Я засмеялся.
— Дима? — Анна удивилась. — Ты чего?
— Да так, — я отмахнулся от неё. — Макаров, сволочь, теперь даже в туалет без магии света не сходить.
Выдав шутку, я замолчал и выпучил на Анну глаза. Твою же мать! Ну, конечно же! Свет! Какой же я тугодум! Ведь свет убирает тени, и тогда он не сможет в них прятаться! Я стиснул кулаки от досады. А Макеев с Анной переглянулись с опаской, потому что не понимали, что у меня творилось в голове.
Кое-как успокоившись, я приказал собрать всех Карамазовых в обеденном зале. Во-первых, надо было разобраться с любимой тётушкой. Не знаю, получится ли у меня это, но попытка не пытка. Для этого я собирался использовать Беса, Макеева и Эрнеста Павловича. Посмотрим, может быть, мне удастся ещё и коснуться Людмилы Михайловны, чтобы установить всех участников покушения. А во-вторых, я собирался спрятать их всех подальше от Макарова. Соорудить что-то вроде бункера, в котором они будут сидеть до тех пор, пока я с ним не расправлюсь.
Насчёт самого бункера у меня тоже были кое-какие идейки, так что если он туда сунется, то сильно об этом пожалеет…
Дальше гостиница превратилась в настоящий муравейник. Я совсем забыл, что имею дело с аристократами, а это настоящая головная боль. Пока слуги всех разбудили, пока ввели их в курс дела… А потом началось самое утомительное: нельзя же появиться в обеденном зале в ночнушках! Нет! Нужны платья, желательно свежие, костюмы, да и про детей нельзя забывать. Так рано никто из них никогда не вставал, поэтому большинство мелких буквально рыдали и протестовали, отказываясь подчиняться. Если ад существует, то он открыл свой филиал в этой гостинице. Я даже пожалел, что решился на такой отчаянный шаг.
Постепенно в обеденном зале становилось многолюдно. В основном все крутились вокруг израненной Людмилы Михайловны. Тварь, когда она уже успела себя так измордовать? Изрезанное платье, кровоподтёк из носа и серьёзный шрам на лице. Удивительная женщина, она даже лицо умудрилась себе порезать ради такого дела. А ведь когда я улетал, на ней и царапины не было, не считая красного следа на шее, который ей оставил Макаров.
Дамы окружили её, охая и ахая. Один из родственников принёс лечебный артефакт с даром «лечения» со светлой руной, но его очень быстро задвинул Иван. Что он там ему шепнул, не знаю, но родственник очень быстро растворился в толпе. Похоже, спектакль продолжался, но уже с другими действующими лицами. Что же, у меня тоже такой имелся.
— Да? — я взглянул на Беса, всё ещё не пришёл в себя.
Слетав за ним, я вытянул парализующий шип и залечил ему все раны. Всё-таки дар «лечения», который можно использовать на других, весьма ценная вещь. Теперь я знаю, что попрошу у Николь, когда та выйдет из больнички.
— Анна! — воскликнул Павел Аркадьевич Карамазов, двоюродный брат графа, когда ворвался в зал. — Что произошло? Мне нужны подробности!
— Павел Аркадьевич, — Анна посмотрела на него строгим взглядом. — Всем нужны, будьте, пожалуйста, терпеливее…
Павел Аркадьевич и правда сильно разволновался, но, как отставной военный, он сразу всё понял и замолчал. А затем он увидел меня…
Кажется, я зря уселся за один из столов, но по-другому я не мог контролировать Беса, который сидел прямо за окном с даром «маскировки» пятого уровня и ждал моей команды. Показывать его здесь я тоже раньше времени не собирался. Людмила Михайловна могла его помнить, а значит, никакого элемента неожиданности не получится.
— Доброй ночи, — он подошёл ближе и слегка поклонился. — Я составлю вам компанию?
— Я не возражаю, — я ответил ему лёгким поклоном.
— Ну и ночка, не правда ли? — он тяжело вздохнул. — У меня сложилось такое впечатление, что форт в последнее время стал притягивать только плохие события.
— Думаете? — я вопросительно приподнял бровь.
— Сами посудите, — он развёл руками. — Бесконечные войны, убийство графа, теперь вот новая напасть, слышали про армию, двигающуюся на нас из Улан-Удэ? Наверняка это опять проделки барона Собакина. А этот беглый агент? Как там его? Макаров? Мы уже который день сидим на пороховой бочке и ждём, когда он объявится.
— Так был уже, — я решил не утаивать информацию от предполагаемого союзника. — Мы тут с ним немного повоевали, и он сбежал.
— Вот как? — удивился Павел Аркадьевич. — Так по этому поводу сбор?
— Не только, — я нахмурился. — Сегодня Анну пытались устранить, и я собираюсь вывести на чистую воду тех, кто в этом принимал непосредственное участие…
Глава 3
(Минск, в пятистах метрах от упавшего крейсера «Георгий Победоносец»)
Князь Потёмкин стоял в окружении сотен выживших офицеров на большом пустыре, который образовался после трагической гибели крейсера «Георгий Победоносец». Мьёлнир желал денег, власти и девушек, а в итоге получил посмертную славу как «Великий охотник», уничтоживший не Великий крейсер. Казалось бы, как такое возможно? Но факт оставался фактом. двухсотпятидесятиметровая махина превратилась в пылающую гору посреди Минска. Взрывы от разрывающихся снарядов слышались каждые несколько секунд, заставляя выживших офицеров и матросов, вздрагивать.
Теперь все системы безопасности судов будут пересмотрены и переписаны, но нынешнюю ситуацию это никак не изменит. Один из столпов Российской Империи пал, и это повлечёт за собой неприятные последствия.
Многие офицеры до сих пор не могли прийти в себя от произошедшей катастрофы. Все они были серьёзно измотаны. Выбраться из пылающего и сплющенного крейсера — та ещё задачка, но им очень повезло. Большая часть команды так и осталась внутри навсегда.
Распределившись по отрядам, все они держали оборону от сил противника, который действовал словно стая гиен, выгрызая куски плоти отбившегося от стаи животного.
— Держим строй! — ревел Великий князь Потёмкин, стоя в самом центре.
Выбравшись из крейсера, князь первым делом начал собирать вокруг себя выживших. Благо сделать это было не так уж и сложно. Руины города и без того держались на добром слове, а когда в них влетел крейсер, они и вовсе превратились в груды кирпича и камня. Наследие древних превратилось в равнину строительного мусора, на которой находились разрозненные маги. Хорошо, что порох в их пороховницах ещё оставался и они не впали в отчаяние.
Сам бы он давным-давно улетел из опасной зоны, но обрекать выживших на верную смерть… На такое князь пойти никак не мог. В итоге, выбрав пустырь, который ранее являлся перекрёстком дорог, князь начал создавать укрепления. Задача была простой: собрать как можно больше выживших, а потом одним решительным рывком выбраться из окружения противников, которые уже начинали прибывать.
А чтобы союзники видели эти укрепления издалека, князь водрузил на шпиль флаг Российской Империи. Он всегда носил его с собой. Артефакт, которому не страшна никакая магия, ибо флаг являлся весьма чёткой иллюзией. Но у столь интересного артефакта была и негативная сторона: противники тоже его видели…
Несмотря на то что противнику всё же удалось уничтожить крейсер, радоваться этому было сложно. С падением «Георгия Победоносца» сотни магов перестали выходить на связь. Не говоря уже о том, что тысячи тварей были уничтожены как под самим крейсером в момент его падения, так и от сопутствующих ему разрушений и взрывов. Все без исключения тоннели пришли в негодность. Вес стального исполина был настолько огромен, что он сместил землю, навсегда запечатав там всех, кто там находился.
И всё равно хорошие новости были. Сам Великий князь Потёмкин, один из самых сильных магов на планете, попал в оцепление союзных войск. Главнокомандующий армией Германской Империи дал однозначный приказ: взять его живым, а остальных пустить в расход.
Казалось бы, что может быть проще? Добраться до князя, вымотать его до полного бессилия и в конце концов взять в плен. Вот только хитрый старикан уже успел окопаться на перекрёстке с несколькими сотнями не самых слабых магов и офицеров. Более того, к ним постоянно подходили новые группы, выбирающиеся из пылающего крейсера. Ещё этот дурацкий флаг, который развивался и бесил как бельмо на глазу.
Группа командиров стояла на совсем небольшом пригорке и наблюдала, как стая «серых нигасами», управляемых мимиками, старалась пробиться к укреплениям. Они кружили вокруг трёхметровой стены, но стоило им только подойти на расстояние атаки, как маги, что беспрерывно за ними следили, открывали огонь, уничтожая тварей на подходе.
— Если мы нападём на них все скопом, то у нас получится, — предложила Нагайна. — Отвлеките магов, и я пущу туда свой парализующий газ! Несколько минут нахождения в нём, и они не смогут двигаться!
«Великая охотница» Нагайна имела в своём арсенале врождённый дар «парализующего газа». Казалось бы, полезная штука, но были и изъяны…
— Твой газ даже пержедом можно разогнать, — хохотнул Воздушный молот. — Как ты себе это представляешь? Они что, по-твоему, слепые?
— Как ты смеешь! — зашипела она на него. — Если отвергаешь, предлагай! С такими темпами они скоро пойдут на прорыв, и я обязательно доложу, что каждый из вас отказался от моего плана.
— Нагайна, не советую ссориться, — прищурился Мастер клинков, глядя на весьма дерзкую коллегу. — Нам нужен план или очередной подкоп. Этих сволочей просто так не взять.
Они услышали пронзительный визг «безликого ужаса», который решил попытать счастье. Он запрыгнул на стену, но в ту же секунду подлетел ещё выше. Сам князь сдавил его своим особым даром, так что внутренности твари вышли из разных щелей наружу.
— Козлина, ты посмотри, что творит! — выругался Воздушный молот. — Вот бы ему по башке разок вдарить!
— Так иди и вдарь, мы тебя не держим, — ответил ему Мастер клинков.
— Я ещё пожить хочу… — проворчал Воздушный молот.
— Мы уничтожим их изнутри, — вмешался только что подошедший к командирам Рифт.
— Ты кто такой? — Воздушный молот повернулся к мужчине в чёрной броне. — Я тебя раньше не видел.