— Ого, новый танцовщик и номер. Как интересно. — Оживился Эдгар, удовлетворено заерзав на месте.
Задира саркастично хмыкнул. Он с любопытством и сожалением посмотрел на будущую жертву насилия над телом и душой.
Танцор двигался к пилону плавными, почти кошачьими движениями, смущённо кутаясь в плащ. Огненные волосы парня, словно языки пламени, горели в мистическим полумраке. Вот танцовщик появился возле пилона, ловко изящным движением скинул с себя плащ, оставшись в облегавшем атлетическую фигуру костюме, который шел ему. Танцовщик цепко ухватился рукой за пилон и прокрутился вокруг, соблазнительно выгибая тело, из-за напряжения белая рубашка оголила рельефную грудь. Рыжий двигался пластично попадая в ритм музыки, не так. Он растворялся в мелодии, ловко огибая ее извилистые витки, как рыба оплывает камни в воде. Танец что предстал перед очами замерших зрителей, сочетал в себе женское изящество, мужскую брутальность. Будто темное и светлое начало соединились в одном существе. Рыжий, словно живое воплощение огня, горел на сцене, извивался подобно языкам пламени с восхитительной чувственностью.
Танец обращался к искре жизни смотревшего, заставляя ее разгораться сильнее от невыразимого восторга и томительного трепета. Даже Задиру пробрало, хотя он до этого момента полагал, что только женщинам подвластно говорить на языке тела. Вампир ощутил, как неистовый голод, разгорелся в его горле и сущности, возбуждённый столь аппетитно выглядевшей добычей, словно приглашающей испить из нее. Вонзить клыки в эту податливую, немного влажную плоть, дабы изведать горячую, питательную кровь.
Этот танцор убедил Задиру в наличии в нем столь яркого таланта. По этому вампиру стало жаль парня, ведь его источник огненной жизни осквернят, осушат и выкинут пустую оболочку. Вампир ещё больше возненавидел Темного Фейри, что подобно пауку заманивает прекрасных мотыльков к себе в сети, что бы высосать их невинность.
Задира так увлекся созерцанием магии танца, что не заметил в какой момент, танцор оказался в одних штанах и совсем рядом. Парень был настолько близко, что Задира ощутил аромат его горячего тела, стук на удивление спокойного сердца. Вампиру это показалось странным, ведь люди, даже самые выносливые все равно начинают чаще дышат при физических нагрузках. Дальше развить эту мысль Задире не дал шум крови парня и неистовство жажды, что усилилась, когда жертва оказалась непредусмотрительно близко от броска хищника. Вампир разозлился на жертву за то, что она так такая аппетитная. Потом быстро понял что сам виноват, ведь упыренышь любит редкие сорта крови. А это рыжик явно в себе содержит таковую. Задира сглотнул скопившуюся слюну, пытаясь отлепить голодный, мерцающий взгляд от шеи танцовщика, что не ведал насколько близок к смерти. Вскоре огненный мотылек оказался возле золотого паука. Движения танцора стали более агрессивными и пылкими, словно в этот костер подлили масла.
Эдгар довольно ухмылялся, вальяжно откинувшись на спинку кресла и попивал вино, пока его похотливый взгляд ублажали чарующие движения танцовщика. Старый извращенец поедал юношу взглядом, особенно, филейную часть. Рыжик оказался позади Эдгара и позволили себе приобнять Темного Фейри.
Задира только презрительно поморщился. А потом заметил то, что заставило его вздрогнуть от первобытного ужаса, оставшегося тогда, когда предки вампиров, были жертвами истинных охотников.
Из предплечья парня выщеслнулось лезвие, по которому проскользнул золотистый блик, и в зеркальной глади отразилось пол вытянутого в удивлении лица Задиры. Глаза рыжей бестии загорелись расплавленным голосом. А Эдгар даже не понял когда лишился головы, на его физиономии так навеки застыла идиотская ухмылка. Телохранители Эдгара тоже не поняли, что остались безработными.
Один Задира быстро пришел в себя и яростно прошипел:
— Эй, гадёныш, это я хотел сделать! Ты спер мою идею! — и вампир уставился в снисходительно-насмешливые глаза конкурента. Рыжий иронично изогнул бровь.
— Ой, прости. Тогда держи подарок; — выпалил этот рыжий паршивец и кинул голову Эдгара Задире. Вампир поймал "подарок", который вперился в лицо ловца стеклянным взглядом.
Грянул взрыв, хлынул едкий дым.
Телохранители Эдгара и охранники клуба пытались словить убийцу, но того и след простыл, ведь он двигался проворнее и быстрее не в пример человеку.
Таким не хитрым образом у Задиры отпала необходимость убегать. Только вот беда теперь вампира мучило любопытство, а кто это был?
Но была и плохая новость, город остался без хозяина. И осталось неясным, кто из конкурентов убитого оказался самым ушлым. Задира вскоре понял, что Темный Фейри не самый худший вариант хозяина. Следующие претенденты на царстве над смертными, не ограничивались истязанием отдельных людей, а перешли сразу на целый город.
Задира пытался найти огненного исполнителя убийства и зажигательного танца, но так и не возымел успех в этом деле. Зато упыренышь больше не делит танцы на мужские и женские.
*************
Теперь…
Алиса поздно возвращалась с работы и по пути зашла в магазин, так что сейчас она еще несла тяжелый пакет с продуктами. Девушка то и дело меняет руки, когда несущая кулёк затекает до острой рези в пальцах.
В сумке, накинутой на плечо, дремал Пуша, тихо посвистывая на выдохе. От чего складывалось впечатление у постороннего наблюдателя, что это сумка издает странные звуки. Но прохожих не было, ледяной дождь разогнал даже самых отъявленных храбрецов по уютным, теплым домам. Алиса утешала себя тем, что до дома осталось не так долго идти. Там ее ждёт вкусный обед (который ещё нужно приготовить и он не очень вкусный, ведь девушка не очень умеет готовить), и тепло (тут тоже были сомнения, ведь старый дом прям дышал из каждой щели ледяной сыростью). Но Алиса решила сохранять оптимизм. Она старалась обходить лужи, даже обутая в резиновые сапоги, а то никогда не знаешь насколько глубоко очередная лужа по щиколотку или по горло. Куртка уже промокла, как и капюшон, накинутый на рыжую голову. Алиса чихнула и шмыгнула носом, Пуша заворочался в сумке, отчего та чуть не соскользнула с мокрого плеча девушка.
Из-за угла улицы вывернула тюнингованная иномарка с кричащей аэрографией. Из машины доносилась адская музыка, вроде какой-то современный реп. Дэн бы уже плевался и крестился, он вообще не переваривал это направление музыки. Алиса с теплом вспомнила о друге и других членах их маленькой банды.
Машина, покачиваясь на ухабах и проваливаясь в лужи, один раз чуть не ушла по капот, подбиралась к девушке, светя на ее напряжённую спину галогеновыми фарами, которые в дождливом сумраке больше походили на прожектора.
Электроавтомобиль приостановился, когда нагнал девушку. Окно с пассажирского заднего сиденья открылось, выглянул сосед, точнее сын соседа. Студент и раздолбай, видимо пока родители в отъезде отрывается.
— Привет, соседка! Чего под дождем мокнешь? Давай садись, подвезём! — вежливо предложила встрёпанная голова соседа и он приветливо улыбнулся.
Алиса задумалась, да, этот студент часто устраивал тусовки дома, от чего получал от родителей, врубал громко музыку, устраивал гонки на машинах или мотоциклах, но проблем конкретно Алисе или ее тете не доставлял. Да и ветер усиливался, пронизывая до костей, а дождь и не думал прекращать лить. Промокшая куртка уже неприятно липла к лопаткам.
— Да как-то неловко вам доставлять неудобство. — Решила вежливо уйти от предложения Алиса, хотя с явной неохотой, ведь с салона машины соблазнительно манило теплом.
— Да ладно! Мы же живём почти рядом. Так что даже аккумулятор машины не разрядим. Садись, а то промокнёшь. — Более настойчиво сказал парень, махнув рукой, открывая дверь.
Алиса неуверенно потопталась перед машиной и поколебавшись, забралась в салон, дверь за ней автоматически закрылась с тихим писком. Сосед отодвинулся на противоположную часть сиденья.
Девушка поудобнее умостилась, поправляя подол платья. Она не заметила как водитель, а по совместительству приятель соседа смотрел на ноги и другие не менее привлекательные части тела девушки, через зеркало заднего вида и что-то нехорошее взблеснуло в его взгляде.
Сосед развлекал или отвлекал с какой стороны посмотреть, девушку милыми разговорами. Ведь Алиса скромно сидела чуть ли не на краешке сиденья, постоянно смущённо умолкая. Видимо девушка не очень избаловала вниманием противоположного пола. А тут такой завидный жених проявляет интерес.
Пуша перестал сопеть, недовольно перевернувшись в сумке и насторожено-отстраненно прислушиваясь к голосу земного самца.
Инопланетному созданию не нравился этот тип, как и его собрат, но если дружественной самке человека интересен его щебет, то Пуша не имеет ничего против.
Инопланетный организм не агрессивный в большинстве случаев…он спокойно сидел в сумке когда человек настырно полез обмениваться ротовой жидкостью с Алисой. Пуша тихо сидел, даже когда этот смерт начал распускать свои недощупальца. Пуша просто не знал, как происходит ухаживания у людей, ведь на их планете самки сами гоняться за приглянувшимся самцом. И тот кто дольше всех удирал и сопротивлялся достоин чести спариться, а вот тот кого ловили сразу оказывался завтраком для самки, а что? Ей ещё потомство выращивать и кормить. Вот Пуша решил что тут почти также, только наоборот самки отбрыкиваются от самцов. И космический житель даже гордился Алисой, что она так долго сопротивляется, значит, у нее будет сильное потомство.
Катализатором активности Пуши стал страх девушки, вместо возбуждения и его разозлило что полез к паре второй самец. Инопланетный житель и раньше ощущал страх, но он был в пределе нормы, как для подобных игрищ. Пуша решил вмешаться, ведь понял, что что-то пошло не так и Алиса не справляется. А Пуша не хотел, чтобы ее съели, даже потому что она слабая. Змееподобное создание ловко выползло из спихнутой на пол сумки. Существо заползло по спине девушки ей на плечо и предупреждающе зашипело, сверля побледневший людей шестью парой круглых глаз. Пуша нарочито медленно раззявил вертикальную пасть, раскрывая ее как капюшон кобры, а там блестели острые зубы, существо увеличилось в размере и хлёстким ударом мясистого хвоста вышвырнуло людей из салона, благо дверь была открыта водителем, который решил присоединится к "забавам" друга. Люди шмякнулись прямо в лужу, подняв столб брызг. Парни были так напуганы, что потеряли дар речи и окаменели от ужаса.