– Не факт!
– Ой! Оставь и раскрой глаза! И прекрати ломаться, если что!
Лена удивленно посмотрела на подругу. Во-первых, до ломания дело даже не дошло. Во-вторых, подруга явно не понимала состояние Дейнеко, которая в личной жизни знала только одного мужчину, и теперь ей было даже странно представить, что кто-то ещё может быть «допущен» к её телу. Для многих утонченных, даже зрелых, женщин вначале надо быть увлечёнными душой, и только потом – телом.
Но, Глеб пока ничем не выдавал свой интерес к ней, как к женщине. Поэтому, Дейнеко считала подначивания подруги на этот счёт преждевременными.
Вскоре дети, прислуга и Катерина отправились по своим комнатам, предоставив им возможность пообщаться наедине.
– Да вы тут отлично устроились, – констатировал Глеб, внимательно осмотрев их дом.
– Тут и тебе найдется спальня, – вспомнила Лена о гостевых комнатах.
– Прекрасно. Возможно, нам завтра придётся вернуться, то, хоть сегодня отдохну у вас!
– Завтра вернуться? – переспросила Лена, и в её голосе Глеб уловил нотку разочарования.
– Понимаешь, в виду исключительности полученных вами результатов, нам надо будет срочно доложить обо всём этом…. Выбить финансирование, обеспечить недостающие вам кадры….
– Да кадрами мы обеспечены. Ты же видел, что у нас собраны отличные специалисты. Нам бы – побольше современной аппаратуры! Такой, как в лабораториях Германии, Штатов…
– Постараюсь и это достать.
– Ну, насчет аппаратуры – надо общаться с Гуриным или с нашим Мстиславом.
– Как только я смогу решить все эти вопросы, я постараюсь, чтоб меня направили сюда. Если только ты этого хочешь, – неожиданно произнес он, пристально взглянув в её глаза.
– А если – не хочу? – глупо спросила она.
– Ленок, мы с тобой – люди зрелые. И я считаю, что нам ни к чему ходить вокруг да около. С того момента, когда я увидел тебя, я совсем потерял голову. Ты знаешь, что такое для такого вояки, как я, вместо задания, думать об умной неотразимой брюнетке? Я честно тебе скажу – после тридцати я вообще не интересовался женщинами. Был у меня такой негативный опыт в прошлом.
Но, ты перевернула мое представление о женщинах, о семейной жизни. Твои воспоминания о покойном муже…
– Тебя отпугнули!
– Нет, совсем наоборот! Я увидел, что истинная любовь существует. Ты же знаешь, что мы – военные, в основном, циники в этом вопросе. А, ты показала мне, каким верными, любящими и честными, все-таки, могут быть остальные женщины.
– Почему? Возьми нашу Катю!
– Ну да, и она – тоже. Но меня интересовала ты.… Твое сердце всё еще принадлежало мужу. Может, и сейчас принадлежит.
Я совсем не хотел, чтоб ты предавала его память. Просто, если ты позволишь себе стать еще раз счастливой – я бы хотел быть вместе с тобой, и Кристиной. У тебя чудесная дочь. Если, она не будет против, то ты согласишься?
Лена была ошарашена таким признанием.
– Это так неожиданно! – банально ответила она. – Мы же виделись с тобой всего несколько раз!
– У нас будет еще много лет впереди, чтоб узнать, друг друга лучше! – пылко возразил он.
– Но, как ты сам сказал, что мы – не первой молодости, у всех свои привычки…. А, если мы потом не сможем терпеть друг друга?
– Слушай, ты будешь жить так, как привыкла, я не стану ограничивать твою свободу. Я просто хочу … Я мог бы говорить киношные фразы, что хочу дать почувствовать тебе всю мою любовь.… Но я не буду такого говорить.
– Ты уже сказал!
– Ах, да. Но, как тебе объяснить? Я преклоняюсь перед твоей любовью к мужу. И я хочу тебя любить так же, как ты любила его. Я – военный, привык жить по приказам и дисциплине, и в моей жизни не было особой страсти.
Но, когда я вижу твои внимательные и нежные глаза, прежний я пропадаю.
Лена потрясенно слушала Глеба и не верила, что с ней это происходит наяву. Этот мужчина ей нравился всё больше, но она не могла всерьез поверить, что может кого-то интересовать так серьезно. Он говорил такие красивые, но – банальные слова, которые должны были действовать на одиноких женщин волшебным образом. Но она была судмедэкспертом, и знала, на что были способны некоторые мужчины, которые хотели добиться женщину любой ценой. Они говорили своим жертвам такие же нежности, а через несколько месяцев или лет у тех начинались такие проблемы, что лучшим выходом мог быть только развод.
Лена слушала и думала, чем она могла быть выгодна Глебу. На самом деле, она не была выгодна ничем. У неё не было в столице ни собственного жилья, ни нормальной зарплаты…
Маньяки и педофилы, на которых она вдосталь насмотрелась за эти годы на работе, мерещились ей и в собственной жизни. А что, если новый претендент на её руку и сердце потом «западёт» на её Кристину?
– Ты такая верная, красивая, чуткая. Я бы хотел состариться только рядом с таким человеком, как ты. Твоя очередь! Что скажешь ты?
Лена беспомощно посмотрела на него. Она только открыла рот ответить, что не знает ответ, но он побоялся, что именно это она и скажет, и припал к её губам крепким поцелуем.
Как же он, на самом деле, привлекал её! Волна нежности охватила Лену. В этот миг она откинула прочь все вопросы, мучившие её до этого, и погрузилась в забытый восторг чувственности…
Никаких «глупостей» в этот вечер они не совершили, предпочитая дать возможность своим чувствам развиваться постепенно. В этом воздержании, Лена видела признак зрелости Глеба. Это её укрепляло в мысли о том, что личное счастье их семьи ещё возможно. И она решила предварительно узнать мнение дочери о Глебе, как возможном отчиме. Конечно, ответственность решения лежала на ней, но мнение дочери могло стать для неё и определяющим.
Утром все взрослые отправились в Центр. Глеб предварительно попрощался с детьми, Кристине пообещал привезти какой-то подарок. Но, по прибытию к месту назначения, он сразу отправился к Гурину и о чём-то долго беседовал с ним.
– Как у вас? – шепотом поинтересовалась Катя, когда они остались одни в комнате.
– Он сделал мне предложение, – заторможено ответила подруга.
– Как? – подскочила Катерина. – И ты ничего не рассказываешь?
– Да я просто …туплю как-то. Честно сказать – я растеряна.
– Чего? Не мели глупостей! Он тебе нравится?
– Да.
– Вот тебе и ответ!
Договорить они не успели, потому что Глеб забежал попрощаться с Леной.
Они вышли в свободный лабораторный отсек.
– Я постараюсь отсутствовать недолго. Как только решу все вопросы – сразу вернусь.
Он нежно держал её маленькие руки и рассматривал пальцы.
– Какое ты хочешь кольцо?
Лена от неожиданности вздрогнула.
– Ты – серьёзно?
– Абсолютно.
– Знаешь, это так странно. Всё развивается так быстро. К тому же, если эпидемия разрастётся – под угрозой окажется целый мир. Ведь, мы совершенно не защищены от космовируса?!
– Именно поэтому, я считаю, мы и должны поспешить.
– И все-таки, ты так спешишь!
– Я боюсь, что ты раздумаешь, – пошутил он, но в его шутке была и доля правды.
– Я не знаю, какой у меня сейчас размер – восемнадцатый или восемнадцать с половиной? Давай, ты приедешь, и мы вместе сходим в магазин…
– Нет. Я сейчас отпрошу тебя у твоего начальства, а ты иди, одевайся, – скомандовал Глеб.
И впервые за много лет, Лене понравилось, что чья-то команда оказалась ей приятной.
Через пару минут Глеб вышел от Гурина, взял её за руку и вывез на поверхность. Они вышли из здания Центра, и Глеб повез её в ближайший ювелирный магазин.
– Слушай, я не верю, что со мной это происходит наяву! – прижала руки к лицу Лена.
– А ты поверь один раз в сказку! И сделаем сказкой оставшуюся жизнь! – весело ответил он.
– Я же даже не знаю твою фамилию!
– Огнев.
– Это – болгарская фамилия?
– Да, были у меня в роду болгары.
Они остановились и вошли в шикарный и пустой магазин. По установившейся традиции, к ним сразу поспешил услужливый продавец. Он вытянул им ящичек с обручальными кольцами. Вышел к ним и хозяин магазина. С огромным удовольствием он принялся показывать гостям свою прекрасную коллекцию.
Женщинам здесь было от чего потерять голову. Серебро, золото, платина и белое золото было представлено во всём разнообразии фасонов.
– Мне кажется, что тебе больше пойдет платина, – заикнулся Глеб.
– Нет-нет, белое золото мне тоже очень нравится, – запротестовала Лена.
В итоге, Лена остановила свой выбор на дивном узорчатом кольце в виде вьющегося стебля, с мелкими бриллиантиками по верху.
– И покажите нам что-нибудь еще для девочки – подростка, – в довершение попросил Глеб.
Лена с удивлением взглянула на него, но смолчала.
– У девушек такого возраста пальчики обычно шестнадцатого размера, – пояснил владелец Огневу. – Вот, я думаю, это будет достойный подарок.
Он протянул им образцы молодёжных колец.
– Какой цвет любит Кристи?
– Голубой. Только золото ей не нравится.
– Прекрасно. Тогда – вот это.
Глеб указал на тоненькое кольцо в виде изящной змейки из белого золота с сапфирами вместо глаз, расплатился и вручил обе коробочки Елене.
– Можно, твоё кольцо я сам тебе надену сейчас? – умоляющим тоном спросил он.
Вместо ответа, Дейнеко протянула ему свою руку, и он с гордостью надел на её безымянный палец свой подарок.
– Ты поговори пока что с Кристи, а я когда вернусь – тоже спрошу её мнение, – попросил он, высаживая её у Центра.
Из вестибюля вышли остальные члены комиссии, он поцеловал её на виду у всех и провел до дверей, помахал и сел в машину.
– Девушки, я – обручена, – удивлённо констатировала Лена, входя в лабораторию и показывая всем руку со сверкающим кольцом.
– Ура! – завопила от радости Катя и принялась душить подругу в объятиях.
Нина и Вивьен смущенно переглянулись.
– С тебя девичник!
– Хорош, задушишь! Только пока не говори ничего Кристине, я должна сама ей сказать.
– Ок, ок, ок! Итак, когда устроим сабантуйчик?