Стандартные сенсорные модули Нриз заменил на усовершенствованные, способные видеть не только в оптическом диапазоне, включая инфракрасный и ультрафиолет, не только работать тепловизором и микроскопом, но и хорошо различать магические потоки. Возникал побочный косметический эффект: цвет глазных кристаллов неизбежно менялся с красного на зелёный, с небольшой точкой главного сенсора в глубине. Для Нриза внешний вид голема значения не имел, но теперь Тааг-18 явно выделялся среди своих собратьев.
Внутри голема Нриз установил наиболее мощный накопитель, насколько позволяли габариты корпуса. Это обеспечивало длительную работу в экранированных помещениях, где за отсечение от паразитных потоков рассеянной элир приходилось расплачиваться отсутствием подключения к сети Цитадели.
Раз уж Тааг-18 был призван компенсировать недостатки Нриза, тот добавил не только возможность прямого управления големом, но и оборудовал его проектором иллюзий для вывода диагностической информации и показаний сенсоров.
Если бы Нризу пришлось всё разрабатывать с нуля, ему бы не удалось управиться ни за четверо суток, ни за месяц, ни за год. Но, к счастью, существовали готовые модули, которые Хозяин создал для использования в оборудовании мастерских и лабораторий. Осталось их только скомпоновать и модифицировать в соответствии с габаритами голема. Несмотря на то, что при использовании пространственных манипуляций внутренний объём мог варьироваться в широких пределах, Нриз до сих пор помнил, как Тааг-18 погиб в первый раз, поэтому стремился к максимальной надёжности и безотказности. Подобный подход сильно поднимал стоимость доработок, но Хозяин прямо сказал, что ею можно пренебречь. Поэтому Нриз не сдерживался, заменяя внутренние компоненты гораздо более прочными, надёжными и, главное, компактными аналогами. По тем же причинам он решил поставить не только такой же контур резервного копирования, как у големов старших моделей, но и дублировать его своей разработкой, той самой, которую Хозяин признал неудачной. В конце концов, Таагу-18 не требовалось вступать в бой, а значит, недостаток переставал быть таковым — контур обеспечивал скорейшую работоспособность голема в случае какого-то досадного инцидента. Ну а в случае какой-нибудь по-настоящему серьёзной катастрофы оставался первый контур, способный, как и говорил Хозяин, даже создать нового голема с нуля.
Нриз открыл экраны с управляющими пакетами для фабрикатора, ещё раз их проверил на отсутствие ошибок, после чего дал задание на производство.
Оба фабрикатора мелко завибрировали, стенки стали полупрозрачными, а внутри разгорелись яркие искры. Возможности фабрикаторов сильно не дотягивали до требуемых Нризу параметров, но, к счастью, создавать с нуля все узлы и не требовалось. Особо сложные детали доставлялись со склада, их требовалось лишь доработать и изменить форму, с чем фабрикаторы были способны справиться без особых сложностей. Некоторые части, такие как чистые кристаллы накопителей, управления и хранилищ информации, имели сравнительно простую молекулярную структуру, поэтому изготавливались на месте. Это потом, после установки, Нризу предстояло внедрять в них сложную логику, но для этого существовали свои специализированные инструменты.
— Смотри, Тааг! — сказал Нриз голему. — Это твои глаза.
Он завороженно наблюдал, как во вспышке телепортации возникли небольшие, всего в полдюйма, бусины сенсоров, вокруг которых заплясали искры молекулярного синтеза, достраивая «обвязку» — зелёные кристаллы со стандартными контурами подключения к сенсорным цепям голема.
Как только синтез закончился, передние грани фабрикаторов растворились с едва слышимыми хлопками. Глазные кристаллы плавно выплыли наружу. Нриз упустил из виду, что фабрикаторы являлись лишь звеньями производственной цепочки, так что синтезированный продукт, покинувший их объём, обычно подхватывался заклинанием или устройством. На этот раз фабрикаторы работали автономно, поэтому глаза Таага, подчиняясь закону тяготения, просто рухнули на пол. Нриз знал, что они рассчитаны на нагрузки, гораздо превышающие падение с высоты в половину ярда, но всё равно, стиснув от досады зубы, кинулся подхватывать хотя бы один из них.
Он не успел. Мелькнула размытая тень, а через секунду рядом с Нризом замер Тааг-18, удерживающий передними конечностями оба глаза.
— Спасибо, Тааг, — облегчённо вздохнул Нриз. — Ты молодец! Укладывай готовые части на пол!
Следующие два часа Нриз завороженно наблюдал, как на полу ровными рядами выстраиваются изготовленные и модифицированные части, как до этого неподвижный Тааг срывается с места, подхватывает свежеизготовленную деталь и идеально ровно укладывает на математически выверенном расстоянии от предыдущей. Время от времени Нриз отвлекался, чтобы вновь проверить схему модификаций и управляющие контуры для нового оборудования. Он настолько погрузился в процесс, что пришёл в себя только когда услышал требовательную трель Таага-18.
Теперь наступал самый важный момент. Нриз подошёл к Таагу, присел рядом с ним на корточки и провёл ладонью по металлическому корпусу. Рука почти ничего не почувствовала, так что он стянул зубами перчатку и вновь положил ладонь на холодный металл.
— Тааг, не беспокойся, это ненадолго, — сказал он, понимая, что голему всё равно, что в его магических контурах нет ни страха ни беспокойства, лишь стандартные рутины самосохранения, имеющие не самый высокий приоритет. — Выполнение команд. Режим длительной консервации, остановка когнитивных процессов, сворачивание системы самовосстановления, полный сброс основного и резервных накопителей в сеть Цитадели. Подтверждение: баасар-ддре-юзур-юзур.
Голем под его руками дрогнул, его конечности обмякли, сократились и обернулись вокруг корпуса, плавно опуская тело на пол. Нриз видел, как вокруг голема угасает лёгкая дымка элир, как алые глаза теряют цвет и становятся бордово-чёрными. Как того, кого он считал единственным другом, покидает жизнь. Он знал, что это необходимо, знал, что всё будет хорошо, Тааг-18 станет гораздо лучше, чем был до этого, знал, что поступает, исполняя волю Хозяина, но всё равно в горле застрял тяжёлый комок.
Он вновь натянул перчатку, бережно подхватил голема на руки и перенёс в сторону верстака. Вытянув руку, Нриз сплёл командные потоки, подготавливая верстак к работе. Восемь артефактов, лежащих на круглом основании, взмыли в воздух, застывая в вершинах невидимого куба. Нриз поместил Таага в центр куба, и тот завис, медленно вращаясь вокруг своей оси. Нриз поднял руки, сплетая новые команды. Он вызвал шестиугольник диагностического экрана и мельком взглянул на показатели. Как и ожидалось, голем не подавал признаков активности, лишь в центральном кристалле оставалось слабое свечение элир.
Нриз отправил новую цепочку команд, и верхняя часть кожуха, отделившись, застыла рядом с големом. Извлёк глаза, демонтировал жвалы, а затем и всю голову. Он прекрасно понимал, что для голема голова — лишь инструмент, что центральный кристалл находится в самом защищённом месте корпуса, но всё равно от вида обезглавленного Таага, с глазами и челюстями, плавающими рядом с «отрубленной» головой, по спине пробегали мурашки. А когда за головой последовали ноги, когда Тааг превратился в лишённый головы и конечностей распотрошённый труп, стало совсем жутко.
Нриз подавил дрожь — любое лишнее движение сейчас, когда его друг и спутник стал максимально беззащитен, могло окончиться фатально. Вместо того чтобы обратиться к транспортным функциям мастерской, он взял руками жвалы и глаза и отнёс их к утилизатору. Затем перенёс ноги, жгуты внутренних структурных элементов и, напоследок — кожух. Нриз не знал точно, что случится дальше — отправятся ли части на склад, или же будут разложены на элементы, чтобы пополнить запасы Цитадели. Строение големов Тааг было слишком простым, наиболее вероятным был второй вариант. Из-за того, что Таагу-18, пусть даже частично, предстояло быть уничтоженным, его терзало очень неприятное чувство.
Когда с ненужным оборудованием было покончено, Нриз перенёс новые детали в рабочее поле верстака. Лёгкими движениями пальцев и тонкими потоками элир он спозиционировал их относительно корпуса голема. Дальше предстояла кропотливая и точная работа, поэтому он перешёл в режим овердрайва.
Мир, как обычно, изменился. Каждый поток элир, который видел Нриз получил цифровые обозначения скорости, направления и состояния. На дополнительном слое восприятия, невидимом глазами, возникло знание о траекториях, векторах силы, предполагаемых весе, материалах и даже дате изготовления. Этот режим был опасен своей нагрузкой на организм, но для проведения ответственных работ абсолютно необходим. С его помощью Нриз смог бы произвести модификацию одного голема (даже настолько сложную, как та, что предстояла Таагу-18), десяти или даже пары сотен. Но в Цитадели находилось 1440 големов Ирвиз, 210 Кирутал, и 640 Оолин. Для переоборудования их всех понадобились бы не только многие годы, но и такое здоровье, которым Нриз не обладал даже во времена службы в бундесвере.
Если бы Нриз обладал магией, вопрос здоровья и даже долголетия перед ним никогда бы не встал. Дисциплинированный разум получил бы низкоприоритетное, но постоянное задание поддержания тела в оптимальной форме. Если бы Хозяин пожелал, он бы сделал Нриза снова молодым, либо и вовсе прекратил старение. Но для него Нриз оставался неудачным проектом, поэтому он ограничивался лишь редкими и не требующими особых усилий сеансами исцеления. Нриз признавал правоту этого решения. Как он ни старался, у него не получалось стать Хозяину по-настоящему полезным, а уж тем более незаменимым. Поэтому, если через пару тройку десятков лет Нриз угаснет от старости, так будет лучше для всех.
Он отбросил мрачные мысли, которые незваными гостями пробились даже сквозь кристальную ясность овердрайва, поспешил поставить задачу и приступить к её исполнению.
Первым делом внутрь голема скользнул небольшой, размером с ноготь, основной кристалл резервирования. Так как его штатным местонахождением являлась складка пространства, физическое расположение значения не имело. Поэтому кристалл расположился сзади, там, где у обычного паука находились бы паутинные железы. Рядом с ним на место встал генератор паутины. Дальше Нриз установил конечности, смонтировал педипальпы и хелицеры, вставил на место глаза, разместил улучшенный накопитель, дополнительную систему резервирования, а затем начал длительную и кропотливую работу по установке элементов внутреннего каркаса и силовых жгутов. Несмотря на размеры голема, на это ушла не только масса времени, но и умственных усилий. Почувствовав, что из-под носа потекли первые капли крови, Нриз решил сделать перерыв.