– Действительно, скоро время обедать, – сказал Игон. – Не пора ли нам передислоцироваться в сторону ресторана?
Неожиданно пришел в действие громкоговоритель лайнера, до того времени молчавший, и над палубами корабля разлетелся испуганный голос капитана:
– Дамы и господа... Уважаемые пассажиры, убедительно просим вас всех сохранять спокойствие. Корабль меняет курс. Вместо прежнего пункта прибытия мы направляемся в Алжир. Мне велено всем передать, что всякий недовольный будет расстрелян на месте...
В ту же минуту арабы в белых плащах разбежались по палубе и заняли позицию полукругом. Из-под плащей все они извлекли одноручные автоматы «узи».
– Никому не двигаться! – истошно завопил один из арабов. – За одну попытку сопротивления всех пришьем на месте!
– Мы стали заложниками террористов, – звучал из динамика взволнованный голос капитана. – Я произношу эти слова под дулом автомата. Командир исламских фундаменталистов желает обратиться к пассажирам...
Минутная пауза, наступившая затем, казалось, тянулась целую вечность. На охотников за привидениями и других пассажиров, оказавшихся в тот момент на палубе, устрашающе глядели черные дула автоматов. Лица их обладателей выражали беспощадность. Каждый из охотников мысленно пожалел в тот миг, что купил билет до Европы именно на этот лайнер.
– Пожалуй, нам следовало бы полететь на самолете, – пробормотал вслух Игон.
Особое внимание охотников за привидениями привлекли двое из террористов – лица явно не арабского происхождения. У одного из них значительную часть лица занимал большой нос, у другого волосы были такого ярко-рыжего цвета, что, казалось, они вот-вот огнем вспыхнут. Должно быть, в компании фундаменталистов они чувствовали себя не так уж надежно, поэтому старались выглядеть как можно более жестокими и нагоняли на свои лица выражение ужаса.
В динамике послышался какой-то шум, затем зазвучал голос с сильным акцентом:
– Мне жаль, что все произошло именно так, но во всех ваших бедах вы должны винить правительство Алжира, которое отказывается передать власть в стране в наши руки. Алжир должен исповедовать ислам! Ислам – единственная правоверная религия в мире! Ислам должны исповедовать все! Кто не будет исповедовать ислам, тот будет уничтожен.
– По-моему, этот„ тип выбрал далеко не самое лучшее время и место для того, чтобы пропагандировать свое вероучение, – сказал Уинстон.
Он мысленно прикидывал, сколько секунд уйдет у него на то, чтобы подскочить к ближайшему террористу, сбить его с ног и овладеть автоматом. Приблизительно в этом же направлении работала мысль и остальных охотников. Единственное, что смущало их – присутствие на палубе других пассажиров. Фундаменталисты были до такой степени возбуждены, что могли открыть беспорядочный огонь в любую секунду. И тогда пострадали бы невинные люди. Нет, первоначальный план необыкновенных охотников за привидениями не выдерживал никакой критики. Они сами это осознали, трезво оценив обстановку, и сами же от него отказались.
– «Аркадия» войдет в алжирские территориальные воды. Преступному режиму либералов-демократов будет предъявлен ультиматум – либо они передают власть правоверным исламистам, либо мы взрываем «Аркадию». В машинное отделение уже заложена взрывчатка. При малейшей попытке бунта или мятежа па корабле детонатор придет в действие, и корабль взлетит на воздух прямо посреди океана.
– Рыжий, так с нами не договаривались, – обиженно прогнусавил один из террористов не арабского происхождения.
– Верно, Нос, – согласно закивал головой напарник. – Обещали нам веселую прогулку, с выпивкой и девочками, а теперь делают из нас великомучеников.
– Помалкивайте, кретины, – оборвал их излияния араб в зеленой тюбетейке. – Благодаря нам вы, уроды, избежали электрического стула. Мы помогли вам удрать из тюрьмы...
– Но уж нет, мы просто присоединились к вам за компанию, когда вы уползали через вырытый потайной ход, – решил восстановить истину Нос. – Сидели-то мы с вами как-никак в одной камере.
– Чего же тогда напрашивались ехать с нами куда угодно, хоть к черту на рога?
– Потому что в Америке нас «легавые» быстро вычислили бы. Не так уж много людей удирает из тюрьмы за день до казни на электрическом стуле.
– Кроме того, – добавил Рыжий, – мы с Носом стали очень примечательными личностями. Вся Америка зачитывалась газетами, где описывалось, как мы с другом Ионом собирались пытать ту девчонку. Как же ее звали- то, э-э-э?
– Катрин Синди, – вспомнил Нос.
– Во-во! Да, значит, с другом Ионом. Только куда же он после подевался?
На это Нос не нашелся что ответить. Но террориста в зеленой тюбетейке их меланхолический экскурс в прошлое не особенно интересовал. Он бросил им на руки свой белый плащ, оставшись в униформе цвета хаки без знаков отличия.
– Кто бы ни был тот Ион, – сказал террорист, – но я не сомневаюсь, что он был таким же кретином, как и вы. Но Иона здесь нет, и пристрелить его я не могу. А вот вас очень даже могу. Так что, если будете ныть и привередничать, то я вас отправлю к черту на рога намного раньше, чем «Аркадия» взлетит на воздух.
– Что ты, Абу! – перепутался Рыжий. – О чертовых рогах мы выражались фигурально. На самом деле мы очень сочувствуем вашему движению и даже готовы за него подставить голову под пули. За достойную плату, разумеется.
Голос в динамике заканчивал свое обращение к пассажирам лайнера:
– Во избежание кровопролития приказываю всем разойтись по своим каютам и не покидать их до прибытия в Алжир. Всякий, кто посмеет высунул» нос на палубу, получит автоматную очередь в живот. Я не шучу. Это не первый случай, когда мы захватываем корабль. И вы будете не первыми нашими жертвами.
Голос умолк. Тотчас же фундаменталисты на палубе погнали пассажиров в каюты.
– Живее, живее! Пищу вам будут приносить в каюты! – орал Абу.
– У кого есть хотя бы капля спиртного, тот обязан отдать его нам! – не растерялся и тоже проорал Нос.
– Ислам запрещает употребление виски и прочей американской гадости, – мрачно посмотрел на Носа Абу и передернул затвор автомата.
– Верно, поэтому грех пьянства мы с Носом возьмем па себя, – выручил друга из чреватой последствиями ситуации Рыжий. – Все выпьем до капельки. И тогда у вас не останется искушения и не захочется самим прикладываться к бутылочке.
Такая мысль вполне устраивала Абу.
Перебранка террористов не пролетела мимо слуха охотников за привидениями.
– У меня есть план, как взять этих типов в оборот, – прошептал друзьям Питер.
– Какой? – спросил Игон.
– Нет времени излагать, – признался Питер.
И действительно, времени не было, потому что в следующую же секунду он получил такой толчок прикладом автомата в спину, что чуть не скатился по лестнице кубарем.
– Пошевеливайтесь, неверные американские собаки! – ругался Абу, размахивая автоматом. – Довольно я из-за вас насиделся в ваших же тюрьмах. Теперь мне хочется вволю порезвиться.
– Пит, ты все продумал? – опять шептал спросил Игон.
– Если в моем плане и есть просчеты, то очень скоро мы поймем это, – тоже шепотом ответил Питер.
Террористы развели всех пассажиров по их каютам. Оставались на палубе только охотники. В каждом коридоре Абу выставил по часовому. Отдав все необходимые распоряжения, он обернулся к охотникам:
– Где ваши каюты, грязные американские собаки?
– В следующем коридоре, – как бы нехотя ответил Питер.
– Отконвоируйте их туда, – приказал Абу Рыжему и Носу.
Охотники за привидениями направились к своим каютам, а за ними, с автоматами наперевес, шагали мрачные уголовники. Игон, Уинстон и Рэй недоумевали – отчего Питер не приводит свой план в действие? Вот уже и каюты!
– Я с Уинстоном живу вот в этой каюте, – словоохотливо пояснил Питер Рыжему и Носу, как будто это их сильно интересовало. – А Игон и Рэй – в соседней.
– Ну, так и забирайтесь поживей в свои берлоги, – прорычал Рыжий.
– Но мы очень дисциплинированные пассажиры, и если уж нам приказано отдать все спиртное, какое имеем, то мы хотели бы это сделать прямо сейчас.
При упоминании о спиртном Рыжий и Нос чрезвычайно возбудились. Исполнительность Питера им пришлась по душе. Вот если бы все пассажиры оказались такими же!
– Две бутылки виски лежат у меня в чемодане, – сказал Питер. – Подождите меня здесь, в коридоре, я их вам сейчас вынесу.
– Но уж нет, парень, – заподозрил неладное Нос.
– У тебя там может быть спрятано оружие. Я страх как люблю стрелять по людям, но совершенно не в восторге, когда стреляют по мне. Так что я зайду в каюту с тобой.
– И я не отстану от тебя, друг, – с готовностью предложил свои услуги Рыжий.
– Боишься, что я один все тут же и выпью? – нахмурился Нос.
– Ты поразительно догадлив, Носик.
Питер ввел уголовников в каюту и открыл чемодан, который лежал на спальном месте. Рыжий и Нос так сосредоточенно следили за его движениями, заранее млея от удовольствия, что не заметили, как через приоткрытую дверь в каюту проскользнули Игон и Рэй.
– Вот первая, – извлек из чемодана Питер большую бутылку с вожделенной жидкостью.
Рыжий и Нос одновременно протянули руки, чтобы рассмотреть этикетку на бутылке. Дула их автоматов опустились к полу. Этой их ошибкой немедля воспользовались Игон и Рэй. Каждый, перехватив «своего» уголовника за шею, они выбили у них оружие. Теперь автоматы были в руках необыкновенных охотников за привидениями. Черные стволы упирались в животы бандитов, которые от неожиданности лишились дара речи.
– В этом и заключался мой план, – торжествующе провозгласил Питер. – Согласитесь, ребята, что начало неплохое.
– Согласен, – сказал Уинстон, заглядывая в каюту – Теперь важно развить первоначальный успех.
– Причем действовать следует немедля, пока террористы еще не окончательно взяли под контроль ситуацию на корабле, – сказал Игон.
Тем временем к уголовникам постепенно начал возвращаться дар речи. Первым попытался завязать контакт с охотниками Нос: