людок…
— Рыыы-ы-ыы! — раздался сдавленный рёв изнутри. Трейл, закованный по грудь, пытался прорваться, напрягая мышцы так, что у него вздулись жилы по всему телу. Глаза налились кровью, а лицо исказилось от ярости.
Я без лишних слов шагнул на ледяную глыбу и встал прямо перед его мордой, чтобы он видел меня как можно чётче.
— Ты чего буянишь? — спросил я с ленивой усмешкой, глядя ему в глаза.
— Ты! — взревел он, дёргаясь вперёд так, что куски льда вокруг заскрипели, — Я прикончу тебя, как только выберусь! Слышишь⁈ Только дождись! Я тебе покажу!
— Он у вас совсем отмороженный? — бросил я двум айсварнам, стоявшим в стороне и не вмешивавшимся.
Они обменялись быстрыми взглядами и лишь пожали плечами. Сказать им было нечего. Понимали, что влипли. Сам факт их подчинения мне уже означал смертный приговор, если Трейл вырвется и возьмёт верх. Уверен, он уже раз двадцать пообещал им все виды мучительной смерти, какие только мог придумать в своей голове.
Я материализовал энергетический молот, тяжёлый, с рёбрами силы, и без лишних церемоний водрузил его прямо на лоб Трейла. Касание сопровождалось лёгким шипением, кожа на лбу начала подгорать.
— Слушай, дружище, — сказал я, наклоняясь чуть ближе, — Ты силён. Это факт. Но, чёрт побери, ты слишком туп. Ты уже проиграл мне. И не просто проиграл — всухую. Так что с какого перепуга ты вообще имеешь право тут что-то требовать или, тем более, угрожать?
Я усилил подачу энергии, и металл начал шипеть, прожигая кожу на его лбу ещё сильнее. Когда пошёл пар. Трейл ощутимо вздрогнул.
— Не хочешь жить — так и скажи. Я прямо сейчас проломлю тебе башку вот этим молотом, — сказал я, слегка придавив оружие к коже. Ещё немного и жар доберётся до мозгов.
— Сними! Сними его! — заорал он, извиваясь, насколько позволяла глыба льда, — Убери! Больно!!!
— Что такое? — я изобразил удивление, будто и вправду не понял. — Ты же только что хотел умереть? Ну вот, на здоровье. Я ж не против помочь.
Он закусил губу, отвёл взгляд, но молот я всё же убрал — достаточно было и того, что показал. Пусть осознает, где теперь его место.
Трейл продолжал злобно пыхтеть, набычившись, будто собирался броситься, как только лёд треснет окончательно. Грудь его ходила ходуном, пар вырывался из ноздрей, а взгляд был полон ярости. Но всё же… он захлопнул свою варежку.
Я наклонился к нему ближе, чтобы говорить тихо, но так, чтобы каждое слово вонзалось ему под кожу, как осколок льда.
— Слушай внимательно, — начал я негромко, но с нажимом, — Или мы с тобой становимся союзниками. Нет, не просто союзниками — друзьями. И вместе возрождаем род айсварнов, пинаем Владыку Хальдроса с трона и выкидываем на мороз, или… твоя история заканчивается здесь и сейчас. На этом самом месте. Навсегда.
Он упрямо молчал, и я продолжил, ткнув его в самое больное.
— Харл и Грейл в это самое мгновение хрустят стейками из ледяного червя. Они уже обогнали тебя по статусу, и идут вперёд. А ты? Ты валяешься здесь, в глыбе льда, злишься и гадишь под себя. Я бы на твоём месте задумался, прежде чем катить бочку на посланника бога…
Я уже понял, что мозгов у него чуть меньше, чем мышц, так что решил действовать через элемент соревнования. Пусть появится азарт, пусть проснётся упрямство — тогда он, быть может, перестанет тупить и начнёт действовать. Так он и от меня отстанет и найдёт для себя цель в жизни. А впереди ведь ещё прибудут воины из других племён. Так что, если он хочет быть первым — придётся впахивать.
— Ну? — поторопил я, постукивая энергетическим молотом по льду. Тихий, но чёткий звук наверняка звучал набатом в его черепушке. — Что решил? Ты с нами или же выбрал стать закуской для червей?
— С вами, Владыка… — пробурчал Трейл, опустив взгляд.
— Ну вот и молодец! — удовлетворённо кивнул я. — Отпустите его, — приказал охране.
Охранявшие его айсварны переглянулись, потом нехотя начали стучать по глыбе топорами, выбивая трещины по заданным линиям.
Шейла стояла рядом и смотрела на всё это с явным неодобрением. Брови сдвинуты, руки на поясе. Молчала, но молчание это было тяжёлым.
— Что? — я развёл руками, глядя на неё, — Что не так?
— Мне кажется, ты совершаешь большую ошибку… — тихо ответила она, не отводя взгляда от льда, — Он не умеет прощать.
— Он силён, — спокойно пояснил я, — А сильным, как ни крути, иногда прощают их слабости.
Убивать этого сорвиголову было бы глупо. Пользы от трупа ноль. А вот если он сдохнет, например, на амбразуре или в яростной попытке прикончить Хальдроса — вот это уже вложение. С таким напором ему только бы направление задать. Пусть и рвёт, и мстит, и орёт — главное, чтобы не в мою сторону. У Хальдроса в замке, насколько я знал, хватало исполинов, с которыми даже мы, возможно, не справимся. А вот таких, как Трейл, вполне можно использовать как живые тараны. Особенно если зарядить их правильной мотивацией.
— Пойдём, — я кивнул Шейле и пошёл вперёд, — Времени у нас не так уж много, а провести его нужно с пользой.
Она на секунду задержалась, бросив последний взгляд на Трейла, а потом всё же двинулась за мной, чуть ускоряя шаг.
— Завтрак? Ты серьёзно? — Шейла удивлённо приподняла брови, когда увидела, как я уверенным шагом направляюсь к нашей доле ледяного червя, аккуратно сложенной у стены зала советов.
— Вполне, — спокойно отозвался я, срезая с туши несколько килограммов сочного, покрытого инеем мяса. Лезвие шло тяжело, червь словно сопротивлялся даже после смерти. — Или ты, может, предпочитаешь бегать с остальными и делать вид, что готовишься к походу? А потом рухнуть без сил в самый неподходящий момент?
Шейла задумалась, глядя, как я укладываю мясо на каменный поднос и несу его к печке. Но уже через пару секунд она плюхнулась в тяжёлое каменное кресло напротив — как будто колебалась просто из вежливости, а не из-за отсутствия аппетита.
Печь, которую я соорудил вчера прямо в зале советов, уже медленно разогревалась струёй адского пламени.
— Лучше подумай о другом, — сказал я, не оборачиваясь, — Кто из вас останется в городе, когда мы уйдём. Летать каждый день сотни километров туда-сюда только ради того, чтобы накормить местных — глупость. Рано или поздно это вымотает любого.
— Лейла, — отозвалась Шейла, чуть опустив глаза. — Мы уже всё обсудили. Как только мы захватим ближайшие поселения, она отправится обратно и возьмёт всё под контроль.
— Что ж… Хороший выбор, — я кивнул, переворачивая мясо каменными щипцами. Оно зашипело, покрываясь румяной корочкой. — Она ответственная девушка. Я уверен, справится без суеты и лишнего пафоса.
Повисла короткая пауза. Шейла сжала пальцы, ёрзнула на кресле и осторожно заговорила:
— Дмитрий…
Она замялась, словно стеснялась заговорить вслух о чём-то личном.
— Смелее, — подбодрил я, взглянув через плечо, — Я же не кусаюсь. Ну, почти.
— Мы с сёстрами хотели поговорить о… артефактах связи, — её голос стал тише, а щёки чуть порозовели. — Тот, что мы использовали… Он действительно… ну… полезный.
— Понравился, да? — я усмехнулся, — Не вопрос. Организую поставку, как только доберусь до дома. У нас там таких штуковин завались.
— Дома? — голос Шейлы стал еле слышным. Она будто испугалась этого слова.
— Я ведь предупреждал, — мягко напомнил я, — Рано или поздно я уйду. И ты это знала.
— Да… — слабо кивнула она, погрустнев.
— Не переживай, — я присел напротив и усилил пламя, чтобы отвлечь её, — Посмотри, что мы уже сделали. Ещё вчера вы были одни, потерянные, разрозненные… А сегодня вас сотни. И вы стали единым народом. Это повод гордиться. Согласна?
Шейла подняла взгляд, и на лице её медленно появилась лёгкая, тёплая улыбка.
— Да, — прошептала она. — Спасибо.
— Ты уже выбрала себе самца? — спросил я с невинным видом, решив разрядить обстановку и перевести грустную тему в нечто более пикантное.
Шейла, как я и ожидал, вытаращила на меня глаза. Щёки вспыхнули мгновенно, будто кто-то плеснул на них горячей водой. Красный оттенок залил лицо почти до ушей, и, надо признать, он ей шёл.
— Да шучу я! — рассмеялся я, откинувшись назад и подняв руки в примирительном жесте. — Просто мне нравится, когда ты вот так мило краснеешь. Серьёзно, это почти искусство — так ярко смущаться.
— Ну… знаешь ли… — пробурчала она, надув губы, — Дурак!
— Дурак? — я изобразил удивление, — Откуда ты знаешь?
Я хотел было продолжить, но махнул рукой, не договорив. Потому что заметил, что прямо за спиной у Шейлы стоит Лана — с откровенно довольным видом и ехидной ухмылкой.
— Видишь? — сказала она, глядя на Шейлу с прищуром, — А я тебе говорила…
— И что же ты ей говорила? — спросил я, прищурившись в ответ, — Давай-давай, делись. Теперь мне действительно стало интересно.
— Ничего, что могло бы заинтересовать такого, как ты, — отмахнулась Лана с ленцой и, не дожидаясь приглашения, плюхнулась на свободное место у очага. — Мы закончили переплавлять лёд, — сухо добавила она, — Во всей округе больше не осталось ни одного ледяного трупа. Всё превращено в священную воду, как ты и просил.
Я кивнул, задумчиво глядя на язык пламени.
— Даже не знаю… — протянул я, почесав щёку, — Хорошо это или плохо. Запас карман не тянет…
— Всё тебе плохо, — фыркнула Лана, — Мы, между прочим, весь день вчера впахивали.
— Ладно, не ворчи, — я улыбнулся и потянулся, — У нас теперь, как ни крути, есть жёлтые кромы. А у них есть куча ледяных тел…
— Опять?.. — Лана закатила глаза и бросила на меня долгий, укоризненный взгляд.
— Привыкай, — я пожал плечами, как бы извиняясь, но без особого раскаяния. — К вечеру кромов станет гораздо больше, и все захотят священной воды.
Девушки переглянулись, с явным беспокойством.
Лана ещё не знала о предстоящем походе. Пока она с явным удовольствием поглаживала живот после сытного завтрака, я вкратце обрисовал ей наши дальнейшие действия. Без лишней спешки — спокойно, по пунктам, чтобы она успела всё переварить, в том числе и информацию.