Он вспомнил, как смущалась вчера Лера, и улыбнулся. Она реагировала так, как он предполагал и хотел, и это в очередной раз подтвердило, что управлять людьми легко и просто. Для тех, кто умеет, конечно. Петр управлять людьми умел.
Лера оказалась даже более легкой добычей, чем он предполагал. Если бы он вчера захотел подняться к ней в квартиру, смог бы. Она под его взглядом таяла и теряла волю.
Он не стал торопить события, даже не поцеловал ее на прощание, стоя у двери подъезда. Не оглядываясь, пошел к такси и уехал.
Захотелось ей позвонить, но Петр и этого делать не стал.
Он станет появляться, когда сочтет нужным, а она будет терпеливо его ждать. А если что-то пойдет не так, это в любой момент можно подкорректировать.
Петр помедлил, держа руки на руле, достал телефон и вызвал такси. Пока ждал машину, позвонил Борису.
– Я поеду на завод, – озабоченно сказал Петр. – Еще раз установки потестирую.
С установками все было в порядке, но ему нравилось, когда Борька начинал нервничать. Впереди маячил очередной неплохой оборонный заказ, срыв его грозил огромным скандалом и большими неприятностями для Бориса, даже несмотря на его мощного тестя.
– А что с установками? – сразу задергался Борис.
– Ничего критического, – успокоил его Петр. – Но проверить лишний раз не вредно, сам понимаешь.
– Я тоже подъеду, – решил начальник.
Петр усмехнулся, шагнул к подъезжающей машине такси, сел на заднее сиденье.
После появления ковида ездить на заднем сиденье стало нормой. Это Петру не нравилось, он любил смотреть в переднее окно, к тому же от ковида он привился и оказаться в непосредственной близости от водителя не боялся. Норма не нравилась, но нарушать негласно принятое обществом правило он не стал.
День прошел обычно. Установки оказались в полном порядке, как он и предполагал, заводские инженеры радовались, что начальство довольно, Борька успокоился и смотрел на Петра с благодарностью.
Петру на заводе всегда было чем себя занять. Он мог сутками проверять все технологические цепочки, а Борис откровенно скучал. Для него здесь был оборудован кабинет, но сидеть в нем директор не пожелал и до вечера ходил за своим замом, как студент-стажер. Петр его даже пожалел.
Плохо получилось только, что сторож с заводской стоянки, с которым они столкнулись в столовой, спросил:
– Забрал свой транспорт, Петя?
– Забрал, – улыбнулся Петр.
– А то стоял под дождем, смотреть жалко было. Небось больших денег стоит?
– Приличных, – кивнул Петр.
Раньше этот сторож был технологом. Не из самых толковых, такого Петр на пенсию не выгнал бы, но и не совсем тупым. Петр знал старика много лет и сам предложил ему перейти в сторожа. Старик тогда засветился такой радостью, что это даже не слишком чувствительного Петра смутило.
– Что за транспорт? – заинтересовался Борис.
– Велик у меня здесь стоял, – признался Петр. – В Москве кататься плохо. Думал здесь поездить, да так и не собрался.
Болтаться по заводу директору надоело. Борис посмотрел на часы и решил:
– Поеду в офис.
– Захвати меня, – неожиданно предложил Петр.
Ему захотелось немедленно увидеть Леру. Почувствовать, как она тает под его взглядом, подняться к ней в квартиру… Или в свою привезти, как он ей и обещал.
Испортить Петру настроение было сложно, но оно ухудшилось, когда он не обнаружил Леру в салоне красоты.
У нее скользящий график, сегодня она не работала.
Звонка Леры Инна и ждала и боялась. Ждала, потому что оставаться в неведении было ужасно, а боялась, потому что могла узнать новости, от которых станет еще ужаснее.
Несколько раз она брала в руки телефон, чтобы позвонить подруге, но набрать ее так и не решилась. Лера позвонила сама.
– Похороны Анфисы будут в пятницу, – сообщила она. – Пойдешь?
– Не знаю, – замялась Инна. – Я ведь в последние годы с ней совсем не общалась.
– Да, – согласилась Лера и помолчала. – Моя мама с Анфисиной виделась. Говорит, что та очень мужественно держится, только от этого маме становится ее еще жальче.
– Жуткое горе. Убийцу нашли, не знаешь?
– Вроде бы нет. – Лера опять помолчала. – Если надумаешь пойти на похороны, позвони, вместе поедем.
– Конечно. Ты сегодня не работаешь? Давай встретимся, – неожиданно предложила Инна.
Ей очень не хотелось положить трубку и опять остаться наедине со своими страхами.
Встретиться подруга охотно согласилась, но Инна тут же пожалела о своем предложении. Оставаться наедине со своими мыслями ужасно, но стараться выглядеть веселой – еще хуже.
Хватит того, что ей приходится притворяться при муже и сыне.
Встреча с подругой превратилась в мучение. Во-первых, потому что Лера сразу направилась к кафе, куда они обычно заходили пить кофе. После встречи с Анфисой Инна это кафе ненавидела.
А во‐вторых, потому что Лера была внимательной и чуткой, и притворяться при ней оказалось еще труднее, чем при других.
– Зайдем? – остановилась у двери кафе Лера.
– Зайдем, – весело кивнула Инна.
Хорошо, что хоть сесть удалось не в зале, а за одним из выставленных перед кафе столиков.
Месяц назад «летника» на улице еще не было, Анфиса помахала Инне, сидя в углу небольшого зала. Дождалась, когда та бросит куртку на стоящий рядом стул и сядет, наклонилась к ней через столик и ласково улыбнулась.
Это ужасно, но в тот момент Инна на улыбку повелась, ей даже показалось, что все нехорошее, что между ними когда-то произошло, уже прощено и забыто.
Вообще-то Инне не в чем было себя винить. Она к Борису не клеилась и никак его не соблазняла, а то, что он когда-то встречался с Анфисой… Мало ли кто с кем когда-то встречался.
– Как дела? – успела спросить Инна.
– Отлично. – Анфиса смотрела на нее весело и ласково. – У меня будет ребенок.
Инна и тогда еще ничего не поняла.
– У нас с Борей будет ребенок…
Анфиса продолжала что-то говорить, ее губы двигались, но слова Инна слышать перестала. Глядя на алые Анфисины губы, она равнодушно отметила, что красная помада Анфисе идет.
А потом сделала то, чему радовалась до сих пор. Встала, спокойно надела куртку и, не оглядываясь, неторопливо вышла из зала.
Наверное, у нее был шок, потому что она не чувствовала в тот момент ни тоски, ни страха, ни даже ненависти. Она встретила вечером Борю и с любопытством наблюдала, как спокойно ведет себя муж.
Тоска, страх и ненависть пришли позже.
– Что полиция думает? – как можно равнодушнее спросила Инна у Леры. – У них есть версия, не знаешь?
Лера пожала плечами. Вопрос был глупый, едва ли полицейские поделились версиями с подругой.
– А ты как думаешь? – напрямик спросила Инна.
– У нее был острый язычок, – тихо сказала Лера.
– Да уж. Она любила говорить гадости.
От острого Анфисиного язычка доставалось многим. И Инне тоже. В юности она со своими светлыми глазами и светлыми волосами казалась совсем бесцветной, и Анфиса звала ее Селедкой. Почему именно Селедкой, Инна не понимала, но прозвище больно ранило. Несмотря на то что Анфиса давала понять, что это просто шутка и что на самом деле она Инну любит.
– Но за острый язычок не убивают, – рассуждала Лера. – Сейчас на дуэль вызывать не принято. Убивают тогда, когда человек сильно мешает.
– Кому могла помешать Анфиса? – фыркнула Инна.
Этого подруга не знала.
Это знала Инна.
Солнце скрылось, поднялся несильный ветер. С запада наползала темная туча.
Подруги успели разъехаться до дождя. Это было кстати, зонтов у обеих не имелось.
Ждать, стоя в метро, пока закончится дождь, Лера не стала. Капало едва-едва, огромная туча, которая наползала в центре, где-то уже успела вылиться.
Лера даже не слишком промокла, добежав до дома. Она успела повесить пиджак на спинку стула, чтобы сушился, когда затренькал сотовый.
– Я посмотрел твою бухгалтерию, – сказал Глеб. – На первый взгляд обычные бумаги. Чтобы понять, есть ли там что-то противозаконное, нужно знать, что за фирмы участвуют…
– Я поняла, – перебила Лера. – Извини, что загрузила тебя ерундой.
Стоять во влажных брюках было неприятно, она стянула их одной рукой.
– Это может быть не ерунда. Просто мне не хватает данных, и я не специалист. Откуда ты это взяла? Почему тебя эти бумаги заинтересовали?
– Извините, Глеб, что отняла время, – не ответила на вопрос Лера. – Ерунда это все. Забудьте.
Он начал еще что-то говорить, но Лера слушать не стала, сказала «пока» и отключилась.
Мокрые брюки она повесила на спинку другого стула. С телефоном в руках прошла на кухню, включила чайник и позвонила Борису.
– Боря, мне нужно срочно с тобой встретиться, – быстро сказала она, услышав голос Инниного мужа.
– Зачем? – равнодушно поинтересовался он.
– Нужно! Очень.
– Ну зайди, – согласился Борис. – Я на месте.
Временный пропуск для прохода на предприятие ей организовала Анфиса. Пропуск Лере был не положен, но подруге доставляло удовольствие нарушать правила.
– Зайду через полтора часа, – пообещала Лера. – Я сейчас дома. Ты никуда не уедешь?
– Пока не собираюсь.
Она торопливо открыла шкаф, надела первые попавшиеся брюки и блузку, схватила висевшую в прихожей легкую ветровку и бегом спустилась к машине.
Пробок на дороге не было, в кабинет Бориса она заглянула меньше чем через час.
Хорошо, что Борис оказался на месте. Ждать его, сидя в секретариате, Лере совсем не хотелось. Анфисин стол притягивал взгляд и напоминал, что подруги больше нет, а Лера при этом совсем не чувствует всепоглощающего горя.
Она старалась не смотреть на Анфисин стол, когда шла к Бориному кабинету.
– Заходи, – кивнул Борис.
Он спокойно смотрел на нее с легким любопытством.
Лера молча подошла к столу, достала из кармана заранее приготовленную серебристую флешку и положила перед ним на стол.