– Сократ, я тебе рассказываю, а ты спишь. Тебе что не интересно?
Еще как интересно, Дим, но вот так вышло – случайно уснул.
Если говорить честно, Димкины рассказы меня утомляли, уж больно научно они звучали, поэтому я никогда не мог дослушать их до конца. Но, в то же время, сам я очень любил наблюдать за звездами. Летом, когда были погожие и солнечные дни, а ночное небо ясным, я забирался на крышу гаража, ложился на спину и часами мог смотреть на звездное небо. Смотришь на звезды и, кажется, что они так близко, протяни лапу и дотянешься до них. На деле же, чтобы добраться до ближайшей звезды и моей кошачьей жизни не хватит. Да что там моя жизнь, такое расстояние даже человек-долгожитель, при всем желании, пока не способен преодолеть. А еще Димка рассказывал удивительные вещи, оказывается, звезда, которую мы видим, может быть уже и не звезда вовсе, а свет от давно погасшей планеты. Но больше всего меня интересует, кто это все создал? Не просто так же появилась планета, на которой мы живем, небо, солнце, без которого Земля погибнет, моря, океаны, люди, звери. Димка говорит, что у всего есть свой создатель и он один – какой-то высший разум. Вот этого я не понимаю, это каким же должен быть разум, чтобы создать такое величие? С ума сойти.
Катя любила читать всякие фантастические романы и любовные истории. И тут без любви никак! Зачитывалась до глубокой ночи, пока Татьяна Михайловна не приходила в ее комнату и не укладывала дочь спать:
– Так, Катерина, выключай планшет и ложись спать. Ты, наверное, забыла, что завтра рабочий день? – строго говорила хозяйка.
Катя не спорила, потому, ибо понимала, что мама была права.
Часто случалось так, когда я спал в прихожей на диване, прибежит Катька, схватит меня спящего на руки и говорит:
– Сократик, пошли спать ко мне, а то мне страшно одной.
Люди не понимают, что мы, коты, терпеть не можем, когда нас берут на руки. Мы можем вам залезть на руки или колени, но, мы должны захотеть этого по собственному желанию.
Я вот и думаю, это что же ты такое читаешь, что тебе одной страшно спать? Зачем нужны такие книги? Я думаю, что человек должен получать от чтения пользу, не утрачивать способность мыслить, рассуждать, развивать память. Ведь чтение это тоже труд, только труд для ума, приносящий удовольствие. Согласитесь, не от каждого труда вы получаете удовольствие?
После моей показательной дрессировки перед семейной парой Николая и Ольги, с их дочкой-собакой Фрэнсис, прошло уже больше недели. Честно признаюсь, злость моя ослабла, я уже более-менее спокойно вспоминал о том вечере и своем позоре. Первое время, как вспомню, даже аппетит терял. Потом отлегло, как говорит Татьяна Михайловна, время лечит! Наверное, так и есть. Но, все же обида из моей души окончательно не исчезла. Никак я не мог смириться с той показушной дрессурой. Для собаки это естественно, поскольку они стайные животные и привыкли доставлять удовольствие вожаку, в нашем случае, членам семьи. А мы, коты, склонны доставлять удовольствие только самим себе. Конечно, при огромном терпении можно и нас выдрессировать. Однако, первое, что должен запомнить инструктор, мы не запоминаем наказания, так что не пытайтесь нас наказывать за непослушание – это бесполезное занятие, второе – мы понимаем только дружелюбное отношение к себе. И если вы не будете забывать нас хвалить и давать лакомство, тогда, может у вас и получится воспитать кота.
Открою вам один секрет: мы очень не любим, когда на нас пристально смотрят, так что не пытайтесь силой взгляда заставить нас подчиняться вам, будет обратный эффект.
Помню, в тот день я был в прекрасном настроении, и ничего не предвещало беды. На диване почему-то было жарко мне, и я растянулся на полу, как делал неоднократно. Поскольку все были по своим комнатам и ушли наверх несколько часов назад, в прихожей было темно, не кому было включить свет, да и не зачем, если там никого нет, а мы с Пухой и в темноте ориентируемся прекрасно. Хозяину зачем-то (хотя я-то знаю зачем, наверняка хотел что-то съесть) понадобилось пройти на кухню и он, как слепой, шел на ощупь. Случайно споткнулся о меня, подвернул ногу и рухнул на пол. Вот скажите, в чем здесь моя вина? Вот и я думаю, что моей вины здесь нет. Вы, наверное, представляете, что было дальше:
– Сократ, негодяй, ну зачем ты развалился тут, как тюлень? Я же мог и убиться из-за тебя, – возмущался хозяин.
Сам ты тюлень! Тюлень и странный человек! Ты бы, Александр Петрович, хотя бы фонарик включил на своем телефоне. Ты же современный человек, а ведешь себя, как будто только из пещеры выбрался.
Я, конечно, от греха подальше спрятался за диван. А что было делать? Не нарываться же на веник.
– Тебе дивана мало, котяра? – продолжался несправедливый наезд. – Развалился, как бревно посреди дома. Не объедешь, не обойдешь тебя, – не унимался мужчина.
Поросенком был, теперь бревном стал, тюленем. Кем еще назовут?
Слава богу, все обошлось, нога осталась цела и невредима.
Под лестницей, ведущий на второй этаж, стоял диван. Это было любимое место Александра Петровича. В выходные дни он частенько там отдыхал с книгой в руках. После падения, мужчина развалился на диване и «утонул» в своем ноутбуке. Я решил, чтобы не маячить лишний раз перед глазами хозяина пробраться к Катьке в комнату и там залечь на дно.
Я прошмыгнул к лестнице и начал потихоньку на полусогнутых лапах подниматься наверх. На лестнице у Татьяны Михайловны стояли небольшие горшки с какими-то цветами. Я на них никогда не покушался, потому что уж очень мало места было в них, негде копать. То, что она их держала именно там, она объясняла тем, что эти растения не любят прямых солнечных лучей. Надо же, какие капризные.
Проходя мимо одного горшка, внезапно в моей памяти всплыли и тюлень, и бревно, и унижения перед гостями, стыд, иными словами весь тот позор, что недавно мне пришлось пережить. Недолго думая, я как бы невзначай толкнул лапой горшок, и он полетел вниз. Раздался истошный крик, хозяин вскочил с дивана, держась за голову. Он посмотрел на лестницу, но, видимо, увидел уже только мелькнувший хвост.
– Сократ, – вскрикнул Александр Петрович, – ты ещё пожалеешь об этом. – Он, потирая рукой голову, стал подниматься на второй этаж.
Я заметался по второму этажу. Куда, куда же спрятаться? К Катьке не вариант, там он меня найдёт легко и сразу. Все, чувствую, ссылки не избежать. Я заскочил в чулан, маленькая комнатка на втором этаже служила кладовкой, где хранились всякие мыльно-рыльные принадлежности, швабры, стоял пылесос и прочая хозяйственная утварь. Там была небольшая тумбочка и дверка ее оказалась приоткрытой. Я нырнул туда и замер.
Татьяна Михайловна и дети выскочили на крик мужчины:
– Саша, что случилось? – изумлённо спросила женщина.
– Что случилось? Этот диверсант Сократ скинула на меня цветочный горшок, – неистово ругался хозяин, одной рукой держась за голову.
– Он, наверное, случайно, Александр, – воскликнула хозяйка.
– Не знаю-не знаю, – раздраженно ответил хозяин, – я в такие случайности не верю!
– А что ты ему сделал? – спросила женщина.
– Ты спрашиваешь, что я ему сделал? А ты не хочешь спросить, что он сделал? Он меня сегодня дважды чуть не убил, – возмущался Александр Петрович.
Но вот тут ты врешь, дорогой хозяин. Первый раз я не виноват, ты сам себе чуть шею не сломал. Нечего по потемках шастать. А второй раз, да, каюсь, виноват. Но мое действие обосновано, не просто так я тебе травму нанес. Заслужил!
– Ты же, наверное, его обидел? – спросила женщина.
– Да на фиг он мне нужен, обижать его, – вспылили хозяин.
Опять говоришь неправду! Тюленем кто меня назвал, бревном? Перед гостями кто мою на честь покусился? Я, между прочим, униженный и оскорбленный кот.
– Катя, – мужчина обратился к девочке, – где этот… ? Найди мне его. Я вышвырну эту наглую кошачью морду в гараж.
Катя заглянула в свою комнату, потом к Димке. Походила по второму этажу, зашла в кладовку, и, не догадавшись поискать меня в тумбочке, вышла и говорит:
– Пап, не могу его найти.
– Хитрый кот, – пробубнел Александр Петрович.
– По-моему, он просто так ничего не делает, – сказала женщина, – это еще тот неуловимый мститель.
– Негодяй он, а не мститель. Смотри, какая шишка вскочила, еще этого мне не хватало, – потирая голову, произнес Александр Петрович.
– Пойдем приложим лед, – женщина спустилась вниз, взяла мужчину за руку и повела на кухню.
Катька меня тихонько позвала, но я сидел, как мышь. Думаю, не буду выходить, не дай бог, увидит хозяин, точно прибьет или выкинет в гараж. Надо переждать бурю. Чувствую, придется мне сегодня ночевать в чулане.
Всю ночь я не спал. Совесть замучила, стыдно стало за свой поступок. Я и не подумал, что мог хозяину травму нанести. Пусть он меня оскорбляет и унижает, но это все слова, он же меня не травмирует. А я, поступил, как неблагодарный кот.
Выбрался я из своего укрытия только на следующий день к обеду. Слышал, как утром все разъехались по своим делам, ну, думаю, можно выбираться. Потихоньку пришел на кухню, сел в дверном проеме и смотрю на Татьяну Михайловну. Она что-то пишет за столом, склонив голову, меня не видит. Я вздохнул, но подойти боюсь. Хозяйка, почувствовав мое присутствие, подняла голову и говорит:
– Ну, что, бандит, пришел?
Какой я на фиг философ, оказывается, бандит я. Во как!
– Голодный небось? – спросила женщина
Мяу, говорю. Голодный не то слово.
– Иди, покормлю, бедолага, – женщина по-доброму улыбнулась, и у меня сразу отлегло от сердца. Я когда шел на кухню, думал, сейчас набросится на меня, как хищница будет защищать своего самца. Раз улыбается, значит, не держит зла. Хорошая ты женщина, Татьяна Михайловна, повезло мне с хозяйкой.
– Отомстил за обиды? – спросила меня Татьяна Михайловна, – молчишь? Значит, я правильно расценила твои действия, – женщина кивнула головой.
Татьяна Михайловна, да ты обладаешь даром читать мои мысли.