Я специально для нее и говорю, – заявила миссис Маргарет.
– Мама любит подводить мораль, – заметила Катрин.
– Я это вынуждена делать, потому что ты очень еще наивная и веришь во всеобщее добро. Чтобы жить, приходится кого-то обижать. Не так ли, Майкл?
– Ты завела серьезный разговор, милая, – поднял руку Майкл. – Даже самые умные мысли за едой не усваиваются, потому что кровь приливает к желудку, тем самым ослабляя мозг.
Миссис Маргарет замолчала, но в ней накапливалось раздражение. И вдруг она поняла, что это просто зависть к дочери, которая еще так молода и хороша собой, что может увлечь графа.
Строгое сердце миссис затронуло чувство, которое не должно беспокоить замужнюю женщину. Однако миссис Маргарет ничего не могла с собой поделать, ей нравился граф.
Глава 7ОПАСНАЯ ПРОГУЛКА
Время клонилось к вечеру, но до ужина было еще далеко. Майкл был занят в кабинете своими делами, миссис Маргарет уехала к подруге, и Катрин предложила графу полюбоваться окрестностями.
Граф согласился.
Они проехали на машине несколько миль и оказались в холмистой местности, занятой сельскохозяйственными угодьями.
– Если подняться на тот холм, – показала вдаль Катрин – можно увидеть океан.
– Но до этого холма нет дороги, – сказал граф.
– Я знаю тропу.
– Вы устанете, ведь это достаточно далеко.
– Я хороший ходок, вы убедитесь.
У графа не было никакого желания пробираться через хвойный лес к вершине холма, с которого можно увидеть океан. Он мог этим океаном любоваться с самой высокой башни своего замка, и занимался не одно столетие.
Но тут в голову ему пришла удачная мысль.
– Хорошо, – сказал граф, – идемте.
Поначалу дорожка, по которой они отправились в путь, извивалась по золотистому пшеничному полю. Навстречу им попался пожилой фермер, который приподнял шляпу в знак приветствия, и покатил дальше на своем велосипеде.
Потом начался лес, и дорожка стала довольно крута подниматься по склону холма.
Катрин, дразня графа, побежала по дорожке вперед. Граф мог бы догнать ее в ту же минуту, его тело было натренировано, как у спортсмена. Но вместо этого граф остановился, углубился в лес, чтобы случайно никто не увидел его, и позвал:
– Ион!
Слуга с плутоватым лицом оказался тут как тут.
– Чего изволите, хозяин? – спросил он, не очень-то радуясь встрече.
– Чем ты занят, поганец? – спросил граф.
– С приятелями проводил время.
– Ты уже и приятелей нашел?
– Я по натуре общительный, хозяин.
– Может, ты уже забыл, зачем я тебя послал, и пьянствуешь с какими-нибудь прохвостами?
– Мои приятели, конечно, не депутаты конгресса, но прохвостами называть их не стоит. Они в моем деле доки.
– По какой же это твоей части?
– Ну, не дураки выпить.
– А что служанка?
– Я не встречал более капризной девки и не собираюсь доставать ей с неба звезды.
– Ты что, расправился с нею?
– Зачем так грубо? Я подсыпал в еду ее матери немножко порошка. Бедняжка который день не встает, а дочь не может оставить больную старуху. Она оказалась еще и сердобольной. Вы можете быть спокойны, хозяин. Служанка еще неделю не вернется в дом этого Синди.
– Хорошо. Ты видел, с кем я прибыл сюда?
– Зачем спрашивать о том, о чем излишне спрашивать? Я с детства был наблюдательным. Помню, однажды...
– Наплевать мне на твое детство, если оно даже было украшено твоей наблюдательностью! Придумай по отношению к ней какую-нибудь пакость.
– Да с большим удовольствием! – с готовностью воскликнул слуга. – Я понял. Ее надо похитить. Очень удачно получилось, что мои приятели как раз продолжают пикник на этом же холме чуть выше. Ищите свою невесту в развалинах старого дома. Надо спешить.
– Иди.
Ион исчез и через миг оказался на поляне среди леса, где на траве возлежали два подозрительных типа с такими физиономиями, что ими можно было пугать детей. Они были одеты, как бродяги, и говорили хриплыми от простуды голосами.