– Возможно, мы держим в реках ключ к разгадке, – пробормотал Игон.
– Что ты имеешь в виду? – спросил Питер.
– Кажется, я понимаю, – сказал Рэй. – Игон полагает, что этот призрак может вывести нас прямо к вампиру.
– Браво, господа охотники! – энергично вмешалась в разговор княгиня. – За пятьдесят минут вы сообразили то, до чего я додумывалась пятьдесят лет. Собирая поначалу это досье, я совершенно не придавала значения этому призраку. И только когда Владич убил мою собственную дочь и когда я сама столкнулась с этой женщиной лицом к лицу, то поняла, что во всех ее появлениях явно присутствует закономерность.
– Если это не доставит Вашей Светлости душевную боль, то не отказались бы вы рассказать нам историю, которая случилась с вашей дочерью, – обратился к княгине Уинстон. – Возможно, это поможет нам в наших поисках.
– Шестьдесят лет, прошедшие с тех пор, слегка притупили мое горе, – грустно покачала головой княгиня, – Поэтому теперь я могу говорить об этом более-менее спокойно. История коротка. Не могу сейчас воспроизвести в точности всех обстоятельств, из-за которых граф попал в наш дом. Кажется, мой муж тогда пригласил его к нам на обед. В это время вампир путешествовал под именем Джузеппе Бертуччи, пьемонтского графа. За несколько часов, проведенных в стенах нашего дома, граф сумел всех очаровать своими манерами. Он стал часто навещать нас и в конце концов, сумел подчинить всех своей воле. Моя дочь Динара была без ума от графа. Она влюбилась в этого негодяя со всей искренностью, на которую только способна семнадцатилетняя девушка. А мы с мужем даже мечтать не могли о более удачной партии для нее. Поэтому, когда Бертуччи предложил руку и сердце Динаре, всеобщему ликованию не было предела. Но очень скоро слезы радости и умиления сменились слезами отчаяния и горя. Граф исчез на следующее же утро после брачной ночи, оставив после себя нам на долгую память бездыханный труп Динары. Она лежала окоченевшей на брачном ложе, а стены и потолок спальни были забрызганы ее кровью. Этот Владич даже не потрудился увезти бедную девочку куда-нибудь подальше от родительских глаз, чтобы там убить. Ему доставило особое наслаждение выпить из Динары кровь в помещении этажом выше спальни ее родителей. Мой муж не вынес нервного потрясения, вызванного видом нашей дочери после первой брачной ночи, и вскоре скоропостижно скончался. А я поклялась тогда отомстить вампиру. Но за долгих шестьдесят лет мне так и не удалось это. Этот вампир фантастически неуязвим. Я не сомневаюсь, что сам дьявол направляет его и помогает ему. Но, по крайней мере, хоть чем-то я помогла людям, которые отомстят ему за меня. В тот миг, когда он с проклятиями низвергнется в ад, где ему самое место, моя дочь будет отомщена, и честь рода Черноевичей, таким образом, будет восстановлена...
– И тогда вы решили собрать досье на графа-вампира... – начал было Уинстон, но княгиня его прервала.
– Не именно тогда, а чуть позже. Спустя несколько недель я зашла случайно в комнату дочери и неожиданно обнаружила там призрак женщины. Она сидела на кровати и гладила подушку, приговаривая: «Бедная головка, не увидеть тебе больше белого света. Не бегать твоим ножкам по росистым лугам. Не обнимать твоим рукам любимого мужа. Выпил твою кровь проклятый вампир. Но это вампир виноват, вампир, а на моего сыночка зла не держи и прости его, если можешь. Упокой, Господи, твою душу на небесах».
– Довольно странная манера выражать свою скорбь, – задумчиво прокомментировал Игон.
– Да будет вам известно, что с такими словами обращаются к покойникам у меня на родине женщины-плакальщицы, которых специально для этого нанимают на похороны, – важно сказала княгиня. – И овал лица у этой женщины был типично черногорский. Я уловила в нем черты сходства с Бертуччи.
– Вы полагаете, что это был призрак его матери? – изумился Рэй.
– Тогда я не могла этого полагать, я могла только предполагать. Для того чтобы подозрение переросло в уверенность, мне пришлось совершить длительную поездку на родину и основательно поколесить по глухим черногорским селениям. Там я впервые и услышала легенду о Марко Владиче, воеводе душанском. В запасниках одного старинного музея мне посчастливилось обнаружить собрание картин, на которых были изображены представители рода Владичей. На одной из них был изображен сам воевода Душами. И когда я увидела его портрет, то едва не лишилась сознания. Это была точная копия Джузеппе Бертуччи, убийцы моей дочери...
– Но в природе случаются феноменальные совпадения. Это мог оказаться просто похожий человек, – предположил Игон.
– Такого сверхъестественного сходства у простых смертных не бывает, – горячо возразила княгиня. – Уверяю вас, это точно был он. Там же я увидела и портрет его жены Марицы. Она отдаленно напоминала мою дочь Динару. Именно поэтому он ее и убил. Но Марица как две капли воды похожа на Катрин Синди. Именно поэтому он убьет и ее. Но еще больше меня поразил портрет матери Марко. Ведь та женщина, которая плакала у изголовья кровати моей дочери, была точной копией женщины, изображенной на картине. Отсюда вы можете сделать вывод, что все эти столетия именно она посещала места преступления ее сына.
– Но о матери воеводы в легенде не сказано ни слова, – усомнился Питер.
– А вы помните, я говорила вам, что существует продолжение этой легенды? – усмехнулась княгиня. – От крестьянок селений мне довелось услышать, будто мать воеводы была еще жива, когда Марко предал моего предка, князя Черноевича. Она доживала свои дни в отдаленном монастыре. Мать была единственным человеком из всего черногорского народа, которая не прокляла отступника. Наоборот, она горячо молилась, чтобы ему были прощены его прегрешения, если не на Земле, то хотя бы на небе, и даже готова была принять на себя сыновний грех. Но Марко не мог рассчитывать на прощение, так как совершал все новые и новые неслыханные преступления. И тогда, исповедуясь перед смертью, бедная женщина изъявила желание следовать повсюду за своим сыном. Она надеялась, что ее присутствие отвратит сына от беды и поможет обрести ему путь истинный. Но уж о матери-то Марко меньше всего думает. Он уже, пожалуй, и позабыл, что некогда родился от женщины. А ее появление на месте его преступлений вызывало только путаницу и не помогло в поисках графа- вампира.
– Но если следовать вашей логике, то в самом скором времени эта особа должна посетить дом Майкла Синди! – осенило Уинстона.
– Я так не думаю, – охладил его оптимизм Игон. – Ритуальное убийство Катрин Синди еще не совершилось. Следовательно, у призрака матери Марко нет причин вновь появляться на белый свет. И все-таки она единственная, кто может помочь нам разыскать вампира.
– К чему это ты клонишь? – не понял его Питер.
– Благодаря сверхъестественной способности к перемещениям, она, конечно же, знает, где находится логово вампира. Вы, надеюсь, обратили внимание на тот факт, что она так и не сумела ни помешать его преступлениям, ни навестить его в убежище?
– Это связано с тем, что Владич находится под сильной охраной сатанинской силы, – высказала свое мнение княгиня.
– Я тоже так думаю. Но если мать не в силах воспользоваться своими знаниями, то что помешает ей поделиться этими знаниями с нами, наделенными телесной оболочкой?
– А как ты собираешься отыскать ее? – спросил Рэй.
– Предположительное место обитания нам уже известно – Черногория. Даже уточнен квадрат поисков – монастырское кладбище.
– Но не собираешься же ты заниматься в Черногории осквернением могил?
– В этом нет необходимости, – спокойно парировал выпад Игон. – Она – призрак. Значит, наши приборы позволят точно установить местонахождение этого сфокусированного нетерминального фантазма. После этого нам останется только вступить в контакт с этим парообразным сгустком.
– Хоть она и умерла пятьсот лет назад, но мог бы о чужой матери отзываться и повежливее, – пробурчала себе под нос княгиня так внятно, что все охотники ее услышали, и смутившись, замолчали.
После непродолжительного раздумья Питер спросил:
– А как ты собираешься, если разыщешь, вступить с ней. в разговор?
– Пока не знаю, – откровенно признался Игон. – Надо ориентироваться на местности. Бессмысленно предполагать, что пас ожидает в Черногории, сидя в Нью-Йорке.
– Значит, поездка в Черногорию – решенное дело, – подытожил обсуждение Уинстон. – Мне только интересно, кто оплатит нам такую рискованную поездку, которая, к тому же, может оказаться напрасной?
– Все расходы возьмет на себя семья Синди, заверила охотников старая княгиня. – Майкл Синди от таких расходов не намного обеднеет, а его дочь, поверьте мне, стоит гораздо большего. Можете захватить с собой в дорогу мое досье. Возможно, оно еще вам пригодится.
– Вы очень любезны, Ваша Светлость.
Охотники поднялись с кресел, собираясь уходить.
– Удачи вам, господа охотники, – кивнула им на прощанье княгиня. – Помните, что коварство и жестокость противника не имеют границ. Я свой долг выполнила честно. И теперь мечтаю об одном – дожить до вашего успешного возвращения.
Глава 5ЧУДЕСНЫЙ ЗАМОК
Граф проводил Катрин в ее апартаменты и удалился, сославшись на неотложные дела. Оставшись одна, девушка стала с понятным любопытством изучать новую для нее обстановку.
Комнат было три. Просторные и светлые, они были обставлены современной удобной мебелью. На стенах висели картины в дорогих позолоченных рамах. Катрин немножко разбиралась в живописи и даже при беглом осмотре поняла, что все живописные полотна принадлежат кисти какого-то старинного мастера.
В одной из комнат имелся большой гардероб. Катрин открыла его дверцы... Какой только одежды тут не было! Старинные бальные платья, легкие греческие туники, современные модные брючные костюмы... Всего и не перечислить. Катрин могла бы одеться в стиле любой эпохи, и это так развеселило девушку, что она по-детски радостно засмеялась.