дь двигалась быстро: никому не приходилось ждать подолгу.
Когда они вошли, Потбери окинул их пристальным взглядом.
– Кто из вас больной? – спросил он. В голосе его звучала некоторая брюзгливость.
Они планировали подойти к проблеме Хога, рассказав о том, как Синтия благодаря ему упала в обморок. Но следующее же замечание Потбери, с точки зрения Синтии, поломало все их планы.
– Кто бы из вас ни был больным, другой может подождать в приемной. Я терпеть не могу собраний.
– Моя жена… – начал было Рэндалл. Синтия стиснула его руку.
– Мы с женой, – тут же поправился он, – хотели задавать вам, доктор, парочку вопросов.
– Что ж, задавайте.
– У вас был пациент… мистер Хог.
Потбери поспешно поднялся с кресла, подошел к двери в приемную и убедился, что она плотно закрыта. Потом он, стоя спиной к единственному выходу, уставился на них.
– И что… насчет Хога? – тревожно спросил он.
Рэндалл протянул ему свое удостоверение.
– Можете сами убедиться, что я законопослушный частный детектив, – сказал он. – У моей жены тоже есть лицензия.
– И какое вы имеете отношение к… человеку, имя которого упомянули?
– Мы по его просьбе проводим расследование. Вы, как профессионал, поймете, что я предпочитаю быть откровенным…
– Вы работаете на него?
– И да, и нет. В частности, мы пытаемся выяснить некоторые подробности его жизни, но ему известно, что мы этим занимаемся. Мы не собираемся делать что-либо за его спиной. Если хотите, можете позвонить ему. – Рэндалл предложил это, поскольку ему показалось, что это необходимо. Он надеялся, что Потбери предложением не воспользуется.
Потбери действительно не воспользовался. Но сделал это совершенно неожиданным образом.
– Поговорить с ним? Только в самом крайнем случае. Что вы хотите о нем узнать?
– Несколько дней назад, – осторожно начал Рэндалл. – Хог принес вам на анализ некое вещество. Я хотел бы узнать, чем оно оказалось.
– Хрррмпф! Вы только что напомнили мне, что мы с вами профессионалы. Поэтому ваш вопрос меня несколько удивляет.
– Я с уважением отношусь к вашей позиции, доктор, и мне известно, что любая информация о пациентах является конфиденциальной. Но в данном случае…
– Поверьте, вы не обрадуетесь, если узнаете!
Рэндалл подумал.
– Я много повидал на своем веку и неплохо знаю изнаночную сторону жизни. И вряд ли что-нибудь может меня шокировать. Может быть, вы просто не хотите говорить об этом в присутствии миссис Рэндалл?
Потбери задумчиво взглянул на него, потом на миссис Рэндалл.
– Похоже, вы вполне порядочные люди, – наконец заключил он. – И, кажется, искренне считаете, что вас невозможно шокировать. Но позвольте дать вам один совет. Очевидно, вы каким-то образом связаны с этим человеком. Так вот! Держитесь от него подальше! Не имейте с ним никаких дел. И не спрашивайте меня, что было у него под ногтями.
Синтия с трудом удержалась, чтобы не вмешаться. Она не участвовала в разговоре, но внимательно следила за всем, что говорилось. Насколько ей помнилось, Тедди ни словом не обмолвился о ногтях.
– Но почему, доктор?
Потбери, кажется, начал раздражаться.
– Похоже, сэр, вы просто очень глупый молодой человек. Вот что я вам скажу: если вам известно об этом господине только то, что явствует из сказанного вами, то вы и понятия не имеете о бесконечно чудовищных вещах, творящихся в этом мире. И это ваше счастье. Поверьте, гораздо, гораздо лучше всего этого не знать.
Рэндалл заколебался, чувствуя, что исход разговора обещает быть не в его пользу. Тогда он сказал:
– Допустим, вы правы, доктор, но раз уж он такой злодей, то почему вы не передали его в руки полиции?
– А откуда вам известно, что не передал? Но, впрочем, на этот вопрос я отвечу. Нет, я не передавал его полиции по той простой причине, что это ничего бы не дало. Власти просто не настолько умны, и у них не настолько богатое воображение, чтобы оценить опасность замешанного здесь зла. Нет такого закона, по которому его можно бы было осудить… во всяком случае, на сегодняшний день и на сегодняшний век.
– Что значит «на сегодняшний день и на сегодняшний век»?
– Ничего. Не берите в голову. Вопрос закрыт. Вначале вы что-то говорили по поводу своей супруги. Может быть, она хочет о чем-то у меня проконсультироваться?
– Да нет, ничего, – поспешно отозвалась Синтия. – Ничего серьезного.
– Просто предлог, да? – Потбери уже почти весело улыбнулся.
– А в чем дело?
– Да ничего серьезного. Сегодня утром у меня был обморок. Но сейчас уже все в порядке.
– Х-м-м-м, а вы, часом, не беременны? Хотя по виду этого не скажешь. На вид вы вполне здоровы. Возможно, немного малокровны. Вам бы не повредило побольше свежего воздуха и солнца. – Доктор прошел к стоящему у дальней стены кабинета белому шкафчику, открыл его и принялся копаться в бутылочках. Наконец он вернулся к ним с медицинским стаканчиком, наполненным янтарно-коричневой жидкостью.
– Вот, выпейте-ка это.
– А что это такое?
– Тонизирующее средство. В нем содержится достаточно, так сказать, «Утехи Священника», так что вам понравится.
Синтия заколебалась и взглянула на мужа. Потбери заметил это и спросил:
– Не любите пить в одиночестве? Что ж, по одной, пожалуй, и нам не повредит.
Доктор снова отправился к шкафчику и вернулся с двумя стаканчиками, один из который вручил Рэндаллу.
– За то, чтобы поскорее забыть о неприятных вещах, – провозгласил он. – Ваше здоровье!
Он поднес стаканчик к губам и залпом выпил содержимое.
Рэндалл выпил. Синтия последовала его примеру. На вкус напиток неплох, подумала она. Немного горьковат, но виски – она почувствовала, что это виски, – перебивало горечь. Если опустошить бутылку такого тоника – что, конечно, не полезно, – то наверняка почувствуешь себя значительно лучше.
Потбери проводил их до двери.
– Если обморок повторится, миссис Рэндалл, приходите ко мне, и мы тщательнейшим образом вас обследуем. И советую не встревать в дела, где вы бессильны помочь.
На обратном пути они сели в последний вагон и нашли себе место подальше от остальных пассажиров, чтобы иметь возможность спокойно поговорить.
– Ну, что скажешь? – спросил Рэндалл, устраиваясь на сиденье.
Она нахмурилась:
– Даже сама не знаю. Мистер Хог ему явно не нравится, но он так и не сказал почему.
– Х-м-м-м…
– А сам-то ты что думаешь, Тедди?
– Во-первых, Потбери знает Хога. Во-вторых, Потбери крайне желательно, чтобы мы ничего не узнали о Хоге. В-третьих, Потбери ненавидит Хога… и боится его!
– Правда? А с чего ты взял?
Он медленно улыбнулся:
– Душечка, а ты попробуй использовать свои серые клеточки. Я собираюсь подружиться с Потбери – а если он считает, что способен запугать меня тем, что в свободное время делает Хог, то он глубоко заблуждается!
Она, учитывая опыт довольно долгого замужества, решила благоразумно промолчать.
По ее просьбе они отправились домой, а не обратно в офис.
– Что-то не хочется, Тедди. Если он намерен снова поиграть с моей машинкой – пускай!
– Похоже, ты еще не оправилась от утреннего приключения, – с тревогой в голосе заключил он.
– Ну, вроде того.
Большую часть дня она спала. Тоник, который ей дал доктор Потбери, не подействовал, решила Синтия. Напротив, она ощущала сонливость, а во рту чувствовался какой-то неприятный вкус.
Рэндалл решил, что надо дать ей отоспаться. Он несколько минут побродил по квартире, установил доску для дротиков, чтобы отточить особый бросок из-под руки, но потом передумал, решив, что может разбудить Синтию. Он взглянул на нее и увидел, что она мирно спит. Рэндалл подумал, что, проснувшись, она может захотеть выпить баночку пива. К тому же это был отличный предлог выйти из дома: ему и самому страшно хотелось пива. Легкая головная боль, ничего страшного, но с того момента, как они ушли от доктора, он вообще чувствовал какую-то вялость во всем теле. Ерунда, пара пива все исправит.
Пивная находилась рядом с гастрономом. Рэндалл решил перед возвращением домой выпить кружечку. И вскоре уже втолковывал бармену, почему ожидающиеся реформы никак не скажутся на городе.
Выйдя из пивной, он вспомнил, зачем выходил. Когда Рэндалл вернулся домой, нагруженный пивом и закусками, Синтия уже встала и занималась на кухне хозяйственными делами.
– Привет, крошка!
– Тедди!
Он поцеловал ее, а потом стал выкладывать покупки.
– Небось испугалась, когда проснулась, а меня нет?
– Не очень. Хотя мог бы и оставить записку. Чего купил?
– Пивка и закусок. Хочешь?
– Еще как! Выходить не хочется, и я как раз думала, что бы сварганить. Но мяса не оказалось.
Она стала разбирать продукты, принесенные Рэндаллом.
– Кто-нибудь звонил?
– Ага. Я проснулась и позвонила в телефонную службу. Ничего интересного. Зато принесли зеркало.
– Зеркало?
– Нечего разыгрывать удивление. Приятный сюрприз, Тедди. Пойдем, посмотришь, как оно здорово подходит к нашей спальне.
– Давай-ка расставим точки над «i», – сказал он. – Я никакого зеркала не заказывал.
Она недоуменно уставилась на него.
– А я думала, ты заказал его для меня в качестве сюрприза. Его доставили как оплаченную покупку.
– А на чье имя был оформлен заказ – на твое или на мое?
– Да я и внимания не обратила. Я еще была спросонья. Я просто подписала какую-то бумажку, а потом они распаковали его и повесили на стену.
Зеркало оказалось очень симпатичным, без рамы и довольно большое. Рэндалл решил, что оно отлично подходит к ее туалетному столику.
– Если тебе такое нравится, крошка, то я куплю такое же. Но это зеркало – не наше. Наверное, лучше позвонить и попросить забрать его. Где квитанция?
– Они забрали ее. Да и все равно уже шесть часов.
Он снисходительно улыбнулся.
– Похоже, оно тебе нравится. Что ж, на сегодняшний вечер оно твое – а завтра я постараюсь купить тебе такое же.