Даже взгляды Сергея, пристальные и будто бы… нежные, ничуть не смущали, пусть где-то в закоулках сознания сейчас и перетаптывалось слабое беспокойство: кажется, Кира не помнила, чтобы от него прежде исходило настолько искреннее и приметное тепло.
К счастью, с нежелательной рефлексией было легко справиться благодаря шампанскому. А потом очень кстати привезли ужин и потребовалось накрыть на стол в гостиной.
Заморачиваться они не стали. Избрали в качестве праздничной поляны низкий и довольно длинный и широкий журнальный столик у дивана и заставили каждый его сантиметр тарелками с едой, с трудом выискав место для свечей и рождественского венка из веток натуральной ели — пахло от него сказочно.
Единогласно согласившись, что слушать ежегодную лживую речь, не входит в их планы, последние минуты перед наступлением нового года Кира и Сергей потратили на выбор фильма. Впрочем, договориться не успели, да и не слишком стремились: не верилось, что самую сказочную ночь в году они потратят на киносеанс.
— Готова? — Одной рукой Сергей пытался не глядя разлить по бокалам шампанское, а другой — наощупь найти на телевизионном пульте кнопку включения.
— Да, — Кира подхватила свой бокал, едва не притопывая на месте от нетерпения. — Включай, а то пропустим!
— Но-но, — возмутился он. — Все под контролем.
Плазменный экран засветился, а спустя полминуты наконец раздался и долгожданный бой курантов.
— Не забудь загадать желание, — подсказал Сергей, чему-то таинственно улыбаясь.
— И ты не забудь.
— Не в этот раз. — В его словах Кире почудился намек, но размышлять о том было некогда.
Двенадцать ударов спустя бой курантов умолк, сменившись звоном бокалов и доносящимися через приоткрытое окно криками «Ура!» и грохотом взрывающихся во дворе фейерверков.
— С Новым годом! — сказала Кира.
— С Новым годом! — повторил Сергей.
Вокруг них разливался теплый свет многочисленных гирлянд, на заставленном блюдами столике горели свечи, в комнату все также залетали звуки празднующего на улице народа, а Кира вдруг разволновалась и даже не сразу поняла почему.
— Подарки! — воскликнула она резко, чем напугала саму себя. — Пора, — договорить получилось уже спокойнее.
Наверное, для собственного душевного равновесия ей и правда стоит скорее вручить Сергею пластинку и перестать подсознательно трястись в ожидании его реакции.
— Что ж, — вот уж кто, кажется, ничуть не волновался. — Тоже думаю, что пора. Я до спальни — оставил твой подарок там.
— Хорошо, — Кира кивнула. — Я пока тоже возьму твой.
На прогулку до прихожей и возвращение ушло не больше минуты. Сергей уже стоял у сверкающей ели, спрятав обе руки за спину. В прежде больше озадаченной тем, какие эмоции вызовет выбранный ее подарок Кире наконец родилось понимание, что для ее тоже ждет сюрприз. Любопытство не заставило себя ждать и вспыхнуло мгновенно.
— Кто первый? — весело подразнил Сергей.
— Давай я? — Кира быстро пересекла комнату и протянула ему сверток без лишних слов.
Если одну руку Сергей мог освободить с легкостью, то вторая все равно была занята.
— По очереди не получится, — хмыкнул он, посмеиваясь (неужели тоже волновался?). — Так что это, — перед Кирой появилась небольшая плоская квадратная коробочка глубокого синего цвета, обернутая серебристой лентой, завершающейся изящным бантом на крышке, — тебе.
— Спасибо. — Голос неожиданно сел.
— Я очень надеюсь, что угадал, — добавил Сергей серьезно, и Кира подняла взгляд от подарка к нему.
— Уверена, что да. Со мной все довольно просто, а вот с тобой… — Она вздохнула. — Если честно, я едва придумала, что бы тебе такого подарить и теперь ужасно боюсь, что промахнулась…
— Т-с-с, — Сергей аккуратно приложил указательный палец к ее рту, и от растерянности Кира сразу замолчала. — Не накручивай себя. Я счастлив уже тем, что ты заморочилась да еще настолько. — Он улыбнулся и, прежде чем убрать палец, напоследок обвел им контур ее губ и затем кивнул в сторону синей коробочки. — Открывай.
Не найдясь со словами, Кира с особенным трепетом развязала серебристый бант под шорох упаковочной бумаги — Сергей тоже распаковал свой подарок, и подняла крышку.
— Ох, — вырвалось у нее восторженно, стоило заметить главную деталь. — Ты запомнил? — Неверие в голосе переплелось с нервно-счастливым хихиканьем.
Внутри оказался браслет, — и если к украшениям самим по себе, какой бы стоимости те ни были, Кира испытывала мало интереса, то украшения, за которыми стояло что-то личное, она бесконечно любила, — и преподнесенный Сергеем браслет был из второй категории.
— Нравится? — спросил он.
— Конечно! — Кира часто заморгала. Не хватало еще слезу пустить! — Бесконечно нравится!
На секунду она оторвалась от изучения браслета, чтобы посмотреть на Сергея, на лице которого читались облегчение и радость; оберточную бумагу с собственного подарка он сорвать еще не успел.
— Давай помогу примерить?
Кира отрицательно покачала головой, украдкой продолжая любоваться украшением: серебряная (хорошо бы серебряная, а не платиновая!) цепь тончайшего плетения со свисающими на таких же звеньях маленькими сверкающими камнями (Кира хотела верить, что фианитами) и единственной, наверняка выполненной на заказ подвеской в виде мультяшного Стича с инкрустацией черными камешками в длинных ушах и умилительно распахнутых огромных глазах.
— Сначала посмотри, что досталось тебе, — поставила она условие.
Как выяснилось, выдвигать условия мужчине, который умудрился запомнить ее самый любимый в жизни мультфильм благодаря случайно оброненному замечанию во время перелистывания тв-каналов с месяц тому назад, было тяжело. Сергея хотелось обнять и зацеловать, но и тянуть с подарком дальше казалось неверным. Кира, впрочем, все больше сомневалась, что ее банальная идея сумеет его впечатлить.
— Хорошо, — он наконец-то начал активнее срывать обертку и спустя десяток секунд смог увидеть саму пластинку.
— Я понимаю, что это даже не альбом, — затараторила Кира, не дождавшись от него мгновенного комментария с впечатлениями, — но я подумала, что сборник с главными хитами твоей любимой, если я ничего не напутала, группы будет кстати. И такой у тебя, кажется, нет.
— Кира, — позвал ее Сергей.
— Да?
— Просто иди уже сюда. — Вопреки сказанному, он сам взял ее за руку и притянул к себе, обнимая. Устроив голову на его плече, Кира замерла. — Спасибо, — прошептал Сергей ей в волосы. — Я тебе еще не говорил, но ты женщина-мечта.
Глава 27
Три недели спустя
Находу разминая напряженные после долгой работы с документами плечи, Сергей шагнул из кабинета в коридор и, не заглядывая в помещения для персонала, направился сразу в зал. Настроение было нестерпимо паршивым. Внутри изнывало и корежилось что-то гадкое, губительное. Как с этим бороться, было неясно, но идея залить нутро алкоголем внушала некую надежду на краткий покой.
Пить в одиночестве, конечно, нехорошо, но опять дергать Яра не хотелось: у того беременная жена вот-вот родит, вряд ли ему в радость полуночные пьянки да и еще не веселья ради. Никакой потребности излить душу Сергей сейчас не испытывал — только забыться ненадолго, дать эмоциям волю, не задавливать их, как уже привык за прошедшие недели, но признать и слегка приглушить алкоголем. А потом уснуть беспробудным сном.
С последним, к слову, теперь были серьезные проблемы. Сергей бродил по квартире из ночи в ночь, беспрестанно прокручивал в памяти собственные слова, реакцию Киры, смятение в ее угасшем вдруг взгляде и думал, думал, думал…
Что все могло сложиться иначе. Что он поторопился. Что стоило начать разговор с другого, подготовить Киру — и тогда, быть может, ему не пришлось бы сходить с ума.
Он сам себя останавливал: ничего не изменить. Он выдал желаемое за действительное и ошибся. Бывает. Приписал собственные чувства другому человеку — и промахнулся.
Не сошлось. Не сложилось. Не судьба.
А то, что в груди ноет, и смириться не получается, — это только его проблемы. Большой мальчик. Переживет.
Все однажды влюбляются не взаимно. Просто настала его очередь.
Музыка в зале грохотала с такой силой, что закладывало уши, но Сергея устраивало: меньше шансов погрузиться в беспросветные мысли. Куда лучше думать обо всем и ни о чем сразу, не фокусироваться на действительности, отвлекаться на громкий гул людских голосов вокруг и мельтешащих туда-сюда официантов с подносами в руках. Заодно проверит, как в «Молоте» работает клиентский сервис.
К барной стойке Сергей шел целенаправленно и не глядя по сторонам. Посадка зала была полная, на свободный столик претендовать казалось нежелательным. Все-таки гости прежде всего.
— Виски, Паш, — попросил он бармена и занял свободный стул.
Павел понимающе кивнул, вызывая у Сергея усмешку: уже весь коллектив догадался, что у него какая-то личная драма — вопросами не донимают, шепчутся сочувственно, исполнительные стали как никогда.
Виски появился перед ним спустя пару секунд.
— Твое здоровье, — кивнул он Павлу и опрокинул в себя порцию одним махом. — Давай еще.
— Хорошо, Сергей Григорьевич, — бармен опять согласно кивнул, но покосился на него с беспокойством во взгляде, которое Сергей предпочел проигнорировать.
Через месяц сорокалетие праздновать — чай, напиваться с умом уже умеет и без контроля со стороны.
Второй бокал он пил намного медленнее. Цели набраться до «вертолетов» он себе точно не ставил. Впереди была вся ночь, а домой… Домой отчаянно не хотелось.
— Сергей Григорьевич. — Справа к нему подошел один из официантов. — Вас Антон Романович спрашивает.
Сергею потребовалась пара мгновений, чтобы понять, о ком идет речь.
— Вьюгин, что ли? — уточнил он, не скрывая удивления.
— Да, — официант кивнул. — Пятнадцатый столик.
— Спасибо, Леш, — благодарно кивнув, Сергей встал. — Принеси нам виски тогда.