– По делу Наблюдателя?
Томах очнулся, покрутил головой.
– До чего осведомленные люди кругом - жуть берет! Ты-то откуда знаешь о Наблюдателе?
– Слухом земля полнится… я что ли не работаю в Управлении? Кстати, где Никита? Пропускает третью тренировку подряд.
– Он в поиске, вернется не раньше, чем через две недели,
– "Зеркала"?
Станислав засмеялся, тренер тоже.
– Ты не из свиты Наблюдателя, часом? Ну пока, с меня на сегодня довольно.
Они разошлись.
Стоя под душем, Томах думал о том, что обнаружит Богданов на Шемали…
Глава 9. ПРЫЖОК "ИСКАТЕЛЯ"
– Твое мнение? - спросил Керри Йос, не поднимая головы от стола. Перед ним лежали две раскрытые папки с какими-то документами и желто-коричневый диск кристаллокартотеки. Папкам было, вероятно, лет сто, если не больше. Богданов заметил блестящие, залитые консервирующим составом листы бумаги и какие-то старые фотографии.
– Начинать надо с экспедиции "Парящего орла",- сказал он.- Первым о "зеркалах" сообщили они.
Керри кивнул, по-прежнему не отрывая взгляда от бумаг.
– "Парящий орел" ушел к гамме Дракона.
– Звезда Этамин, спектральный класс К5, сто пятьдесят световых лет. Они открыли богатую планетную систему, а на второй планете, близкой по параметрам к Венере, жизнь.
Керри задумчиво склонил голову набок.
– Согласен, первый бросок сделаете к Дракону. Правда, пришлось надавить на Земплан через Совет, возникли некоторые проблемы.
– Какие же?
– Энергетические в первую голову. Уже сейчас мы висим на балансе: полеты разведчиков к новым звездам так энергетически дороги, что ВКС вынужден маневрировать за счет сокращения внутрисистемных потребностей. Прибавь к разведчикам наши рейды. А в Системе еще столько нерешенных проблем…
– Ну, эти разговоры я слышал не раз. К чему нам космическая экспансия, когда мы погрязли в заботах о планетах Системы!.. Давайте решим внутренние задачи, а потом подумаем о звездах…
Богданов встретил иронический взгляд начальника отдела.
– Примерно так. Если бы не экспортировали в космос эти свои нерешенные внутренние задачи… а то получается: еще на Земле не уничтожены полностью следы эпохи капитализма, а они уже появляются в десятках световых лет от нее! - Керри грустно улыбнулся.- Экспорт равнодушия.
– Что?
– Экспорт равнодушия - по терминологии Станислава. Ты же знаком с его теорией.
Богданов сделал неопределенный жест.
– По-моему, можно уже считать доказанным, что появление Наблюдателя - следствие этого самого экспорта. Станислав, к сожалению, прав.
Они встретились глазами, помолчали. Потом Никита тихо сказал:
– Итак?
– За тобой руководство экспедицией. Если все обстоит так, как предполагаю я, благодушный Керри Йос, то бояться Наблюдателя не следует, просто, руководствуясь советом Морозова, надо всерьез задуматься о космоэтике.
– Когда старт?
– Начало февраля. Давай пройдемся по составу и комплектовке, только сначала вызовем Бруно.
Йос тронул сенсор селектора и приказал вызвать к себе эксперта технического сектора Бруно Осинниго.
– Кстати,- вспомнил Богданов,- а каким образом стало известно, что экспедиция "Парящего орла" встретила "зеркала"? Как правило, разведчики не посылают ТФ-сообщения о проделанной работе из-за ограниченных энергетических ресурсов.
– Знаю, но "Орел" все же послал сообщение спустя три месяца после старта от промежуточной базы "Дракон-2".
– Значит, у них случилось что-то серьезное.
– Судя по сообщению,- хмуро сказал Керри,- жизнь на открытой ими планете не слишком гостеприимна к пришельцам.
– Существенное дополнение. И "зеркала" они, конечно, заметили не сразу…
Начальник отдела внимательно посмотрел на Богданова.
– Договаривай.
– "Зеркала" появляются лишь в том случае, когда люди в чужих мирах начинают вмешиваться в события в планетарном масштабе. Уже на Шемали можно было убедиться в этом.
– Не знаю.- Керри Йос задумался.- А тебе не становится страшно от таких предположений? Ты понимаешь? Над нами кто-то установил контроль!
Богданов неожиданно рассмеялся.
– Страшно? Нет. До контроля еще очень далеко. Контроль предполагает такое развитие событий, причина которых должна быть скрыта от контролируемого объекта, а в нашем случае все наоборот, Наблюдатель открылся нам намеренно. Другое дело - разгадать его намерения, вот что заставляет напрягать ум и силы. Но я верю, что высший разум не менее гуманен, чем наш. Наблюдателя я не боюсь, он просто напоминает нам один старинный спор; в двадцатом веке, когда прошла волна модных дискуссий, - что могут дать человечеству звезды, если ему всего хватает на Земле? По-моему, дискутировать надо было совсем по другому поводу, не что могут дать нам звезды, а что мы им принесем!
Керри Йос молча разглядывал заместителя…
Спейсер погранслужбы первого класса "Искатель" стартовал с Австралийской базы второго февраля две тысячи двести восемьдесят первого года. Первый его прыжок длиной в десять парсеков к промежуточной базе разведфлота "Дракон-2" был облегчен стационарным каналом метро - точно так же пересекают расстояния грузы для поселений человечества в разные концы обитаемой зоны космоса. Дальше в глубину созвездия спейсер направлялся своим ходом.
"Искатель" был полностью специализированным и до предела автоматизированным кораблем пограничной службы. По энерговооруженности он уступал только флагману спас-флота "Россия", и мог справиться с любым планетарным катаклизмом типа извержения вулкана, землетрясения или цунами. Экипаж "Искателя" состоял всего из пяти человек: шкипера, двух инженеров бортовых систем и двух инженеров-пилотов. Группа безопасников и пограничников в двенадцать человек, среди которых находился и Филипп Ромашин, разместилась в шести каютах пассажирского отсека, способного при необходимости уместить до ста пятидесяти человек. Но в данном случае спейсер не собирался исполнять функции спасательного парома или пограничного рейдера, задача перед ним стояла посложней, поэтому и экспедиция была экипирована гораздо серьезней, в расчете на появление всякого рода неожиданностей, вплоть до вооруженного столкновения с Наблюдателем (разрабатывался и такой вариант). То, что вместо "России" в экспедицию ушел "Искатель", объяснялось сложившимися обстоятельствами, среди которых была срочная эвакуация персонала двух энергоконсервных заводов на Меркурии: за три дня до старта к звездам "Россия" ушла туда по тревоге.
Руководство экспедицией осуществлял Богданов, получивший картбланш официала УАСС, то есть в случае необходимости имевший самые высокие полномочия.
Филипп, несмотря на некоторый опыт работы в Управлении, поначалу чувствовал себя неуютно среди профессионалов-безопасников, но уже на второй день полета вполне освоился со своим положением, хотя и не принимал участия в дискуссиях, которые обычно завязывал Станислав.
Однажды после ужина Томах снова поднял разговор о предназначении разума вообще и человека в частности. Богданов в спорах не участвовал, как и Филипп, и они вдвоем с интересом следили за развитием событий, переглядываясь и вполне понимая друг друга.
"Искатель" уже покинул базу "Дракон-2" и готовился к самостоятельному рейду, поэтому в кают-компании никого из членов экипажа не было, все уютное звездоообразноё помещение было отдано пассажирам.
– Разум, вообще - явление довольно ординарное,- сказал активный участник всех бесед Януш Микульский. Невысокий, сдержанный поляк по образованию был лингвистом, выделяться не любил, но по каждому вопросу имел свое мнение, которое и отстаивал умело и аргументированно, невольно вызывая уважение эрудицией.- Давно прошли времена, когда хомо сапиенс считался великим исключением, как носитель разума. По-моему, ответ на вопрос - зачем природе разум, кроется в теории гибкого реагирования.
– Не совсем так, - проговорил врач экспедиции Борис Лихолетов, единственный незагорелый среди коричневых от загара ребят; главной его чертой была аккуратность, а еще он был чрезвычайно вежлив, что особенно замечалось в среде иногда грубоватых и резких на слово спасателей.
– Теория гибкого реагирования годится только для термина "жизнь". Ваш вопрос, Слава, уместно было бы задать так: зачем природа создала разум,
– Не знаю,- сказал Томах.- Жизнь, попросту, одно из проявлений заурядного в космосе процесса гомеостатической организации. Кстати, мне кажется, в применении теории гибкого реагирования к заданному мной вопросу есть рациональное зерно.
– Конечно,- кивнул Микульский.- Разум - гомеостатический регулятор второй степени, способный противостоять возмущениям среды посредством действий, опирающихся на исторически приобретенный опыт. Это определение из учебника. Вот и ответ на ваш вопрос: разум лучше противостоит ударам среды.
Томах подумал и признался:
– Меня этот ответ не удовлетворяет. Борис прав, вероятно, я несколько туманно сформулировал вопрос. Надо было спросить, а зачем природе жизнь вообще? Ну и разум тоже, но только после того, как выясним первую часть вопроса. Ведь природа в широком смысле слова - это не та оболочка существования человека, под которой мы обычно подразумеваем природу: леса, реки, моря, воздух и так далее. Природа - это в основном космос: вакуум, излучение, галактики, звезды, планеты, квазары, черные дыры, газ и пыль, то есть - мертвая материя! Исходя из этого, зачем мертвой материи, хотя и живет она по-своему, во времени, энтропийно, живая материя? Жизнь?
– Жизнь - основа разума,- пробормотал флегматично-унылый Бруно Осинниго.- Януш тут уже предлагал определение разума, что еще нужно? Это же естественно, что разум более гибко реагирует на изменения условий существования, причем уже в начальной стадии развития.
– Смотря какие изменения,- возразил Лихолетов.- К примеру, справился бы хомо габилис с ледниками, пройди они по всем материкам Земли?
– Не справился бы. С ними не справились бы, наверное, и наши Предки в двадцатом веке, вплоть до ассимиляции системы капиталистически-социалистических государств.