Такой униженной и оплеванной я себя давно не чувствовала. Опустив голову, быстрыми шагами направилась на выход.
Все думала о том, что мне сказал Игорь.
Ему меня не запугать!
Уходить из дома Виктора Степановича я не собиралась. Тем более идти мне было некуда.
Именно так размышляла, когда автомобиль мчал меня в коттеджный поселок. В самом деле, не к матери же мне возвращаться.
Остаток дня я провела дома. Зря я тогда не прислушалась к словам Игоря. Ой, как зря!
В начале седьмого мне пришла смс от Сафронова: «Собирайся, зайка. Скоро буду». За ним следом прилетела еще одна «Удали мой номер из черного списка».
Мне захотелось выругаться. У меня прежде не было опыта добавления номеров в черный список. Видимо, что-то напутала. Удалось блокировать только звонки от приставучего типа, но не сообщения. Порывшись в настройках телефона, исправила былую оплошность и расслабилась.
«Пусть названивает. Пусть пишет. Мне нет никакого дела до этого мужчины», — примерно так уговаривала себя, когда спускалась вниз, чтобы поужинать. Я еще не придумала, как окончательно избавиться от приставаний Сафронова. Но он мне показался достаточно гордым, чтобы такое явное пренебрежение с моей стороны заставило его обидеться и забыть обо мне. В этот момент искренне верила, что он не опустится до поведения неандертальцев. Это те, которые по голове дубинкой и за волосы в пещеру тащить.
Но, кажется, я недооценила упрямства молодого мужчины.
Мы мирно сидели с Валентиной на кухне и ужинали. В обществе опекуна я такого себе никогда не позволяла. Хотя он относился с величайшей теплотой к обслуживающему персоналу, но все-таки старался дистанцироваться. А вот я наоборот, предпочитала не есть одна в моменты, когда Виктор Степанович пропадал на деловых встречах.
На ужин Валентина приготовила сырники. Я предпочитала уплетать их с малиновым вареньем, а она со сметаной.
Раздался звонок. С нами связались охранники с КПП.
— Нет, я никого не жду, — улыбнулась, сама не понимая почему. Настроение резко улучшилось. Мне отчего-то было приятно, что в данный момент Сафронов чувствовал себя дураком. Полным дураком.
— Айя, все нормально? — уточнила домработница.
— Да. Расскажите мне лучше о матери. Она, действительно, приезжала? — уточнила. Валентина обмолвилась об этом случайно. Виктор Степанович мне ничего не говорил.
— Это между нами, девочка.
— Конечно, — кивнула в знак согласия.
— Людмила Марковна приезжала в обществе… как его, — женщина всплеснула руками, — Валера или Владимир…
— Вадим Юрьевич? — предположила. Произнесла это ненавистное имя и вздрогнула. Прошло столько лет, а меня от одного упоминания имени этого мужчины перекашивало.
— Кажется так, — она кивнула своим мыслям. — В общем, заявились они и чего-то требовали. Людмила Марковна кричала так, что стекла звенели.
— А что они хотели?
— Я не разобрала, — повинилась домработница. То, что Валентина при любом удобном случае подслушивала, для меня новостью не стало. Сама ловила ее неоднократно. Поэтому была очень удивлена, что женщина не знала о проблемах со здоровьем у Виктора Степановича.
— А приезжали когда?
— Да, недели за две до твоего возвращения, — пояснила она. — Этот Вадим… — запнулась, — Юрьевич, скажу тебе, мерзкий тип, — можно подумать, я сама этого не знала, — так оглядывался по сторонам, словно, приценивался.
— Понятно, — могла даже предположить причину визита. Виктор Степанович мог потребовать у матери мою долю наследства от отца. А, может, приезжала выяснять по поводу доходов. Правда, странно, что не в офис. Но опекун вполне мог распорядиться, чтобы мамочку туда просто не пускали. Отношения у родительницы с партнером отца всегда складывались не лучшим образом, насколько я могла судить.
Продолжить разговор не позволил звонок на мой мобильный телефон с незнакомого номера.
— Да.
— Зайка, — протянул Сафронов. Не сказать, что он был недоволен или раздражен, голос скорее был предвкушающим. Поежилась, — а тебе кто-нибудь говорил, что зайкам опасно заигрывать с серым волком, особенно, когда этот волк чертовски зол, а?
— Денис, оставь меня в покое, — не выдержала. Поднялась и покинула кухню. Валентина итак знала уже непозволительно много о моей так называемой личной жизни.
— Я даю тебе четверть часа, чтобы ты появилась, — заявил строго. Хмыкнула. Тоже мне строгий учитель нашелся. Странное у меня было состояние. Я его вроде как боялась, но в тоже время эти прятки, словно, в кровь адреналина подбросили, и заставляли провоцировать.
— До свидания, Денис Семенович! — вежливо попрощалась, занося и этот мобильный телефон в черный список. Естественно, ни на какую встречу идти не собиралась.
«Вот же приставучий тип!», — произнесла про себя и улыбнулась. Странная реакция на нежелательные ухаживания, если призадуматься, но я-то не думала.
В этот вечер Сафронов больше не дал о себе знать. Я одержала маленькую победу. Только вот проскользнувшая мысль о том, что мужчина очень легко сдался, несколько расстроила, когда я ложилась спать.
Весь следующий день я провела в особняке. Созванивалась с врачом, но никаких изменений в состоянии Виктора Степановича не было. Пахмутов позвонил сам и пригласил на обед. Я отказалась, у мужчины тоже никаких новостей не было.
А Сафронов… Сафронов меня пока откровенно разочаровал. Все утро, весь день он не давал о себе знать. Словно, просто забыл о моем существовании. Мне слабо верилось в такую победу. Я отлично помнила, как вчера во время обеда с Михаилом появился его посланник.
Не осознавала, что такое со мной творилось. Я вроде бы желала, чтобы Сафронов оставил меня в покое и забыл. С другой стороны, теперь мне хотелось, чтобы он был более настойчив и пытался меня завоевать. Например, подарил цветы. Вот Пахмутов прислал небольшую корзинку нежно розовых роз с запиской, что, мол, очарован, не хочу ли я вместо обеда вместе поужинать? Мне было приятно, но приглашение проигнорировала. Михаил, как мужчина, меня не интересовал. Да, симпатичный. Да, успешный. Но я не считала себя способной на романтические отношения хоть с кем-то в ближайшее время.
Днем я позволила себе обыскать спальню и кабинет Виктора Степановича. Что я рассчитывала найти, толком не понимала, но тщательно перебирала документы. Узнала немного больше о делах завода по переработке мясной продукции. Вернее, о его проблемах. Не сказать, что я очень сильно понимала в экономике, но какие-то азы в школе нам давали. Странно было то, что Виктор Степанович так боролся за мое наследство, я бы завод давно закрыла и забыла, как о ночном кошмаре.
Вечер тоже обещал быть довольно скучным. Он таким и являлся, пока во двор не въехала незнакомая машина.
Игорь.
— Батюшки, сколько лет, сколько зим, — всплеснула руками Валентина, тоже заметив мужчину, покинувшего автомобиль. Сын Виктора Степановича достаточно давно не появлялся в особняке, насколько знала. Даже в мое отсутствие, если мужчины где-то встречались, делали это вне территории коттеджного поселка.
Мне стало не по себе. Неужели, Самойленко младший заявился проверить, как я выполняю его указания? Мне был дан срок до сегодняшнего утра, но я успешно проигнорировала его так называемый приказ. Сочла, что он не осмелится выполнить угрозу, пока его отец жив. Видимо, ошибалась.
Валентина ко мне относилась по-доброму, но вот Игоря, кажется, любила. Домработница очень тяжело восприняла ссору между отцом и сыном. Я так поняла, она не ожидала подобной резкости и бескомпромиссности в поведении «своего мальчика». Поэтому ничего удивительного в том, что женщина тотчас подскочила, что-то пробубнив о том, что «мальчика» надо бы накормить, и ринулась к холодильнику.
— Как хорошо, что отношения в семье наладятся, — продолжала верещать она, словно, обращаясь в пустоту. — Хоть что-то хорошее… Что-то хорошее…
Дальше я не слушала, поднялась и направилась в холл особняка встречать незваного гостя. Тогда, при ссоре, Виктор Степанович высказался весьма определенно. Я теперь неотъемлемая часть их семьи. Я — новая хозяйка. Если что-то не устраивает Игоря, то он может покинуть дом Виктора Степановича. Наверное, поэтому я чувствовала себя сейчас довольно уверенно.
— Здравствуйте, — поприветствовала сына Виктора Степановича, когда он только появился в дверях. Жаль, что я не могла указать ему на дверь. Все-таки он имел право находиться в этом доме.
— Так и знал, что найду тебя здесь, маленькая шлюшка, — ухмыльнулся он, застыв в дверном проеме. Ни шагу внутрь, ни шагу наружу. Возмутиться не успела, Игорь обернулся и мотнул головой. — Вывести ее!
— Что?! — изумилась. Искренне так изумилась.
В холле появились один за другим два мужчины. Игорь так и не покинул своего стратегического места в дверном проеме, лишь чуть потеснился.
— Отпустите. Меня! — закричала, когда один из амбалов легко заломил мне руки и перекинул через плечо. — Отпустите немедленно! Вы не имеете права! — теперь была моя очередь верещать, словно, я перенимала эстафету у Валентины. Валентины, которая тоже возникла в холле особняка:
— Батюшки! Игорек, ты что творишь?
— Вернитесь на кухню, теть Валь, или где вы там были, — произнес Самойленко младший. В этот самый момент амбал со мной на плече поравнялся с Игорем. — Притормози! — распорядился он.
Игорь отвесил мне смачный шлепок по попе. Как только достал! После доверительно поделился:
— Трахнул бы тебя, но я брезгливый, Агния. Подбирать остатки с барского стола не для меня. Вы знаете, что делать! — видимо, на этом аудиенция была завершена.
Я пробовала сопротивляться и требовала меня отпустить, но ничего не помогало и не действовало на подручных Игоря. Меньше, чем через минуту, мы оказались у автомобиля. Второй мужчина открыл багажник иномарки, а первый сгрузил мое тело туда.
Секунда, крышка захлопнулась, оставляя меня в темноте и тесноте.
Мгновенно забила руками по двери багажника и заорала еще громче.