Выйдя из здания, Карина присела на лавку, чтобы посмотреть в телефоне карту. Ей хотелось есть, и она искала кафе поблизости. Дома ее ждет торт «Пражский», это хорошо, но нужно еще и горячим питаться. Мечтая о супе и, пожалуй, салате «Цезарь», она двинулась в указанном навигатором направлении. Карине снова показалось, что кто-то следит за ней, но на сей раз чуйка ее подвела…
Тот, кто следил, остался возле ее дома.
Глава 4
Она сидела на крыше склада, свесив ноги вниз. Ела сникерс. Купила его перед тем, как заняться паркуром. Вспомнилась какая-то старая реклама, в которой ребята-экстремалы после гонок на скейтах подкрепляются шоколадным батончиком. Но ей он в глотку не лез. Кто лопает сладкое после физических нагрузок? Апельсина бы сочного. А лучше просто сока. Но попить она, глупая, не купила. В ролике же рекламировали не минералку, а шоколад.
На крышу Варе удалось забраться только после того, как она догадалась подставить под ноги ящик, иначе не допрыгивала до выступа, за который можно было уцепиться. И все равно ей пришлось попотеть, поскольку подтягиваться на руках она разучилась. Когда-то с отличием сдавала нормы, а сейчас расслабилась, спорт забросила. А ведь в ее профессии без него никуда!
Пожурив себя, товарищ капитан дала себе зарок начать хотя бы бегать и отжиматься. Два раза в неделю, минимум. И каждый день качать пресс. Но самой себе не очень-то верила.
Сунув недоеденный сникерс в карман, Варвара встала и прошла на другой конец крыши, опустила голову вниз. Ага, козырек над разрушенным крыльцом. Плоский, с виду крепкий. Варя спрыгнула на него и оказалась на уровне окон Кулика. Но расстояние до них было приличным. Залезть в ближайшее, если ты не человек-паук, нет никакой возможности.
Жаль… Сорвалась версия. Варвара предполагала, что убийца проник в квартиру через окно. Да, оно было закрыто в отличие от двери, но рамы старые, щеколды разболтанные, толкнешь посильнее створку, и она впечатается в соседнюю.
– Руки вверх! – услышала Варя истошный крик. – Подымай, говорю, ниндзя, а то шмальну!
Фанатка фильмов о восточных единоборствах с первого этажа, поняла Утесова. И попыталась вспомнить ее имя:
– Без паники, Мария Петровна!
– Марина Ивановна, вообще-то.
И память ни к черту, не только мышцы.
– Извините. А я капитан Утесова. Помните меня?
– А как же, ты меня старой дурой назвала.
– Неправда.
– В глаза нет, но за спиной… Сто процентов.
– Какая же вы старая, – польстила Варя.
Бабка показалась в окне. До этого за занавеской пряталась. Она была в очках, но другие болтались на шее, подвязанные резинкой.
– Ты чего на козырьке делаешь? – спросила она.
– Проверяю, могли ли ниндзя на него забраться.
– Конечно, – фыркнула бабуля. – Они и не такое могут. Посмотри «Хон Гиль Дона».
– А вы чем ниндзе угрожали, Марина Ивановна? Шмалять из чего собирались? Неужто ствол имеется? – Варя не удивилась бы, заваляйся у боевой бабки охотничье ружье. Тоже от сына осталось.
– Да это я так, для острастки крикнула. Нет у меня ствола. Зато имеется костыль, я ногу ломала в прошлом году.
– Тут метра четыре, – прикинула Варя. – Метнув его, вы вряд ли попали бы.
– Не собиралась я этого делать. Еще не хватало, ценную вещь кидать, ищи ее потом! Выставила бы костыль, как автомат, и сделала «Тра-та-та!»
Нет, все же женщина была чуть с приветом. Но она опять подала Варе идею.
– Я сейчас к вам загляну, Марина Ивановна, не уходите никуда.
– Ладно. – И скрылась за занавеской.
Варвара стала прикидывать, как спуститься на землю. Спрыгнуть? Высоко. Обратно взбираться на крышу, испачкаешься вся. А на ней не костюм ниндзя, а синие джинсы и голубая футболка. Пришлось пожертвовать чистотой. И гладкостью рук. Пыхтела, кряхтела, взбираясь на крышу. Ящика на козырьке не было, а подтягиваться за десять минут не научилась. Хорошо, нашла выбоины в стене, куда можно носок сунуть.
Когда Варвара зашла наконец в квартиру Марии Ивановны, первое, что попросила, это попить и побольше. Потом разрешения воспользоваться ванной комнатой. Умывшись и напившись, подвела бабулю к окну.
– Ниндзю видели где?
– Там, – Марина Ивановна указала на участок крыши, из которого торчали трубы. – И еще на козырьке, где и тебя.
– Это было ночью, так?
– Ночами, – со значением проговорила бабуля. – В трубах ниндзя прятался где-то за неделю до того, как на козырьке возник.
– А возник он…
– Я же говорила, в прошлое воскресенье. Или понедельник уже был? Наверное, перевалило за полночь. Я спала, встала, чтоб окошко прикрыть, дуло, и тут смотрю – ниндзя.
– Что он делал?
– Кидал сюрикен. Вроде. Я вижу плохо. И в близь, и вдаль. Но не слепая. В очках в глаз вороне не попаду, но ее рассмотрю. Пошла искать очки, когда ниндзя еще что-то метнул. Катану как будто. Вернулась – уже нет никого.
– Спасибо вам, Марина Ивановна, за информацию.
– Полезная оказалась, да? А вы от меня отмахивались. Я как узнала, что Индюка убили, сразу поняла – ниндзя это.
– Он Кулик.
– Может, по фамилии… А так индюком был надутым.
– Я могу еще к вам зайти сегодня. Так что не прощаюсь.
С этими словами Варвара покинула квартиру, поднялась на этаж выше. Прежде чем открыть дверь квартиры Кулика, позвонила Букину. Велела ехать к ней, да не с пустыми руками.
Опять захотелось пить. Пришлось наливать воду из-под крана. Попив, зашла в комнату и сразу к окну. Рамы не двойные. Передние сняты. Стекла, наверное, разбились, а менять их никто не пожелал: ни хозяин хаты, ни жилец.
Варваре было странно, что Глеб Кулик, человек как минимум хорошо зарабатывающий, жил в таких условиях. А он же еще и считал себя лучше других! Мог бы поприличнее снять жилье. А если привык к этому, на ремонт потратиться. Но в квартире обои старые, на полу советский линолеум, канализация хоть исправная, но очень шумная. Даже кухня плохо оборудована. Из передового только индукционная плита и духовой шкаф. Вытяжки нет, холодильник древний, а вместо разделочного стола – письменный.
Букин молодец приехал через полчаса. А что еще лучше, привез минералку.
– Ты думаешь, что убийца залез в окно? – первое, что спросил он.
– Это невозможно.
– Вот и я так думаю.
– Нет, в принципе, если заморочиться, то проникнуть можно в любую квартиру, тем более в ту, что на втором этаже, но… – Она толкнула створку. Та не поддалась. – Помоги, – попросила она коллегу. Тот надавил, и окно открылось. – Видишь козырек на соседнем здании? Если с него запустить метательный снаряд, когда жилец квартиры стоит возле окна, то он точно умрет.
– Тааак, – протянул Бука и достал из сумки орудие убийства. – Хочешь сказать…
– А у нас есть другие варианты?
– Да.
– Какие?
– Не бредовые. Конкретнее, пока не скажу.
– А давай проверим?
– Что нужно делать? – с тяжким вздохом проговорил лейтенант.
– Забраться на козырек.
– Я не смогу.
– У меня получилось, значит, и ты сможешь. Вперед.
Когда Букин ушел, Варвара притащила из прихожей трехногую вешалку. На нее нахлобучила коробку из-под микроволновки (та в доме была, а печки не имелось, что удивительно), и уже сверху полуторалитровую кастрюлю дном вверх.
– Ты чего это творишь? – услышала она за спиной.
– Марина Ивановна, вам сюда нельзя! – прикрикнула на бабулю Варвара. Та бесцеремонно зашла в квартиру, воспользовавшись тем, что дверь не заперта.
– Не пахнет уже, – отметила Марина Ивановна, пропустив мимо ушей слова товарища капитана. – А как воняло! Фу… – Она подошла к сооружению. – Это что? А, поняла. Типа будущая жертва. Стоит, значит, курит.
– Много курил?
– Временами да. Когда пил, наверное. И все возле окна, и дым весь ко мне спускался.
– Он вроде поднимается вверх.
– Не весь, – не дала себя переубедить Марина Ивановна. – И пепел сосед, зараза, стряхивал на улицу. – Тут она резко схватилась за очки, висящие на резинке, и водрузила их на те, что были на носу. – Это еще кто там? А, твой напарник. – И помахала Букину. Видела бабка на самом деле более или менее нормально.
– Это еще кто? – крикнул лейтенант. Точнее, громко сказал.
– Соседка Марина Ивановна.
– Ее узнал. Здравствуйте.
– Конничива, – ответила ему по-японски бабка. – А чурбан этот заменяет Кулика. Следственный эксперимент у вас намечается.
– Вы могли бы покинуть квартиру, чтобы мы провели его спокойно?
– Конечно. Но я все равно буду за ним наблюдать из своего окна.
– Это и хорошо. Будете комментировать. Но только, когда попросим. Хорошо?
Марина Ивановна не ответила, она уже спешила к двери, торопясь занять свой пост. Развлечение намечалось увлекательнее, чем просмотр боевика по видео.
– Как забрался? – спросила Варя.
– Не без труда.
– Но сделать это, как мы уже выяснили, может каждый. И мужчина, и женщина…
– И подросток, – продолжил Букин. – Ночью он (она, они) может забраться сюда незаметно. Фонари на складах не горят. Те, что перед подъездами домов, светят скудно.
– Кидай орудие в голову.
– В твою? – хохотнул Букин, но метнул, естественно, шарообразную награду в кастрюлю. Попал с первой попытки. – Это не трудно для меня. Я все ж мент. У нас регулярные стрельбы, и я меткий.
– В школе у нас были уроки по метанию снарядов. Я уже тогда умела попадать в цель с десяти метров, а тут четыре, максимум пять.
– Принимается. Но тут нужно было угодить точно в висок, чтобы человек умер.
– Метни еще раз! – Она подобрала шар и кинула Букину. Чтобы поймать его, он сделал ладони ковшиком. Получилось не очень – едва не выронил.
Лейтенант метнул орудие еще раз. Уже сильнее. Кастрюля с грохотом рухнула на пол.
– Вот тебе и смертельный удар, – сказала Варя.
– Допустим. Но окно было закрыто.
– Его сильно толкнули, рама резко захлопнулась.
На лице Букина снова появилась скептическая гримаса.