Любитель рэпа танцевал классно. Даже Питер, с его безразличным отношением ко всяким танцам, оценил это.
Парню только немного вредила некоторая скованность, которая, как посчитал Питер, должна была пропасть, когда он наберется опыта.
Танцор все время выкрикивал какие-то рифмованные строки типа заклинаний или скаутских строевых речевок. Наконец, парень нагнулся, выключил магнитофон и поклонился Питеру. Его приятели захлопали.
– Теперь – кто-то из вас, парни! – сказал любитель танцев.
Питер переглянулся с друзьями. «Черт побери, – подумал он. – Вот влипли так влипли...»
Никто из охотников не двинулся с места. Тогда юнец сказал вторично:
– Парни, я же предупреждал, вам придется танцевать. Я говорил очень серьезно, я не свистел! – он принялся объяснять: – Я набираю группу для завоевания большой сцены и большой славы, – парень переходил на повышенные обороты. – А также – больших денег, черт побери! И если какой-то хлюпик в моем районе умеет классно танцевать, но не хочет мне этого показать – он сделает хуже только себе. Это говорю вам я, а меня здесь каждый знает и не даст соврать! – парень обернулся к своей компании, которая свистом и криками высказала одобрение сказанному.
Охотники за привидениями стояли ни живы ни мертвы.
Рэйман наклонился к Вейтману.
– Слушай, Питер, – возбужденно заговорил он. – Надо что-то ответить. Лучше всего – станцевать, хоть как. Иначе этот юнец всем расскажет, что мы не те, за кого себя выдаем.
Питер думал недолго. Он подтолкнул стоящего рядом Замаяну.
– Тебе придется постоять за честь мундира! – шепнул Вейтман.
– Почему? – стал упрямиться Уинстон.
– Потому что ты... – Питер едва не сказал «негр», но вовремя сдержал себя, – африканец, у тебя рэп сидит в крови...
Уинстон встряхнулся.
– Ну, хорошо! – твердо сказал он. – Постою за честь мундира. Хотя... Какой у рэпперов мундир?
– Самый что ни на есть настоящий! – успокоил приятеля Питер.
– Очки, кроссовки, бейсбольная кепка... – перебив, стал дополнять Рэйман.
– А бейсбольная кепка козырьком назад лично мне напоминает адмиральскую фуражку, – добавил Питер. – Иди, Уин, и покажи этим самозванцам, что такое настоящий рэп! У тебя получится!
– А что петь-то? – схватился за соломинку Замаяна. – Не знаю ни одной песни.
– Да все что угодно! – закричал юнец в кроссовках «Риббок». – Покажи класс!
Он нажал на кнопку и крутанул ручку громкости. Магнитофон выдал полную мощность.
– Давай, Уин, не то они от нас не отстанут! – снова толкнул приятеля Питер. – А нам еще работать. Не забывай кричать «Хэй!» и подпрыгивать!
Замаяна нерешительно вышел в круг. Немного потоптался и растерянно начал:
Шалтай-Болтай сидел на стене,
Шалтай-Болтай свалился во сне...
Постепенно он вошел в раж. Местные любители рэпа заулыбались и принялись бить в ладоши.
– Вот это я понимаю! – восхищенно крутил головой обладатель кроссовок «Риббок». – Это настоящий рэп! Давай, парень!!! – юнец прищелкивал пальцами.
– Да, – похлопал юнца по плечу Питер. – Так танцуют в столице рэпа – Нью-Йорке! Не то что у вас, в провинции!
– Да ну? – не поверил тот.
– Вот тебе и «да ну»! – передразнил Питер. – Слушай, что я тебе скажу. Ты видишь перед собой короля рэпа! Не забудь взять автограф!
Замаяна ошалело таращил глаза и истошно орал на полную силу легких:
Вся королевская конница, хэй!
Вся королевская – хэй-хэй! – рать!
Ол райт!! !
Промасленную джинсовую куртку мистера Харрисона Уинстон расстегнул и приспустил с плеч так, чтобы ладони стали наполовину прикрыты рукавами. «Король рэпа» вовсю махал руками, тыкал в зрителей скрюченными указательными пальцами.
Даже Питер и Рэйман, благословившие Уинстона на этот «подвиг», не ожидали от приятеля такой высокопрофессиональной рэпперской подготовки, ужимок и прыжков.
– Хэй, ю-у-у! Вся королевская рать!!! – разносилось над городом.
Редкие вечерние прохожие останавливались и заглядывали через спины охотников за привидениями и местных любителей рэпа. Некоторые крутили пальцем у виска и поспешно уходили, но большинство оставалось поглазеть на бесплатное представление.
Скоро собралась порядочная толпа.
Уинстон выдыхался:
Не могу Шалтая, хэй!
Не могу Болтая, хэй-хэй!
Шалтая-Болтая,
Болтая-Шалтая-Болтая...
Тр-р-р-Бум-Ба!
Язык Уинстона выделывал немыслимые коленца. Питер подумал, что если бы в языке была кость, то Замаяна давно заработал бы себе перелом.
«Король рэпа» вполне успешно перекрикивал магнитофон:
Хэй, ю-у-у-у!
Поднять!!!
В заключение песенки о странном персонаже из детской сказки Льюиса Кэрролла Уинстон прошелся вприсядку...
Внезапно кончилась кассета. Щелкнув, сработал автостоп. Одновременно с магнитофоном замер Замаяна.
– Представление окончено, – пробормотал он и посмотрел на Питера. – Честь мундира за...
Последние слова потонули в грохоте аплодисментов. Замаяна даже растерялся.
К танцору из толпы зевак протолкался маленький лысый человечек. Он деловито схватил Уинстона под локоть и затараторил:
– Любой контракт, молодой человек, любой контракт! На самых выгодных условиях!
Уинстон вырывался, но толстый незнакомец пристал, словно липучка.
– Я местный открыватель талантов! – скороговоркой сыпал толстяк. – Юноша, у вас талант, я хочу быть вашим менеджером! Я согласен заключить контракт на любых приемлемых для вас условиях.
Уинстон не пришел в себя после танца. Он даже не мог отдышаться – напоминал рыбу, вытащенную из воды на берег – так же беззвучно открывал рот...
– Я отвезу вас в Нью-Йорк! – заливался настырный незнакомец. – Что вы скажете насчет пары клипов для Эн-Ти-Ви? Вы разбогатеете!
Уинстон бросил на приятелей полный отчаяния взгляд. Питер понял: парня нужно срочно спасать.
Вейтман кивнул Рэю, после чего они с двух сторон подскочили к открывателю талантов.
– Извините, но этот молодой человек не может подписать никакого контракта с вами! – твердо сказал Питер на ухо толстяку.
– Почему? – изумился тот. – Я знаком с самым Диком Джейсоном!..
– Сожалею, но мистер Замаяна только что подписал контракт со мной, – сказал Питер. – Да, да! Я полностью представляю интересы мистера Замаяны! Вот мой компаньон, – Вейтман показал поникшему менеджеру Рэя. – Это мистер Стэнс, он подтвердит мои слова!
– Да, – степенно кивнул Рэйман. – У мистера Дика Джейсона ничего не получится, ему придется поискать другого кандидата на клипы Эн-Ти-Ви!
– Но кого?! – взволновался открыватель талантов. – Умоляю, господа, может быть, у вас в обойме есть кто-то, кого вы можете уступить мне? Плачу любые деньги! – толстяк с готовностью полез за бумажником.
Питер положил ладонь на руку менеджеру.
– Не надо денег, – сказал он и, поискав глазами, добавил: – Вот этот молодой человек подойдет для вас! – Питер кивнул на обладателя кроссовок «Риббок».
Рэйман понял задуманное. Он схватил в охапку парня в кроссовках.
– Только не упирайся, – шепнул он. – Судьба дает тебе верный шанс!
Парень и не думал упираться. Рэйман потащил его, как теленка на привязи.
Тем временем антрепренер спрашивал у Питера:
– А этот молодой человек, которого вы мне рекомендуете, умеет танцевать рэп?
Питер прищурился:
– А вы, мистер, не были с самого начала?
– Нет, – вздохнул толстяк. – К сожалению, я подошел, когда танцевал мистер Замаяна...
Рэйман привел юношу в «Риббоках».
– Вот тот талант, который вам нужен, – сказал Стэнс. – Вы не пожалеете, господин антрепренер!
– И самое главное, – добавил Рэйман, – мы вам его уступаем совершенно бесплатно!
Пока друзья были заняты знакомством открывателя талантов и владельца магнитофона, Игон внимательно разглядывал толпу. Внезапно он повеселел: среди подростков Спенглер заметил того самого веснушчатого паренька, с которым охотники так хотели встретиться.
Джонни был все с той же доской на роликах. Игон подошел к нему:
– Привет, Джонни, как дела?
Подросток поднял глаза:
– А ты откуда меня знаешь?
Спенглер улыбнулся:
– Видимо, ты меня не узнал, парень. Если бы я был с протонным ускорителем за спиной, ты бы вспомнил...
Джонни хлопнул себя ладонью по лбу.
– Господи, ну конечно! – палец подростка ткнул Игону в грудь. – Ты ведь приятель Питера, верно?
Игон кивнул.
– А Питер где? – спросил мальчик.
Спенглер показал на переодетого Вейтмана.
– Это он? – Джонни не скрыл изумления. – Ни за что бы не догадался!
Игон принял серьезный вид:
– Джонни, послушай... Откровенно говоря, мы искали тебя!
– Неужели? – подросток поднял брови. – У вас проблемы?
– Представь себе, – кивнул Спенглер.
– Какие?
– Сейчас все расскажу, – Игон на минуту задумался, стоит ли посвящать мальчишку в подробности, но потом мысленно махнул рукой – Джонни хотя еще и не взрослый, но уже и не ребенок, он не должен подвести. – Ты замечал, что на ваш город по вечерам опускается туман?
– Еще бы! – ответил подросток, и глаза его загорелись.
– Так вот, – продолжал Игон, – с этим туманом – не все чисто.
– И вы приехали, чтобы установить его причину? – догадался Джонни.
Спенглер кивнул:
– Именно!
– Так чего же вы у меня сразу не спросили? – огорошил взрослого собеседника мальчик. – Я бы вам сразу и сказал, откуда этот дым плывет на город.
Брови Игона поползли вверх.
– Как? – изумился он. – Откуда ты знаешь?
Джонни ухмыльнулся:
– У меня есть один приятель, его зовут Фрэнк. Он сейчас дома, но не в этом дело. Так вот, он начинал ужасно кашлять, едва появлялся этот, как его называли остальные, туман. А мне и Фрэнку сразу показалось, что это не туман! У него был какой-то дурацкий запах... – мальчишка сделал паузу.