МЕДЕНЦЕВ Александр Алексеевич (1789–1830)
Родился в 1789 г.; происходил из семьи придворного фурьера 6-го класса Санкт-Петербургской губернии; православный.
На военную службу поступил 26 декабря 1804 г. из Горного кадетского корпуса чиновником 14-го класса гражданского ведомства в чертежную Артиллерийской экспедиции.
Прохождение службы и повышение в чинах: 3 марта 1805 г. – фейерверкер 1-го класса; 7 ноября 1807 г. – подпоручик.
20 января 1814 г. переведен в 6-ю артиллерийскую бригаду прапорщиком; 12 января 1817 г. – подпоручик; 2 июня 1821 г. – поручик; 23 марта 1822 г. – штабс-капитан с переводом в Свиту ЕИВ по Квартирмейстерской части; 1 июня 1822 г. поступил в Корпус топографов; 6 декабря 1826 г. – капитан; 6 апреля 1830 г. – подполковник.
В 1813–1814 гг. находился в походах и делах в войну против французов и потом на Виленской съемке и за границей на съемках в Молдавии, Валахии и Болгарии.
Штраф: за непристойное обращение с женщинами находился под следствием, от которого освобожден по Всемилостивейшему манифесту от 30 августа 1814 г.
8 августа 1830 г. исключен из службы умершим.
КОНСТАНТИНОВ Александр Андреевич
Родился в 1797 г.; происходил из дворянской семьи действительного статского советника Екатеринославской губернии; православный.
На военную службу поступил 19 мая 1815 г. из Дворянского полка прапорщиком в 24-ю артиллерийскую бригаду.
Прохождение службы и повышение в чинах: в 1823 г. был назначен состоять при 3-м отделении ВТД; 18 февраля 1824 г. был командирован на съемку Санкт-Петербургской губернии; с 30 мая 1830 г. командирован на съемку Молдавии, Валахии и Болгарии.
По прошению уволен в отставку подпоручиком.
НОСКОВ Иван Федорович (1795-…)
Родился в 1795 г. в Киевской губернии.
На военную службу поступил 4 февраля 1812 г. юнкером в 1-ю запасную бригаду, затем переведен в 3-ю артиллерийскую бригаду;
Прохождение службы и повышение в чинах: 2 октября1814 г. – произведен в прапорщики; в 1819–1824 гг. прикомандирован к Свите ЕИВ по квартирмейстерской части и направлен на съемки: в 1819–1822 гг. – в округах Новгородских военных поселений, в 1823 г. – Санкт-Петербургской губернии; 29 февраля 1824 г. переведен в Корпус топографов; в 1824 г. состоял при 3-м отделении ВТД; в 1825 г. работал на съемке Санкт-Петербургской губернии; с 22 февраля 1826 г. состоял в распоряжении (производил маршрутные съемки по пути следования в Персию) генерал-майора князя А.С. Меньшикова, направленного к персидскому шаху; с 1826 г. – вновь на съемке Санкт-Петербургской губернии; 3 апреля 1827 г. переведен в Гвардейский Генеральный штаб; в 1828 г. состоял при ВТД; в 1828–1830 гг. – на съемке Восточной Болгарии; в 1843–1849 гг. – обер-квартирмейстер 6-го пехотного корпуса; с 11 июня 1849 г. – комендант в Севастополе.
Генерал-майор (1843).
СВЕЧИН Егор Васильевич
Родился в 1796 г.; происходил из дворян Тверской губернии; православный.
На военную службу поступил 25 августа 1817 г. из 2-го кадетского корпуса прапорщиком в 21-ю артиллерийскую бригаду.
Прохождение службы и повышение в чинах: 12 июня 1822 г. – подпоручик; 14 июня 1822 г. переведен в Свиту ЕИВ по Квартирмейстерской части с зачислением в Корпус топографов; 29 ноября 1826 г. переведен в Несвижский полк поручиком.
В 1823–1825 гг. находился на сьемке окрестностей Санкт-Петербурга.
Опыт войны 1812 г. и Заграничного похода показал, что для топографического обеспечения необходимы средне-, крупномасштабные карты, покрывающие наиболее важные с точки зрения обороны и экономики районы страны. Для этого требовались развитие точной астрономо-геодезической основы, что без создания специальной организации было делом трудноосуществимым. В рамках послевоенных организационных преобразований ВТД перешло из подчинения военному министру в состав образованного в 1825 г. Главного штаба (ГлШ), начальник которого становился одновременно директором ВТД.
С 1819 г. в ГлШ зрело понимание необходимости учредить специальную организацию, предназначенную для выполнения астрономо-геодезических, топографических и картоиздательских работ как в общегосударственных интересах, так и для военного ведомства, поэтому 22 января 1822 г. был образован Корпус топографов. Связь Корпуса со службой Генерального штаба позволило привлечь в его ряды множество квалифицированных работников из разных ведомств и родов оружия: артиллеристов, военных инженеров, инженеров путей сообщения, Корпуса флотских штурманов и т. п.[73]
В 1826 г. возобновились работы по составлению Специальной карты части Западной России 10-верстного масштаба (ее современное название – Обзорно-топографическая карта Европейской России). К этому времени потребность в такой карте стала особенно остро ощущаться не только в военном, но и в гражданских ведомствах, поскольку Столистовая карта к тому времени сильно устарела. Новая карта охватывала территорию России между 44° и 64° северной широты, 35° и 68° восточной долготы; в качестве средних были выбраны меридиан 51° 30′ от острова Ферро и параллель 54° 30′, меридианы и параллели были проведены через один градус дуги. Эта 10-верстная карта широко применялась в России практически всеми ведомствами до конца 1860-х гг.
В преддверии Русско-турецкой войны 1828–1829 гг. по указанию начальника ГлШ начальником Корпуса топографов были составлены предположения о военно-топографических работах на Дунае, что послужило основанием для организации в ходе войны особых отрядов, предназначенных для выполнения астрономо-геодезических и топографических работ.
Отряд организационно состоял из двух полурот, в каждой из которых насчитывалось по 6 офицеров (командир полуроты, два геодезиста и три топографа) и 24 топографа из нижних чинов. Первая полурота предназначалась для производства топографической съемки для обеспечения нужд Действующей армии, вторая – должна была снимать Молдавию и Валахию.
После окончания войны, как свидетельствуют послужные списки Л.К. Ломейера, А.А. Константинова, А.А. Мезенцева и И.Ф. Носкова, часть офицеров Корпуса топографов и Генерального штаба продолжала заниматься съемками Болгарии, Молдавии и Валахии.
При съемке дунайских княжеств российскими геодезистами было сделано более 400 маршрутов, сняты планы наиболее значительных городов и составлено статистическое описание Молдавии и Валахии, произведены съемочные и чертежные работы (1828–1830) для составления карты Болгарии и восточной части Румелии. Работы осуществлялись под руководством полковника Х.Х. фон дер Ховена (см. п. 2.2), который сформировал особый отряд топографов, организовал походную чертежную с геодезическим и литографическим оборудованием. Полковник фон дер Ховен был не единственным артиллеристом, кто принимал участие в съемках, например, «в 1829 г. [была]… снята часть восточной Ру мел ии… артиллерии подпоручиком Экеспарре (выделено нами. – Авт.)»[74].
В мае 1828 г. во время обложения крепости Браилов под огнем неприятеля барон Ховен произвел съемки окрестностей и рекогносцировку переправы через Дунай, окрестностей г. Шумлы и Балканских гор с проходами в них, крепости Варны и других крепостей.
Воспользовавшись оплошностью турецкой армии, оставившей горные проходы без прикрытия, барон Ховен вместе со своими топографами, переодетыми в турок, провел несколько зимних месяцев в Балканских горах. Терпя лишения и находясь в постоянной опасности быть узнанным, ввиду неприятеля были произведены подробные рекогносцировки всей горной страны и проходов. Результатом работы стала превосходная топографическая карта и обстоятельное описание исследованной страны.
Основываясь на работах барона Ховена, русская армия быстро и беспрепятственно продвинулась к крепости Силистрии и другим городам. За эту рекогносцировку Ховену была пожалована Золотая шпага с надписью «За храбрость».
По заключении Адрианопольского мира (1829) на барона Ховена была возложена съемка Болгарии и Румелии. Работа была закончена в октябре 1830 г.; была составлена топографическая карта Европейской Турции на основании астрономических пунктов, определенных в том же году. Эти работы, как и последующие топографические съемки Кавказских гор, исполненные при постоянной опасности для жизни со стороны горцев, давшие подробную топографическую карту Кавказского края, приобрели барону Ховену громкое имя среди специалистов и «монаршее благоволение».
В 1829 г. на территории России начались первые опыты по определению силы тяжести. Несколько позже было установлено, что точность определения размеров и фигуры Земли – важных для решения географических задач – в значительной степени зависит от полноты изучения земной поверхности в гравиметрическом отношении. За счет совокупного использования методов практической астрономии, высшей геодезии и гравиметрии эта задача будет решаться российскими геодезистами практически непрерывно на протяжении XIX–XX вв., при этом каждый этап будет завершаться выводом основных параметров земного эллипсоида.
В конце 1820-х – начале 1830-х гг. в России шло обсуждение новой штатной структуры Генерального штаба, а также его задач, в том числе по топографическому обеспечению войск. Актуальным был вопрос подготовки офицеров с высшим военным образованием, предназначенных для службы Генерального штаба. С этой целью в 1832 г. была открыта Императорская военная академия, впоследствии Николаевская академия Генерального штаба (НАГШ).
Программа обучения в Академии была рассчитанная на два года, что предусматривало изучение основ топографии и геодезии, черчения планов и глазомерной съемки, военной географии и статистики. Руководство военного ведомства придавало особое значение этой стороне подготовки будущих офицеров ГШ. В первые 20 лет существования Академии все слушатели изучали сферическую тригонометрию, астрономическую и высшую геодезию, проекцию карт, низшую геодезию (топографию), черчение планов, а также нивелирование, топографические съемки (инструментальные, полуинструментальные и глазомерные).