Эвелина протерла глаза и часто проморгавшись с удивлением уставилась на подношение.
— Это зачем? — озадачилась она.
— Это есть, чтобы потом принять антибиотики. — Ответил невозмутимо Симеон.
— Ой, спасибо, но я не хочу…мне уже лучше, и…ну честно! — ответила как можно вежливо девушка, но чем больше она пыталась убедить в своем отменном здоровье друга, тем иронично становился изгиб его светлой брови.
Эвелина поняла, что обречена быть выхоженной, хочет она этого или нет и даже если она попытается сбежать от опеки, ее вернут и будут ещё усиление опекать.
— Симеон, а тебе не пора? Может, у тебя дела какие-то есть? — Эвелина ухватилась за последнюю надежду уйти от такой теплой и неотвратимой заботы.
— В данный отрезок времени, у меня одно задание. Помочь упрямому созданию, которое не понимает, что если загнётся, то не имея родственников ещё долго о нем не хвататься. А тут плохая изоляция, трупный запах быстро просочиться в соседние квартиры. Так что я забочусь не только о тебе, а и окружающих людях. — Ответил жизнеутверждающим тоном Симеон и посмотрел на подругу, как на глупую младшую сестру.
Эвелина со своей бурной фантазией представила, как действительно умирает, не приходя в сознание. А у нее как правильно подмечено, никого нет из родных. И вот её тело несколько дней, а то недель лежит…дозревает так сказать. Пока его не обнаружит хозяйка квартиры, у которой Эвелина снимает жилье. Вредная старуха орет в испуге и брезгливо прикрывая рот рукой с зажатым платком, бежит вызывать полицию и клинингувую службу, а потом ругается, увидев предъявленный счёт за уборку. И тут Эвелина поняла, что подгадить напоследок столь злой старухе не такое уж и плохое дело. Но остальных жильцов стало жаль. И больной даже перехотелось умирать и протухать. Пришлось со скорбным видом принимать поднос с аппетитно пахнущим супом, а рядом с ним лежало несколько кусочков хлеба и ложка.
На вкус суп показался Эвелине ещё лучше, чем пах. Теплая, питательная жидкость шёлковым теплом растекалась по пищеводу, созревая истощённый организм. Ей стало жаль, что старания Симеона не будут иметь должного успеха, ведь человеческая еда не питает и не восстанавливает силы ее организма. Эвелине требуется сейчас много солнечной энергии, но даже она не может восполнить образовавшийся пробовал в энергетическом хранилище. Вот энергия живых существ могла бы решить проблему нехватки питания Эвелины, но единственным живым существом в обозримом доступе, являлось Пятнышко и Симеон.
Эвелина подняла голодный взгляд больших глаз. Они лихорадочно блестели, словно далёкие звёзды неизведанной Галактики, где обитают опасные создания. Хотя девушка не могла пользоваться своими способностям на полную мощность, но в особенно кризисные моменты, как сейчас, могла прибегать к истинному взору, который показывал все допустимые источники питания. Эвелина ощущала, как по телу парня струятся сложные сплетения энергетических потоков, словно их создала рука самого искусного мастера. Замысловатые узоры манили прикоснуться к ним и испить энергию. Эвелина тряхнула головой, прогоняя наваждение и зачерпнув как можно больше супа, ложку отправила себе в рот.
— Что такое? Тебе не нравится суп? — Симеон истолковал по-своему столь странное поведение подруги.
— Нет, что ты! Вкусно ещё и как! Просто не хочу лекарства пить, они мерзкие. — Призналась Эвелина, состроив по-детски недовольную мордочку.
— Без проблем, могу поставить капельку, правда, я никогда подобного не делал, но готов научиться. Ты же не против мне помочь? — Шутливо-ироничным тоном проговорил Симеон, скрестив руки на груди.
— Намек понят, будем пить и дальше противные лекарства! — в благоговейном ужасе выдохнула Эвелина, впечатленная такой самоотрешённостью друга в попытке вылечить ее любой ценой, даже если больную придется превратить в подушечку для иголочек. Девушка опасливо вжалась спиной в подушку, по подбородок закрываясь одеялом.
— Вот и молодец! Я знал, что ты пойдешь на контакт, — зловеще Проговорил Симеон, забирая поднос с пустой тарелкой.
— Бе, — и Эвелина показала язык спине парня.
— Я все вижу! И сейчас кому-то на этот же язык положим самую горькую таблетку. — Симеон не поворачиваясь к девушке, шутливо пригрозил.
Когда парень вернулся, то увидел что больной решил оказать сопротивление в попытке его вылечить.
— И что это значит? — обратился Симеон к рулетику из одеяла, из которого выглядывал лишь нос и смешливые глаза.
— Ты не пройдешь! Я шаурма! — Высокопарно выдал одеяльный лавашек.
Симеон удивлённо замер, обдумывая услышанное. Он предположил, что на когтях этих тварей обитает неведомая зараза, которая попадая в организм человека, вызывает высокую температуру, ломоту в суставах, и другие воспалительные процессы вплоть до воспаления мозга с последующим бредом. Потому как только этим парень мог объяснить поведение одеяльной черепашки.
Эвелина не страдала фигнёй, она ей наслаждалась, а если серьезно она просто пыталась не видеть питательного раздражителя, чтобы не впиться ему в шею. Ведь в крови тоже куча вкусных веществ и присутствует содержание энергии.
— Да хоть рулет с маком, выбирайся, время принимать лекарства! — выпалил Симеон придя в себя от увиденного.
— Фиг! — Из одеяла высунулась рука и скрутила смачную дулю.
— Ты понимаешь, я могу прибегнуть к силе? И ты ничего не сможешь сделать, — шутливо угрожающе сказал Симеон.
— Не посмеешь, синяки останутся, скажу ты меня избивал и истязал, что наполовину правда! — пыталась запугать парня Эвелина, мило чихнув.
— Так я так применю силу, что синяков не останется. Могу даже связать для лучшего содействия, — не унимался этот блондинистый Айболит.
— О, ролевые игры! Но я слишком плохо чувствую для них! И ты принимаешь препараты, которые снижают потенцию, — зачем-то это брякнула Эвелина, хотя оно само как-то вырвалось.
Симеон удивился, он не понял что такое ролевые игры и при чем здесь какие-то препараты и уж тем более для ЭТОГО.
Парень без задней мысли упомянул про связывание, действительно готов это сделать, чтобы девушка спокойней выпила лекарство. Симеон не поленился забить в поиске, что такое ролевые игры, и когда понял, подвис ещё сильнее.
— Э, а зачем люди переодеваются в тех кем не являются, да и ещё связывают партера, если не хотят обезвредить? — поинтересовался в край растерянный Симеон.
— Эм, ты что не знал что такое ролевые игры? В свои-то годы?! — изумилась Эвелина, выглянув из своей одеяльной крепости.
— Нет, тут написано что используют какую-то специальную технику. Морской узел что ли? — Проговорил мысли вслух Симеон продолжая копаться в смартфоне на просторах Глобалнета. Обычно он не так открыто выяснял новую информацию, но этот раз особенный. Ему стало интересно, чего Эвелина так многозначительно заулыбалась и ее глаза загорелись.
— Ну ты… Симеон дурачок! — Веселилась девушка, рассмеявшись. — Ещё используют наручники с пушком! — и она ещё сильней рассмеялась, зарывшись лицом в одеяло.
— Да? Зачем с пушком? — рассеянно поинтересовался Симеон, и вопросительно уставился на подругу.
— Чтобы не натирали и партнеру было удобно…слушай, ты хоть знаешь откуда дети берутся?! — Беззлобно поинтересовалась Эвелина, она не хотела насмехаться над неопытным другом, просто ее забавляла сама ситуация и его выражение лица.
— С процессом размножения млекопитающих и человека разумного я знаком, — буркнул Симеон. — Просто не понимаю зачем столько ухищрений для простого процесса, который занимает несколько минут до несколько часов. — Рассеяно Проговорил Симеон, — посмотрел на подругу, как на дурно смеха.
Эвелина честно пыталась сдержаться, но не смогла, она рассмеялась, надрывно прыснув. Девушка смеялась долго и до слез, наверное, в подвале штукатурка сыпалась от ее смеха.
— И не говори! Эти люди те ещё затейники! Любят усложнять простые процессы. Наверное, делают это ради получения большего удовольствия, — отсмеявшись предположила Эвелина. Она смахнула слезинку с уголка глаз. Девушке стало забавно с того, что она жительница иного мира, объясняет человеку о премудростях размножения их расы, хотя должно быть наоборот.
Благодаря заботе и поднятию настроения, Эвелина забыла про рану и голод. А нет, про острую нехватку энергии сложно забыть или игнорировать, это как голод или жажда у человека, только усиленного характера проявления. Эвелина подумала, что может, стоит попросить парня поделиться энергий, но она не знала как оформить просьбу, дабы он не схватился за оружие или не сдал ее Алексу и его У.Н.С.О.Ту.
Эвелина тяжело вздохнула, помрачнела. Девушка потянулась за стаканом с водой и тут же ей сунули в руку блистер с капсулами. Раненая страдальчески поморщилась. По идее капсулы безвкусные, но то ли так везло, то ли она чувствительная слишком, но горькое содержание капсулы прекрасно осязала.
— А ты мне поможешь голову помыть, а? — жалобно попросила Эвелина, взглянув трогательно-щенячьим взглядом на парня.
— Да, и бинты пора сменить. — Спокойно ответил Симеон. Он все думал о том как много не знает и сколько предстоит выяснить и научиться.
Симеон даже услужливо вытащил капсулу из блистера и положил на раскрытую ладонь, чтобы девушка забрала. А она слизала капсулу, с шершавой ладони влажным теплым языком и тот час запила водой.
— Ты…как Маша! Кошка дяди, та тоже так делает, когда я ей что-то даю. Блин… — выпалил Симеон, вздрогнув, когда по месту с облием чувствительных рецепторов прошёлся влажный шелк, который заставил тело вздрогнуть, словно от разряда тока. Он вытер ладонь о джинсы, не понимая что сейчас ощутил, по тому что хоть действие похожее с кошачьими повадками, но вызывает совершенно иную реакцию.
А Эвелина довольна своей мелкой мстей, хитро хихикнула и задорно мяукнула.
Девушке помогли добраться до ванной, Симеон оставил ее наедине с собой, сказал если что-то понадобиться, пусть кричит.
Эвелина не стала запирать дверь, вдруг ей действительно станет плохо, да и она не боялась, что Симеон может войти. Почему-то его девушка не стеснялась, конечно голой ходить перед другом Эвелина не собиралась. Но если случайно он войдет, то ей это не доставит дискомфорта. Симеону Эвелина доверяла, да и он уже не раз доказал, что нормальный парень и не обидит, а вот она его вполне может.