— Сделаем, господин президент. И, мне бы пару сотен некромантов.
— Нет, огневиков возьми, этих как кур нерезаных, а некромантов мало и пользы от них много. Это как в анекдоте — два студента и лопата заменяют экскаватор. А у нас два некроманта заменяют пару тысяч гастарбайтеров, и главное обходится в десять раз дешевле, а качество в двадцать раз лучше!
— На поле боя они были бы полезней.
— Нет! Ты хоть представляешь, сколько всего сейчас нужно построить и перестроить?! А урожай убирать?! Сейчас из-за превращений у нас очень много боевых разумных, а вот тех, кто будет производить еду, которая, между прочим, всем нужна… ну ладно, почти всем, но этих мало, так что можно не учитывать, так что пусть некроманты лучше этим занимаются, благо кладбищ хватает.
— Странно, что народ по этому поводу не возмущается.
— А чего возмущаться-то? Если у нас теперь государственная религия новая, а в пантеоне есть лич!
— Ну, может тогда хоть пару заек.
— Вот тут вообще без вариантов. Они учатся. Их дергать нельзя.
— Хорошо, что враги об этом не знают.
— Вот пусть и дальше думают, что чуть что мы на них зайцев натравим.
— Господин Президент, к вам Семенов.
— Зови, Ирочка. — Непроизвольно виляя хвостами.
— Здравствуйте, господин президент. — В кабинет вошел невысокий, худой, черноволосый мужчина тридцати пяти лет.
— Проходите Петр Иванович. Ирочка, меня сегодня по пустякам не беспокоить.
— Конечно, Господин Президент.
Все трое обитателей кабинета проводили взглядами великолепный, шикарный… хвост Ирочки и вернулись к обсуждению государственных дел.
— Итак, Петр Иванович, знакомитесь, генерал Бубликов, он у нас главный по военной части. А это Семенов Петр Иванович, наш эксперт по многим, теперь уже не паранормальным делам, а также главный исследователь Зайцев.
— Приятно познакомиться.
— Взаимно. Я бы и сам не отказался бы этих Заек исследовать и поплотней.
— Отставить богохульство!
— Не стоит, господин президент, эти зайки вполне нормально к этому относятся. Сам уже исследовал нескольких, весьма плотно. — У Семенова сделалась такая довольная морда, что двое других судорожно начали прикидывать, где взять лимон, чтобы скормить этому везучему гаду.
— Вы лучше по делу рассказывайте.
— Да-да, по делу, так по делу. По вопросу обычных зайцев могу сказать, что наши гостьи их за родню не считают.
— Значит зайца священным животным делать не нужно?
— Именно, то же самое и со змеями. Они что тех, что других к своим богам не приравнивают. И даже спокойно в пищу употребляют.
— ЧЁ?!
— Да-да, генерал. Зайки отказались жрать одну траву и затребовали мяса. Заячье жаркое слопали и не поморщились, даже когда узнали из кого оно.
— И кто додумался такое им подсунуть?
— Да никто, случайно все вышло.
— А это же каннибализм получается, они же наполовину зайцы.
— Полностью с вами согласен генерал. Я также поинтересовался у них этим вопросом.
— И как?
— Опрашиваемая мной зайка заявила, что — «Я же еще наполовину человек и что, мне теперь и людей не жрать?».
— А чё, жрут?
— Не замечал, если честно.
— Ну, если что, у меня есть иммигранты узкоглазые.
— Так, Бубликов, а откуда это у нас иммигранты? И почему я не в курсе?
— Иммигранты наползли после того, как мы выпустили новые агитационные плакаты. — И генерал для наглядности достал один такой. На плакате были стандартные для таких агитационных плакатов надписи, но вот изображение сильно отличалось. По центру на плакате была изображена Ирочка в бикини, камуфляжной раскраски, справа от нее стояла зайка в таком же наряде, а слева лисичка, все в той же экипировке. К тому же, троица стояла так, чтобы было видно, что хвостики настоящие.
— Оставьте-ка генерал мне плакат, для изучения.
— Может и остальные версии прислать?
— Шлите! И все ж, зачем нам иммигранты?
— Так тех же гаишников кормить-то нужно, да и суккубам на развод отдавать. Из этих такие вербовщицы получаются, час и клиент готов родину продать.
— Сколько их уже, кстати, а то ведь после того инцидента в нашем мире осталось всего шесть представительниц этой расы, остальных забрали.
— Сейчас сто двадцать четыре.
— А можно нескольких в мой центр направить… для исследования?
— Обломишься!
Глава 24.
Операция на Какаши проходила четыре часа и закончилась успехом. Хотя ничем другим она закончиться и не могла, а то, что продолжалась так долго, так это для того, чтобы нагнать побольше драматизму. Если бы я закончил её за десять минут, как я это могу, то остальные не восприняли бы это как что-то сложное и утомительное. Да и пришлось мне помучаться, чтобы у Какаши ближайшие два дня были озвученные симптомы. Помимо этого, конечно же, напакостил по мелочи, но тут никакого вреда здоровью, разве что психическому.
Сейчас отдыхал от трудов проведенных за ужином, приготовленным Цунами. Напротив меня сидел мелкий нытик. Все его попытки нудеть о том, что мы все помрем, были нами проигнорированы. Мне было плевать на мелкого нытика, как и Саске, а Сакура была сосредоточена на Учихе, и ничего вокруг не замечала. Какаши же сейчас видел «счастливые» сны. Я ему для этого духа специального подогнал и даже сценарий сна тому выдал.
Ему в красках должен сейчас сниться сон, как в анекдоте, где очнувшемуся пациенту в хлам бухой врач сообщает, что операция по удалению аппендицита прошла успешно, но он теперь не тракторист Михалыч, а девочка Маша.
Как и ожидалось, Какашкину сон понравился. Уже к концу ужина мы услышали полный ужаса и отчаяния вопль, доносящийся из комнаты в которой оставили Какаши. Сработали вообще довольно грамотно. Я остался охранять алкаша и его семью, а Саске с Сакурой ринулись проверять, что там с Собакиным.
Впрочем, мне, чтобы знать, что там происходит, бежать куда-то и не нужно, бьякуган и отсюда все прекрасно видит.
Сладкая парочка застукала Какаши в холодном поту, выпученным глазом и спущенными штанами. Мне-то понятно, что он после такого сна, да еще и моих предложений, решил проверить не отрезали-ли у него хозяйство, но вот для Саске и Сакуры картина выглядела совершенно по другому. Судя по их лицам, после того, как они вернулись от Какаши, можно было сделать вывод, что его авторитет, если такой и был, упал ниже уровня плинтуса, и активно начал копать к центру планеты.
Следующий день прошел довольно спокойно. Какаши подкатывал шары к Цунами, мелкий нытик ревел по углам и предрекал нам скорую мучительную смерть. Охраной алкаша занимались по очереди. Тот сейчас ходил договаривался с людьми, а кто-то из нашей тройки его сопровождал.
И вот когда была очередь Саске, ко мне подошла Сакура.
— Наруто, а у тебя не осталось того лекарства, которым ты Какаши-сенсея поил?
— Осталось, а что?
— Ну, можешь мне его отдать.
— Сакура у тебя что, чакроистощение, разрывы чакроканалов, повреждения мышц и смена пола неожиданно произошла?
— ЧТО?! НЕТ!
— Тогда зачем тебе зелье?
— Ну, это… и причем тут смена пола?
— А при том Сакура, что зелье я готовил индивидуально под Какаши, а побочный эффект, которым ты заинтересовалась, был вызван твоей ошибкой и совпадением пары сотен факторов индивидуальных для каждого шиноби.
— Понятно. — Очень поникшим голосом протянула Сакура. Ну, понять её можно. Комплекс у нее, да и у остальных девочек нашей группы, появился довольно сильный. Я-то отучил Хинату таскать её канонную одежду. И тут подворачивается такой шанс, который переходит в облом.
— Сакура, если тебе надо грудь увеличить, так воспользуйся предназначенными для этого специальными средствами, нечего пить бурду, от которой у тебя не грудь вырастет, а неизвестно что, в неизвестном количестве и месте.
— А такие средства есть?
— Средства, конечно же, есть. Вот, например, особый редкий фрукт. Ты знаешь магазин Кондо-сана?
— Ну да, была пару раз, а что?
— Видела там девушку?
— Да. — Сакура насупилась. Значит, видела и оценила.
— Так вот, некоторое время назад она по формам от тебя не отличалась, а потом буквально за месяц стала такой.
— Так все дело в этих фруктах?
— Возможно. Её парень мой партнер по бизнесу, он много с кем торгует, так что вполне может быть, что у него они есть или будут после очередной поставки товара.
— И сколько такой будет стоить?
— Где-то около полмиллиона рё за штуку.
— СКОЛЬКО?!
— А чего ты хотела, Сакура? Товар редкий, добыча этих фруктов — это миссия ранга «А». Полляма это я тебе цену для своих называю. Попробуешь сама купить, тебе вообще не продадут, скажут, что нет таких, потому, что на них очередь.
— А еще какие-нибудь способы есть?
— Есть. В госпиталь сходи, там такие операции делают, хотя стоить они будут еще больше. Хотя, есть еще один способ.
— Какой?
— Могу продать свиток с техниками особого массажа и спецмазь по рецепту из свитка приготовить. Но делать нужно все по инструкции, иначе результата не будет, а может даже регресс произойти.
— И сколько?
— Свиток с техниками отдам за двадцать тысяч рё и еще пять за приготовление мази.
— И когда готова будет? — При этом Сакура выгребала все свои наличные средства.
— До ужина управлюсь.
Про эффект я сказал правду, да и про инструкцию. Вот только там их две, одна на мазь, а вторая на массаж. В первой ничего такого нет — нанести определенное количество на грудь и втирать круговыми движениями в течение пяти минут. После двухнедельного курса твердый второй размер Сакуре обеспечен. НО! Там же есть свиток с массажем, который уже просто наеб чистой воды. В нем показаны в принципе те же действия, что и нужны, но там написано, что втирать мазь должен черноволосый, черноглазый молодой парень. Никого не напоминает?
Буду угорать с физиономии Учихи, когда Харуно придёт его об этом просить. Ну или с душевных терзаний Сакуры. Или с них обоих, если она все же попросит, а он не откажет.