— Не мог бы ты мне помочь? Ты же занимаешься магией?
— Да, — он с гордостью приосанился, — закончил армейку учеником девятого ранга. И вот уже пять лет повышаю свой уровень!
— Отлично! Насколько мощная штука магические шары? Можешь мне показать свой?
— Ну, это… — он немного смутился, — магический шар — это трудно. Сначала учатся создавать шары для освещения и обогрева. У меня уже получается! — Никита снова гордо выпятил грудь. — Смотрите!
Он повернул правую руку ладонью вверх и сосредоточился. Я внимательно наблюдал за ним. Сначала Никита создал пару ниток энергии, потом медленно их закрутил в жгуты, переплел в несложный узор — и на его ладони появился светящийся шар. — Видал! — Он радостно улыбнулся и поднял свою руку повыше. В тот же момент шар рассыпался. — Вот так. Пока не получается держать дольше, наверное, не хватает концентрации. Но я стараюсь и каждый день занимаюсь. Это уже твердая девятка ученика. Тут один шаг до первого ранга учителя! Затем просто огненный шар и уже усложненный, с линией взрыва — это твердый учительский. Там нужна скорость плетения, иначе шар взорвется прямо в руке. Его учат только после того, как удастся на высоком уровне освоить освещение и обогрев. Иначе нельзя, опасно очень.
— Здорово, ты молодец, — похвалил я его, — думаю, у тебя еще все впереди!
— А то, — он радостно улыбнулся моей похвале, — так что вы хотели?
— Да просто интересно, насколько магический шар мощный. И как вообще его мощность измеряют.
— Тут зависит от уровня шара. У нас в армейке сержант мог кирпичную стену пробить таким шаром. Только он энергии жрет прорву. На один запуск и хватало. А некоторые ребята могли ими пулять, как из пулемета. Десять штук подряд, но такими они щит даже ученика пробить не могли.
— А как-то можно замерить его мощность?
— Да это просто. Берешь лист фанеры пятерки, если пробил — шар мощный. Если пробил десятку, то вообще отлично! Если пробил две десятки, то супермощный! — говорил Никита, размахивая руками, как бы представляя, что пробивает фанеру магическими шарами.
— Спасибо! — поблагодарил я его за информацию, хотя, в принципе, мог бы и сам догадаться о таком простом способе измерения силы магического шара. — Ладно, побегу я.
По дороге к дому я размышлял насчет своего «учителя» и над словами Никиты. Сергей или переоценил меня, или специально дал слишком сложное и опасное задание. На что он надеялся? Что я не справлюсь и всю неделю буду мучатся с созданием шара? При этом он дал мне усложненную версию, которая взрывается. Весьма опасное занятие создавать такое заклинание одному, без контроля опытного учителя. Вряд ли он хотел меня убить, но навредить явно был не против. Скорее всего решил поставить меня на место. Не понятно, как относиться к подобным действиям. Так ничего и не придумав, забрал Ефросинью и, сев в машину, поехал на мою фабрику.
— Мне тут в голову идея пришла, — по дороге решил объяснить я, куда и зачем мы едем, — нам же клип снимать концертный, на «Дожди-пистолеты». Вот я и подумал, что на территории фабрики много места, там вполне можно установить сцену и все снять.
— О, отличная идея, — обрадовалась Фрося, — я вчера с отцом говорила на эту тему, он обещал подумать, предложил в доме творчества сцену использовать или где-нибудь за городом поискать площадку. Но там же проблемы: нужно электричество, а в доме творчества антураж неподходящий. Так что на фабрике будет самое то!
— Да, и еще можно сделать сцену постоянной, и по выходным устраивать небольшие концерты, а то с творческой жизнью у нас в городе беда. Представь — стены раскрасить граффити, можно даже конкурс провести среди художников. Да и разные выставки проводить. Все равно территория никак не используется. Молодежи в городе много…
— Хорошая мысль, надо обдумать и посоветоваться с директором дома молодежи. У них много разных людей на примете. По вечерам будем устраивать творческие вечера, чтения стихов… — Было видно, что Ефросинья вдохновилась моей идеей. Осталось только все это реализовать. Тем более, климат в городе подходящий: дожди идут редко, и даже зимой температура не опускается ниже нуля. Так что можно устроить некоторое круглогодичное арт-пространство, которое будет работать по вечерам и в выходные.
Сергей Сергеевич был не в восторге от моих идей, чего и следовало ожидать. Зачем ему тут все это нужно? Но возразить владельцу по понятным причинам не мог.
Мы прошлись по двору, который оказался достаточно большим, с разными непонятными хозяйственными постройками, которые в большинстве своем были заставлены всевозможным хламом. Наметили место для сцены и пару построек, которые можно переоборудовать в залы и кафе. В общем, плодотворно провели время.
— Теперь осталось найти людей, которые быстро построят сцену и вычистят тут всё. Подумай еще насчет музыкального оборудования. Пока у меня есть деньги, лучше купить сразу свое, думаю, в будущем пригодится. Да, еще комнатку надо найти подходящую и переоборудовать её под небольшую репетиционную базу, музыкой я собираюсь заниматься всерьез и надолго, — выдал я распоряжения Фросе, когда мы покинули фабрику.
— Сегодня же переговорю с отцом, думаю, он знает подходящую строительную бригаду. С рабочими руками у нас тут проблем нет, — задумавшись, произнесла помощница, — можно, я еще Ольгу привлеку? Все-таки она ведет местный блог, и нам очень пригодится освещение в прессе нашего проекта.
— Не возражаю, и подумай еще над вопросом организации отдельного юридического лица. Оно возьмет в аренду эту территорию у моей фабрики и будет развивать её. А во главе поставим какого-нибудь активного человека. У меня, сама понимаешь, времени заниматься этим проектом не будет, а Прокопьев точно не потянет. Хотелось бы превратить двор моей фабрики в модное место, где люди будут проводить вечера и выходные, тем более, и расположение у него неплохое, — поделился я с Фросей своими планами.
Затем мы отправились в дом творчества, где я с ребятами договорился об участии в съемке клипа. Решили заняться этим в ближайшее воскресенье, очень надеюсь, что сцену успеют построить. Тимур помог мне составить список оборудования и накидал примерные цены. Да, это дело оказалось не дешевым, уйдет от тысячи до полутора тысяч рублей. При этом он сразу предупредил, что так просто все это не купить, придется заказывать. На это уйдет дней десять. Расстроил он меня. Пришлось идти к заместителю директора дома молодежи и договариваться на воскресенье об аренде их оборудования. Тот с большой неохотой дал свое согласие. И больше всего, что было неожиданно для меня, в его убеждении помогла Ольга. Она загорелась нашей идеей и даже обещала набрать массовку для съемки клипа.
Решив все эти вопросы, мы отправились сначала в банк, где я снял пятьсот рублей наличными, а затем к режиссеру, которому вручили эти деньги. Валера порывался сразу ехать с нами — смотреть место для съемок, но я уже порядком устал, и Фрося обещала его сама утром свозить и все показать.
Вспомнив, что завтра меня, скорее всего, не будет, так как утром у меня тренировка, а потом мы едем в Екатеринодар, мы снова поехали в банк за деньгами. Успели к самому закрытию. Я выдал триста рублей Ефросинье — на покупку материалов и аванс рабочим.
Наконец этот суматошный день подошел к концу, и я вернулся в особняк, где сразу попал на вечернее собрание с дедом и Курбатовым.
— Где ты шляешься? — начал с претензий дед. Чувствую, волнуется он насчет завтрашнего мероприятия. Или опять плохое настроение? Уже второй день у него ко мне какие-то претензии. Надо с ним поговорить, нельзя это дело запускать.
— Дела делал, — спокойно ответил я ему, — не вижу смысла сидеть дома и впустую переживать.
— Молодец, это правильно, — поддержал меня Курбатов.
— А что вы так нервничаете? — решил уточнить я. — Ну, поедем завтра, пройду тест на родовом артефакте. Я помню, как проходил его в пять лет. Вроде, ничего сложного и опасного, — я спокойно пожал плечами. На самом деле, я и сам нервничал, но, загрузив себя делами и проблемами, просто позабыл обо всем.
— Виталик, стань уже серьезней! — нахмурился дед. Однако, видя улыбку на моем лице, сдался и махнул рукой. — Хорошо, выслушай тогда инструкции. Завтра в двенадцать выдвигаемся в Екатеринодар. На двух машинах с охраной, все готово? — Дед посмотрел на Курбатова.
— Так точно, — коротко ответил тот.
— Сразу едем к родовому гнезду Кутыевых. Это серьезное мероприятие. Обязательно будет присутствовать паладин, действующий сотрудник ИСБ, кто-нибудь из чиновников города… и теперь еще будет представитель Геникона, — важно закончил дед.
Так, паладин — понятно, он был и в прошлый раз. Только паладин может открыть дверь к родовому артефакту. Сотрудник ИСБ не совсем ясно, зачем нужен, может быть, из-за всех этих старых распрей? Или дед пригласил?
— А зачем там мастер из Геникона? — задал я вопрос, который, судя по довольному лицу деда, он и ожидал от меня.
— Правильно мыслишь! Чем вообще занимаешься Геникон? — решил лишний раз проэкзаменовать меня дед, но я не зря читаю учебники перед сном.
— Это орган контроля за магами. Раньше он собирал налоги с магов и следил за магическими расценками, чтобы те были более-менее едиными. В него входят только мастера. Чем они сейчас занимаются, я не очень понял. Вроде, у них функция суда над высшими магами, то есть над ними же самими. Ну, и отчисления получают с магических работ, следят за качеством артефактов и оказания магических услуг. В общем, что они забыли на ритуале, не понимаю, — высказавшись, я замолчал, надеясь, что или дед, или Курбатов разъяснят ситуацию, но, похоже, они и сами были озадачены.
— У меня нет никаких мыслей, — нарушил наши раздумья Курбатов, — это верная информация?
— Мой человек из ИСБ сообщил, — коротко ответил дед. Снова повисло молчание.
— Давайте размышлять здраво. Неважно, зачем он там, важно, что он может сделать. Маг, мастер, чем он может помешать, тем более — в присутствии паладина и сотрудника ИСБ? Может быть, ему просто любопытно? Не понимаю, что вы так напряглись? — высказался я. А то сидят мужики и лбы хмурят. А какой с этого толк? Только зазря нервы себе и мне треплют. — Раз ни у кого никаких идей нет, пойду спать, — произнес я, поднимаясь.