ергию для падения. Её появление буквально шокировало меня, но встряхнув головой, я быстро пришёл в норму. Мы, как говорится и не такое видели…
— Какая сволочь⁈ — прорычал я, резко хватая Трейла за шкирку и поднимаясь в воздух, чтобы не стать мишенью для остальных кромов.
Стоило ледяной плите полностью сформироваться, как она безмолвно сорвалась вниз, набирая скорость с ужасающей быстротой. Выдавливаемый из-под неё воздух загудел, будто сама природа пыталась предупредить об опасности. Это была не просто невероятная масса льда — это был приговор, всем, кто оказался внизу.
Впервые в жизни я понял, что абсолютно бессилен против подобной магии… Внутри появилось гнетущее чувство, словно я уже заранее начал оплакивать всех, кто оказался под ударом, в том числе и Лану…
В тот миг, когда плита пересекла критическую отметку и её тень легла на поле боя, я заметил вспышку синего света, которая исходила от алебарды Лейлы. Девушка вложила в неё всю свою силу и сейчас, взмахнув по направлению ледяной плиты, высвободила ей без остатка, после чего, обессиленная упала на колени в ожидании чуда…
Воздушное лезвие, сначала совсем небольшое, прорезало воздух, устремившись к плите. Казалось бы, шансов никаких, но прошла секунда и оно вспыхнуло, превратившись в исполинских размеров тесак, сверкающий так сильно, что пришлось прикрыть глаза рукой.
Тесак рассёк пространство, оставляя за собой характерный синеватый след, ещё одна секунда и он с силой вгрызся в ледяную глыбу. От удара плита накренилась в сторону, отклонившись от траектории, и с жутким грохотом рухнула вниз.
Удар был такой мощи, что вызвал локальное землетрясение. Снег и лёд подпрыгнули в воздухе, а обе армии, забыв обо всём на свете, прекратили бой. Все попытались удержаться на ногах, кто-то упал, кто-то схватился за оружие как за якорь. Плита врезалась в землю, ушла в неё почти на четверть и встала на ребро — в опасной близости от наших позиций, словно гильотина. Если она решит упасть… то половина отряда просто не успеет отскочить.
Увидев столь удручающую картину, наш ощетинившийся ёжик, практически не сговариваясь, пошёл на пролом, чтобы вырваться из оцепления. И я их прекрасно понимал, потому что каждая секунда могла быть последней.
Тараном выступила Лана. Увидев, что происходит, у неё буквально открылось второе дыхание и она бросилась к противоположной стороне оцепления. Подскочив к врагам, она без лишних слов нанесла удар огненным трезубцем, заставив небо озариться алым пламенем. Раздался яростный визг — струя адского пламени вырвалась из трезубца и с характерным шипением обрушилась на кромов, начав их плавить вместе с бронёй.
— Да, детка! — не сдержался я, наблюдая, как белые кромы в панике бросились в разные стороны, пытаясь уйти от адского пламени.
Струя адского пламени плавила их на ура. Будете знать, сволочи, как с нами связываться! Лана выцепила одного из кромов и начала его жарить до победного. Бедолага забегал туда-сюда, в надежде, что она отстанет или перекинется на кого-то ещё, но остальные не стали дожидаться своей очереди — кто-то побежал, кто-то попытался взлететь, кто-то вообще исчез в снежной дымке. Главное — подальше от неё.
Я, не задумываясь, метнул Трейла прямо в центр нашей могучей кучки. Он уже начал мне мешать, сковывая движения. Он упал, покатился по земле, где его тут же подхватили другие воины — а мне этого и нужно было.
Дальше по плану отлов особо опасных целей. Белые кромы, особенно их улучшенные, всё ещё представляли серьёзную угрозу. Терять бойцов было жалко — очень жалко, но что поделать. С нами уже никто не собирался вести переговоры. Теперь все вопросы решались только силой.
Я уже сорвался в сторону одного из командиров, когда небо вспыхнуло. Луч света, яркий, как молния, прорезал низкие облака и ударил в землю с гулом, от которого заложило уши. Почва в месте удара начала прогибаться волнами, расходясь кругами, словно вода в пруду.
За ним последовала взрывная волна. Чудовищный порыв ветра пронёсся по полю, сметая всё на своём пути. Бойцов снесло, словно кукол из бумаги. Кто-то полетел в воздух, кого-то швырнуло в стены, кто-то покатился кубарем. Меня тоже подхватило — я закувыркался, теряя ориентацию в пространстве. На долю секунды я ощутил, как полёт превращается в падение.
Но, вовремя собравшись, я активировал «телепорт», который сразу же стабилизировал моё положение в воздухе.
— Довольно! — вдруг раздался громкий и отчётливый голос из самого эпицентра удара.
Я тут же насторожился. В центре воронки стоял кром, не похожий ни на одного из тех, что мы видели ранее. Далеко не гигант, обвешанный доспехами, а скорее — наоборот. Щуплый, стройный, молодой кром. Его лицо украшала аккуратная, белоснежная бородка, а одежда выглядела больше, как наряд придворного, чем воина. Вместо тяжёлой брони — изысканный ледяной камзол с узорами, мерцающими в свете. Всё в его облике кричало об аристократизме, об утончённой натуре, которая при этом вызывала определённые опасения.
— Ещё один желающий отведать наших люлей? — пробормотал я сквозь зубы, нахмурившись.
В нём не чувствовалось привычной звериной агрессии. Но от этого он казался ещё опаснее.
Я медленно опустился на землю, выбрав точку в нескольких десятках метров от него. Инстинкт подсказывал, что сейчас не время для новых атак и оказался прав.
Стоило снежной пыли рассеяться, как белые кромы, завидев фигуру в белоснежных нарядах, не колеблясь ни секунды, один за другим опустились на одно колено, склонив головы в знак подчинения. А вот и настоящий лидер пожаловал…
С нашей стороны атаки тоже прекратились. лишь Лана протиснулась в первые ряды, поближе ко мне, чтобы взять в случае чего этого деятеля на прицел.
— Я посланник Борея, — сказал я, не дожидаясь, когда начнутся допросы и игры в высокомерие. Не хватало ещё повторения недавней сцены с Зимозом. — Твой халдей, возомнил себя Непобедимым, решил, что ему позволено всё.
Я указал в сторону всё ещё лежащего Зимоза, который, заметив предводителя, мигом подобрался, вытянулся, как струна, и даже прекратил жалобно стонать. Он замер, как провинившийся ученик перед учителем. По лицу его читался чуть ли не смертельный испуг.
— Зимоз… — спокойно произнёс парень, направляясь прямо к нему. Легкая, едва заметная тень раздражения проскользнула по его лицу. — А я ведь тебе говорил, что рано или поздно ты допрыгаешься.
Он остановился рядом, бросил беглый взгляд на обрубки ног и прищурился.
— Ух… — он поморщился… Прямо обе ноги? Весьма талантливо!
— Владыка! — всхлипнул Зимоз, — Они начали первыми! Без предупреждения! Я просто защищал честь кромов!
— Врёт, — без тени смущения отозвался я, даже не подумав оправдываться. — Мы прибыли сюда с предложением союза, а не для того, чтобы устраивать… — я обвёл рукой поле боя, полное обломков, ледяных стен, тел и замёрзших остатков магии, — … вот это вот всё.
Незнакомец перевёл на меня внимательный взгляд. Его глаза чуть сузились.
— Союз? — повторил он, обводя взглядом нашу сторону, затем вновь остановившись на мне. — Интересно… И зачем же нам союз с такими как вы? И да, кто вы такие вообще?
Интонация его была спокойной, почти ленивой, но в тоже время, в ней чувствовалась невероятная уверенность в собственных силах.
Пришлось говорить более обстоятельно. Я рассказал обо всём — от начала конфликта до текущих планов, не забывая представлять ключевых участников. Белморн, как выяснилось, так звали утончённого крома, слушал удивительно внимательно. Он почти не перебивал, лишь время от времени слегка хмурился, будто проверяя у себя в голове каждое моё слово.
— Уничтожить Владыку Хальдроса? — наконец произнёс он, усмехнувшись с едва заметной иронией. — Это невозможно. Когда-то я служил ему…
В этот момент я инстинктивно напрягся. Если он и правда бывал в Альсейме, тем более в замке Хальдроса — то должен представлять, с чем именно мы столкнёмся. И, возможно, знает даже больше, чем я.
— И скажу тебе одно: убить ледяного дракона… невозможно, — продолжил он, прищурившись, словно ждал от меня реакции — страха, сомнений, неуверенности в собственных силах.
— Возможно… если у тебя есть вот эта штучка, — произнёс я с лёгкой усмешкой и медленно вытащил из ножен ритуальный кинжал. Лезвие едва заметно мерцало серым светом, потому что в данный момент он был пуст.
Это был чистой воды блеф. Я знал, что шанс на успех невелик, и потому раз за разом тайно активировал дар «убеждения». Вдруг пронесёт. Но вместе с тем, я и правда собирался использовать этот кинжал — только не сразу. Перед этим я собирался пробудить храм огня. А об этом лучше молчать. Кромы — не глупы. Если они узнают, что в мир собирается войти бог огня, то точно не будут в восторге. Впрочем, я не думаю, что всё будет слишком плохо, просто поменяют места обитания, свалив туда, где холоднее…
Белморн взглянул на кинжал и тихо хмыкнул.
— Я узнаю его… — произнёс он и кивнул, будто мысленно вернулся на много лет назад. — Когда-то таким клинком владела Морана…
— Верно, — подтвердил я. — Она завладела им обманом и убийством послушницы.
— Цель оправдывает средства, — усмехнулся Белморн, — Я прекрасно помню эту историю… Хитро сплетённая интрига. Грязная, но по-своему гениальная.
— Тогда ты должен помнить, что она сделала с айсварнами, — я сделал шаг вперёд, понизив голос. Мы начали подбираться к сути.
— И это тоже помню… — ответил он, уже не улыбаясь.
— В таком случае, — продолжил я, — ты должен понять, что наш поход состоится. С тобой или без тебя.
Пока говорил, в ладонях медленно начала накапливаться энергия. Я делал это осторожно, чтобы не выдать себя. Если всё пойдёт не так, у меня должен быть шанс нанести удар первым. Одного выстрела энергетической сети хватит, чтобы устранить угрозу. Вопрос только в скорости.
— Полагаю, у меня нет иного выбора? Верно? — он моментально меня раскусил.
— Война затронет всех, хочешь ты этого или нет, — уклончиво ответил я.