– Капитан Влипли, – отчетливо, чтобы каждое слово записи можно было потом разобрать, произнесла она. – Не волнуйтесь, пожалуйста. Господин шериф, видимо, вам говорил, что он проконтролирует перед эфиром ваше интервью? Не волнуйтесь, повторяю. Не обращайте внимания на его слова... Мистер Мак-Гоп несколько раз предпринимал попытки цензуры моих передач, но я этого никогда не допускала и не допущу! – девушка метнула очаровательный взгляд в сторону поникшего агента. – Каждое ваше слово, капитан Влипли, достойно того, чтобы выйти в эфир! Не надо переживать, жители нашего города услышат все, что вы им скажете, без каких бы там ни было купюр!
Казалось, взгляд капитана мог испепелить. Престон Мак-Гоп чувствовал, что настала самая худшая минута в его жизни. Он пригласил радиожурналистку для того, чтобы хоть немного поднять свой авторитет. При этом он искренне надеялся, что мисс О'Нил просто не обратит внимания на молчаливого человека в ковбойской рубашке, примет его за обычного свидетеля, вроде двух барменов.
Чтобы уговорить капитана, шериф допустил маленькую ложь... И вот теперь расплачивался.
Хотя и Персиваль Влипли был хорош! Ведь это он, Влипли, не сдержался и первым раскрыл свое должностное инкогнито.
И капитан, и шериф с ненавистью взирали на диктофон в руке Шейлы О’Нил. Этот маленький прибор был устрашающим оружием против их гнева. И они были вынуждены молчать, потому что диктофон ловил каждое слово.
– Что же вы, джентльмены? – очередной раз улыбнулась девушка. – Неужели вам нечего сказать?
В это время в салоне автомобиля шерифа Толстый Мэл обратился к своему соседу и конкуренту:
– Нил! Кости-то целы?
– А? – Нил оторвался от созерцания сцены, которая разыгрывалась у патрульной полицейской машины. – Кости, говоришь? Целы, а твои?
– Мои тоже! – Мэл удовлетворенно вздохнул. – Чего это они там?
– Кто их знает? – ответил вопросом на вопрос Нил и замолк.
– Нил, – снова послышался голос Мэла. – Я так понимаю, что не наше это дело – совать нос в их дела! А ты как считаешь?
– Так же!
Мэл потянулся.
– Даже вылезать не хочется, – сказал он.
Потом на Мэла напала сентиментальность.
– Слушай, Нил, а чего это мы с тобой ссоримся? – спросил толстяк.
– Мы не ссоримся, – ответил Нил, – у нас конкуренция...
– А ну ее к черту, эту конкуренцию! – вдруг воскликнул Мэл. – В Брекфосте сколько жителей? Две сотни? А мужиков сколько?
– Половина, – бросил Нил.
– Вот, половина, – кивнул Мэл. – Неужели тебе не хватит пятидесяти тысяч на свой бар?
– Думаю, хватит, – спокойно отозвался Нил. – Вполне...
– Ну, разбавляю я иногда пиво, не без этого, – признался Мэл. – А кто не разбавляет?
– Я не разбавляю! – заявил Нил. – Потому ко мне все и бегут. А ты сам вредишь своему бизнесу...
– Ну, и я не буду, – сказал толстяк. – Черт, башка трещит...
– Перебрал вчера?
– Было дело... А эти черти оторвали меня от пива... Так неначатая банка и осталась на столе...
Нил полез во внутренний карман просторной куртки.
– На! – он протянул соседу стограммовую банку пива. – Полечись...
– Нил, отец родной!!! – Мэл даже вспотел от восторга. – Откуда?..
– Ношу с собой, – отозвался Нил. – Как образец того, чем торгую...
Пока бармены вели свою неспешную беседу, шериф Мак-Гоп и капитан Влипли гипнотизировали взглядами друг друга, Шейлу О'Нил, а также несчастного патрульного сержанта, совсем сбитого с толку.
Радиожурналистка несколько раз повторяла вопросы, пробовала начать разговор с того, другого... Все усилия были тщетны – шериф и парень в ковбойской рубашке словно воды в рот набрали.
Эта заминка и дала возможность охотникам за привидениями запустить Питера в измерение «ксю».
...Сержант нерешительно кашлянул. Этот звук прервал затянувшуюся паузу.
Шериф неприязненно посмотрел на подчиненного.
– Сержант, вы хотите дать интервью? – быстро промолвил Мак-Гоп. – Вы уже заслужили понижение в окладе и звании. Одно ваше слово, которое прозвучит в радиопередаче, – и можете считать себя уволенным!
– Шериф, вы говорите странные вещи! – воскликнула Шейла О'Нил. – Что это значит?
Внезапно раздался щелчок: сработал автостоп диктофона. Влипли и Мак-Гоп одновременно вздохнули.
– Шеф, я хотел напомнить, что мы должны поймать этих охотников за привидениями! – жалобно проговорил сержант, которому хотелось хоть как-то реабилитировать себя в глазах начальства.
– Погодите, сержант, я поменяю сторону! – всполошилась радиожурналистка, проклиная себя за то, что вставила в диктофон кассету, на три четвертых заполненную предыдущими материалами. – Одну секунду! – мисс О'Нил заторопилась, вытаскивая кассету. Кассета как на зло застряла. – А вы, шериф, не говорили мне, что эти ваши хулиганы – охотники за привидениями! Стыдно!
Сотрудник ФБР вздрогнул:
– Шериф, у нас секунда, чтобы оторваться от этой вашей радионахалки! Мы должны их арестовать!
Влипли и Мак-Гоп сорвались с места и побежали в сторону стадиона. Сержант припустил следом, Шейла О'Нил осталась сражаться с диктофоном.
– Ну ладно! – она с презрением прищурилась в сторону беглецов. – Я вас все равно достану! С этим стадионом и специалистами по поимке привидений, которых решили ни за что ни про что арестовать, явно что-то нечисто, и я распутаю это дело!
Девушка посмотрела в салон патрульной машины и заметила рацию.
– Отлично – отметила Шейла О'Нил. – Оказывается, есть выход на городскую телефонную сеть...
Радиожурналистка забралась в машину и быстро набрала телефон мэра.
– Прошу вас, господин мэр, как можно быстрее приехать на стадион, – сказала она, как только абонент снял трубку. – Да, прошу не откладывать... Если и можно что-то отложить в данной ситуации, это все другие дела! Шериф задумал что-то противозаконное, судя по всему. С ним агент ФБР по фамилии Влипли. Да, капитан Персиваль Влипли! – девушка перешла на крик: – Господин мэр, вы просто обязаны быть здесь! Я уже не прошу, я требую!!! Вы же знаете, что значит для города моя радиостанция! Я подниму всю общественность! – голос Шейлы дрожал.
Мэр проклял все на свете, и начал он с того момента, когда познакомился с капитаном Влипли.
– Выезжаю, – бросил он и положил трубку.
Девушка вылезла из машины с чувством исполненного долга.
– Отлично, сейчас во всем разберемся, – прошептала она. – Для полного счастья надо вынуть эту проклятую кассету...
...Толстый бармен сделал последний глоток и оторвался от пивной банки.
– Красота! – крикнул он. – А где это все?
У патрульной машины он увидел только Шейлу О'Нил.
– Побежали на стадион, – равнодушно отозвался Нил.
Головная боль Мэла унялась, и ему захотелось действовать.
– Так чего мы сидим? – воскликнул толстяк. – Пойдем посмотрим?
– Пойдем...
Бармены выбрались из автомобиля.
– Мисс О'Нил, почему вы остались? – спросил Мэл, когда они поравнялись с девушкой.
Та махнула рукой.
– Небольшая производственная заминка! – она улыбнулась. – Я вас догоню...
На дне котлована после исчезновения Питера происходило следующее.
Игон оглядывался вокруг. Все так же светило солнце, дул слабый ветерок. Все так же мозолил глаза холодильник. Дверца была закрыта.
– Где Питер? – спросила Джанин.
– Как где? – Игон посмотрел на девушку. – Судя по всему, – там, где ему и положено находиться. В измерении «ксю»!
– Но он уже должен был нажать эту самую кнопку! – с тревогой в голосе воскликнула Джанин и огляделась. – Почему ничего не меняется?
– Игон, ты ошибся? – подошел Рэйман. – Скажи честно, когда мы снова увидим Питера?
Спенглер потер лоб.
– Я не мог ошибиться, парни, – пробормотал он. – Все просто, как транзистор...
– Только не надо рассуждений, – попросил Рэйман. – Скажи просто – когда вернется Питер?
– Сразу после того, как нажмет кнопку! – воскликнул в отчаянии Игон. – Откуда я знаю, почему он этого не делает?
– Может быть, потому что мы поджарили ему зад? – невесело пошутил Уинстон.
– Нет, парни, бластеры никак не воздействовали на него, – замахал руками Игон. – Потерпите хоть минуту...
Минута показалась вечностью. (Питер в это время искал, на что опираются его ноги, а журналистка обнаружила, что кассета застряла в диктофоне.)
– Все, больше не могу терпеть! – заявила Джанин. – Игон, сейчас же говори, как вернуть Питера!!!
Спенглер опешил: девушка двинулась на него с кулаками.
– Ой, смотрите, смотрите! – внезапно заорал Джонни.
Дверца холодильника заскрипела и распахнулась настежь. Повалил густой туман, следом за туманом стали чередой вылетать привидения.
– Господи, оглянитесь! – продолжал кричать мальчик. – Сколько их!
Все стали озираться.
Картина была жутковатой. Не только из холодильника, но и из других мест свалки, от трибуны, со стороны гор – отовсюду стали появляться белые «простыни», бесшумно проноситься над головами наблюдателей и исчезать в том месте, которое несколько минут назад поглотило Питера.
У всех захватило дух.
Игон опомнился и с торжеством в голосе закричал:
– Получилось! Он нажал кнопку! Парни! Джанин! Питер нажал кнопку!
Лизун издал верещащий звук – его ощутимо потянуло в измерение «ксю». Чтобы не упустить перепуганного маленького друга, Джанин, подпрыгнув, схватила его и изо всех сил прижала к себе.
– Никому не отдам! – прошипела девушка. – Не бойся, не дрожи...
Она постаралась представить, что прижимает большую мармеладину или кусок мороженого. «Помадка... Тянучка! – твердила про себя Джанин. – И совсем это не противно, можно потерпеть...»
Игон ожидал увидеть Питера сразу. Но Питер появился только после того, как поток «простыней» пропал.
Он вылез мокрый.
– Уф! – сказал Питер и окинул друзей взглядом, невольно задержав глаза на Джанин, которая продолжала обнимать Лизуна. – Только что я прошел сквозь тысячу Лизунов. Они меня полностью обслюнявили. – Вейтман усмехнулся. – Лишь Джанин может меня понять.