Игон быстро поднес пакет к отверстию шлюзовой камеры и вытолкнул туда его содержимое. После этого закрыл крышку и нажал на кнопку.
– А ну-ка, послушаем! – сказал он. – Интересно, как привидение воспримет такой подарок?
Все затихли. И – о чудо! – в тишине послышался звук, похожий на продолжительный вздох.
– Действует! – не выдержал Питер.
– Тихо! – рявкнул на него Рэйман.
Питер затих и стал слушать звуки, издаваемые, без сомнения, субъектом, сидящим в контейнере.
Игон снова настроил переводчик и приладил к уху наушник. Потом приставил переводчик к самому боку ловушки.
– Ну что? – спросил Питер.
Игон сперва поднял руку, призывая замолчать. Но в следующую секунду лицо его расплылось в восторженной улыбке.
– Действует! – шепотом воскликнул Спенглер. – Чтоб мне провалиться на месте – действует!
Питер на всякий случай посмотрел под ноги Игону. Земля прочно держала Спенглера на своей тверди.
– Видимо, сейчас «пододеяльник» произносит благодарственную речь! – пошутил Рэйман.
Однако после нескольких вздохов обитатель контейнера затих, что не мешало Спенглеру удовлетворенно улыбаться.
Внезапно Игон наклонился к микрофону и что-то тихо сказал. Потом прижал пальцем наушник и изобразил на лице высшую грань восторга.
– Что ты слышишь, Игон? – спросил Джонни, дрожа от нетерпения.
Спенглер сердито замахал рукой. Рэйман дал мальчишке подзатыльник.
Джонни завыл.
Не дослушав ответ привидения, Игон посмотрел на зрителей.
– Парни, обмен информацией весьма активен! – сообщил он. – Миссис Харрисон, Джанин, Джонни, Лизун! Извините, но я попрошу моих коллег отвести вас в дом. Мой собеседник говорит очень тихо...
Все, за исключением подростка, согласно закивали. Рэйман схватил Джонни в охапку и понес к двери. Мальчишка истошно вопил и дрыгал в воздухе ногами.
– Джанин, миссис Харрисон, – сказал Питер, – посмотрите за мальчиком. Дайте ему чаю с пирогом.
Женщины ушли.
– Идите и вы, парни, – сказал Игон. – Мне мешает ваше дыхание! А кроме того, женщинам и Джонни не будет так обидно... Лизун, а тебе удалиться надо было в первую очередь! Не виси у меня над головой!
– Ишь ты, какой стал! – недовольно воскликнул Питер, но подчинился просьбе друга.
Парни зашли в дом. Лизун отлетел от Игона, потом вернулся. Потом снова отлетел и снова вернулся. Он явно разрывался на части, не понимая, чего в нем больше – уважения к Игону или любопытства?
В конце концов уважение победило. Лизун поджал губы и залетел в дом через форточку.
...Видимо, привидению многое хотелось сообщить собеседнику, потому что Игона долго не было.
Питер успел просмотреть все газеты и даже включил на несколько секунд радиоприемник. Передавали легкую музыку, и Питер выключил радио.
Только через час появился Игон. Лицо его было озадаченным.
– Аудиенция длилась ровно семьдесят четыре минуты! – объявил Рэйман. – Высокие стороны обменялись мнениями, после чего одна из сторон удалилась домой, оставив другую в зале заседаний... Короче, что ты узнал, Игон?
Спенглер поднял обе руки.
– Не надо вопросов! – сказал он, словно на пресс- конференции. – То есть все вопросы вы зададите потом. Сперва давайте я все расскажу.
– Валяй! – Питер сел на стул. – А мы послушаем.
– Значит так! – глаза Игона сияли, как два маленьких фонарика. Очки усиливали сияние до прожекторного. – Самое первое и самое сногсшибательное... Эти «простыни» – не совсем привидения!
– Как так? – не выдержал Стэнс.
– Рэй, Игон же просил – вопросы потом! – назидательно проговорил Замаяна.
– Для ясности будем называть их привидениями, – продолжал Спенглер. – Так вот, эти образования действительно состоят из эктоплазмы, они весьма схожи с обычными привидениями, однако... В общем, относитесь к тому, что я сейчас скажу, как хотите, но эти «простыни» залетели к нам из другого измерения!
Игон сделал паузу, наблюдая, какое впечатление произвели эго слова.
Коллеги одновременно почесали затылки. Питер показал жестами, что хочет что-то спросить.
– Ладно, Питер, спрашивай, – разрешил Игон. – Вижу, что я поторопился, попросив оставить вопросы на потом.
Питер улыбнулся как школьник, которому дали возможность ответить хорошо выученный урок.
– Я знаю четыре измерения, Игон! – сказал Вейтман. – Длина, ширина, высота. Еще время. Из какого же принесло «простыни»?
– Из пятого, Питер, – Игон вздохнул. – Лучше называть это измерение не пятым, а... Ну, скажем, так. Длину, ширину, высоту обозначают соответственно буквами «икс», «игрек» и «зет», а время принято обозначать буквой «тэ». А для измерения, откуда родом наши гости, придется ввести новую букву алфавита. Двадцать седьмую по счету...
– Разве в нашем алфавите двадцать шесть букв? – с недоумением воскликнул Джонни.
– А сколько? – рассмеялась Джанин.
– Я читал книги, у нас такой богатый язык, – Джонни заволновался. – Неужели двадцати шести букв хватает для всех слов?
– А какой у нас язык? – быстро спросил Питер.
– Как – какой? – Джонни посмотрел на Вейтмана, как на маленького.
– Ясное дело!
– И все-таки – какой? – к Питеру подключился Рэйман.
– Мы живем в Америке, – степенно рассудил мальчик. – Значит, язык у нас американский.
– Английский, Джонни, английский! – укоризненно покачал головой Игон. – У нас в стране английский язык. В нем двадцать шесть букв.
– Эх ты, темнота! – Питер отвесил мальчишке подзатыльник.
Джонни огрызнулся:
– Сам темнота!
– Ладно, Джонни, пусть я темнота, – величественно согласился Питер. – Продолжай, Игон. Что ты там говорил насчет букв и измерений?
Спенглер сказал:
– Любая буква с чем-то связана... Этому измерению, поскольку оно совершенно новое, надо придумать такое же новое обозначение. Этакую букву «ксю»...
– Измерение «ксю»! – воскликнул Питер. – Честное слово, мне это нравится! А? – Питер легонько толкнул Джонни, стремясь помириться.
– Ничего, – шмыгнув носом, оценил тот. – Звучит круто!
– И как же эти привидения из измерения «ксю» попали в наш мир? – спросила Джанин.
– Так, рассказываю все по порядку, как я и услышал, – Игон сжал кулаки и принялся отгибать пальцы. – Первое, – Спенглер оттопырил большой палец. – Кто-то выбросил на свалку переполненный мясом холодильник...
– Ничего себе! – Питер вытаращил глаза. – Прямо с мясом?
– Прямо с мясом! – кивнул Игон. – Второе! – он отогнул указательный палец. – Холодильник попал в место, где сопряжение параллельных миров было особенно тонким... Вы же знаете, что наш мир – только один из бесчисленного множества похожих и непохожих друг на друга параллельных миров... Иногда попадаются тонкие места.
– Редко, но случается! – сказал Питер с видом бывалого путешественника по параллельным мирам.
– Все дело в том, что «простыни» тонко реагируют на запахи! – пояснил Игон. – Мясо стало портиться и пробило большую брешь. Мы бы ее даже не заметили, но эктоплазменных жителей того мира стало буквально засасывать в наше измерение! Этот холодильник притягивает «простыни», как магнит железные опилки!
– Дырка образовалась в людном месте? – поинтересовался Рэйман и махнул рукой. – Ну, ты понимаешь, что я хочу сказать...
– Понимаю, – кивнул Игон. – Вообразите, что творилось бы, если бы на углу Бродвея и Пятой авеню кто-то выкопал большую волчью яму...
– В нее свалилась бы половина Нью-Йорка! – засмеялся Вейтман.
– Примерно то же случилось в измерении «ксю», – сказал Спенглер. – Так вот, «простыни» прячутся в холодильнике, где ужимаются в несколько раз.
– Да, их там порядочно! – пискнул Джонни.
– Поехали дальше! – средний палец Игона составил компанию указательному и большому. – То, что все называют туманом, – результат дыхания «простыней». Оно же и воздействует на мясо, яйца и тому подобное!
Миссис Харрисон ахнула.
– Теперь понятно! – воскликнула она. – Я просто забыла закрыть форточку ночью, когда у меня испортились продукты!
Игон посмотрел на хозяйку дома.
– Боюсь, запертая на ночь форточка не спасла бы ваши продукты, – сказал он. – Вопрос времени – мясо испортилось бы позднее! Частички так называемого «тумана» безумно активизируют процесс разложения...
– Но почему? – спросила тетя Огнезия.
– Наш пленник долго мне что-то рассказывал, – ответил Игон. – Я понял не все, но что ухватил – объясню... «Простыни» питаются запахами. Точнее, черпают из них энергию для жизнедеятельности. И запах тухлого мяса для них – особое лакомство. Даже нечто, похожее на наркотик, если запах очень концентрирован. Ну, как шоколад для Джанин!
Девушка фыркнула и покраснела.
– Дыхание «простыней», слава Богу, не воздействует на живые организмы, то есть на нас с вами, леди и джентльмены, – продолжал Спенглер. – Но на мертвые организмы – а наши мясные продукты являются ничем иным, как кусками убитых животных, простите за откровенность...
– Да здравствует вегетарианство с его девизом: «Я никого не ем!» – вскричал Рэйман.
– Короче говоря, дыхание «простыней» вызывает обильное образование пищи для них, то есть тухлого запаха! – объяснил Игон. – Это, так сказать, замкнутый процесс, который обычен для измерения «ксю»!
– Господи, страх-то какой! – запричитала миссис Харрисон. – Мистер Спенглер, а вам не сказал ваш пленник, что произошло с моим мужем?
– Да, Игон, почему пропали люди? – спросила Джанин. – Это ведь самое главное, что надо было узнать!
– Они похитили людей для вполне определенной цели, – сказал Игон и поморщился: – Нет, жизням похищенных ничего не угрожает!
– Но мой муж просто-напросто голоден! – воскликнула миссис Харрисон. – Я места себе не нахожу, он такой злой, когда хочет есть! Это сколько часов он уже не ел? – она принялась шевелить губами, подсчитывая. – Ой, ну очень много!
– Миссис Харрисон, наш «пододеяльник» мне сообщил, что они обнаружили интересное явление. Дыхание привидений, то есть туман, воздействует на человека так, что у того пропадает аппетит. Вашему мужу голод не грозит. Пока не грозит, – на всякий случай уточнил Игон.