тому же старуха та была уже на пороге смерти. Наличие волшебного перстня на её руке лишь оттягивало этот момент, продлевая агонию. Да Зарочка освободила бедную женщину от мучений, а не обокрала!
– Интересная теория. – Прижав развернувшуюся в прыжке драконицу к столу, проговорила я. Всё больше убеждаюсь, что самое большое зло в Ядвиге – её язык. Нет, чтобы промолчать! – Но есть одно но.
– Какое же?
– Большинство божественных даров нельзя забирать без согласия их истинных хозяев, даже если те при смерти. Из благих намерений или нет… просто нельзя. Это слишком опасно. Активируется проклятие, избавиться от которого не так-то просто.
– Я же говорила, что это всё она! – победно воскликнула мать Влада, совсем невежливо указав пальцем на Тиру.
Та громко щёлкнула зубами, и руку обвинительница тут же отдёрнула. А потом что-то подкрутила в своём амулете, имевшим вид украшенного бриллиантами кулона со сложным плетением чар, и, грозно взглянув на драконицу, тоже клацнула челюстью. Вполне по-звериному, кстати: будто она не человек, а разгневанная зверолюдина.
Ёлки зелённые! Это ещё что такое? Ядвига от своих домочадцев странных привычек нахваталась? Или госпожа артефактор ей не защитный амулет сделала, а боевой?
– А ну, прекратили обе! – рявкнула я на них. Мне ещё драки тут не хватало для полного комплекта.
Госпожа Ставицкая недовольно поджала губы, а Тира вновь прикинулась чешуйчатой очаровашкой. Глубоко вздохнув, я потёрла переносицу. В голове громоздились разные мысли, потихоньку выстраиваясь в одну логическую цепочку. Ведь если проклятие, действительно, убило Зару…
– Танечка болеет из-за тебя? – прищурилась я, вглядываясь в морду звериной версии собственного артефакта. – А со мной что будет? Я тоже заболею? – спросила на всякий случай, хотя на девяносто девять процентов была уверена, что наше знакомство совсем из другой категории.
– Вовсе нет! – возмутилась драконица.
– Убийца! – выплюнула очередную порцию обвинений Ядвига.
Где-то у меня в заготовках было заклинание безмолвия… Применить на ней, что ли?
– Злыдня! Я стучалась к тебе, я просила… Но ты не прислушалась!
Всё интересней и интересней!
– К чему? – спросила я Тиру.
– Хотела, чтобы она позаботилась о моей настоящей хозяйке. И меня к ней отнесла. Во сны к ней проникала… целых пять раз. А эта… мымра бесчувственная… начала пить какое-то зелье, блокирующее сновидения. Потом и вовсе амулет купила. Этот! – Драконица указала на кулон Ядвиги. – Качественная магическая броня от ментального воздействия. Хотя я и через неё пыталась пробиться…
– Чтобы с ума меня свести или и вовсе извести, как Зарочку? Накося выкуси! – совсем неаристократично заявила женщина. Ещё и дулю моему артефакту показала. – Не зря я у Анечки отоваривалась. Только благодаря её работам от такой твари, как ты, нам с Танюшей и удалось защититься!
А ведь она в чём-то права. Хороший оберег вполне мог поддерживать Таню всё это время, притупляя воздействие проклятия, если таковое имеется.
– Пф… – выдохнула я, сдув с лица выбившуюся из причёски прядь. – Так, леди! С причиной ваших обид друг на друга мы, кажется, разобрались. Что с проклятьем? – Я вопросительно посмотрела на драконицу, та пожала плечами и виновато уставилась на свои когтистые лапки. – Зара из-за него умерла? – И снова взгляд в пол и понурое выражение чешуйчатой мордашки. – Яс-с-сно. – Ядвига опять хотела вякнуть какую-то гадость, но под моим тяжёлым взглядом промолчала. – А Таня? Она болеет из-за тебя?
Тира подняла на меня глаза и даже пасть приоткрыла, чтобы ответить, но её прервали. Дверь, которую госпожа Ставицкая вроде как закрывала, резко распахнулась, впуская в VIP-комнату ящера, в лице которого было что-то звериное. И это что-то не имело никакого отношения ко второй ипостаси.
Там же…
– Драный бес! – вырвалось у Юлиана помимо воли. Ещё бы не вырваться, когда его пропавшая невеста обнаружилась в компании… дракона. Настоящего, хоть и мелкого.
То есть гарпии с мантикорой, говорящей пантерой и ежом-мутантом ей мало – на очереди мифические крылатые ящерицы комнатных размеров. Что дальше? Кита какого-нибудь рогатого в пруду заведёт или приютит стаю перелётных птеродактилей?
– Не стоит сквернословить, молодой человек.
Оторвав взгляд от Эльфиды с драконом, бьёрн обнаружил третью участницу этой странной компании.
А мать Влада что здесь забыла? Следила за Элли или просто мимо проходила?
Проклятье! Пока он, как ненормальный, бегал по залам в поисках своей ведьмы, они тут с Ядвигой новую зверушку изучали. Или зверушка их?
– Что здесь проис-с-сходит? – Ящер был бы рад не шипеть, но не получалось.
– Мы просто разговаривали, – подтянув поближе дракона (очевидно, чтобы Юлиан его не прибил), ответила Эльфида.
Ещё и улыбку выдавила. Вымученную такую, кислую – сразу видно, что через силу. А он, дурак, боялся, что её кто-нибудь обидит. Среди гостей полно сильных зверолюдов и коварных колдовок, некоторых из которых мама пригласила в качестве потенциальных невест для сына.
Юлиан опасался, что они станут пакостить Элли и потому искал её повсюду, проклиная себя за невнимательность, а она… не оценила.
Скрипнув зубами, бьёрн уставился на девушку, когда услышал ворчливое от её визави:
– Юлий, тебе не кажется, что так вламываться в закрытую комнату – верх неприли…
– Вон! – Он гневно взглянул на Ядвигу, перебив.
– Что? – опешила та.
– Я сказал – вон!
Наверное, было что-то жуткое в его глазах, потому что мать Влада, всегда относившаяся к нему как к другу сына, а не как к вожаку стаи, торопливо поднялась и тихой мышкой выскользнула за дверь, даже не возмутившись. Более того, она ещё и аккуратно прикрыла за собой створку.
Впрочем, нажаловаться на грубость чёрного вожака госпожа Ставицкая ещё успеет. Благодарных ушей, готовых выслушать, какой Юлиан плохой, на этом празднике хватает. Особенно после того, как он назвал своей невестой Элли.
– Теперь ты. – Подойдя ближе, ящер внимательно посмотрел на скромно потупившуюся живность. – Симпатичная, – хмыкнул он, интуитивно определив, что это самка.
– Лапочка, да? – чуть расслабившись, ведьма опять улыбнулась. На этот раз искренне.
– Да, – не стал спорить бьёрн, зарабатывая очки у обеих. – На неё тоже разрешение выписывать? – спросил с иронией. – Ах да-а-а… ты же теперь в пригороде живёшь со своим зоопарком. Разрешение, в отличие от намордника…
– Хватит! – взмолилась девушка, заметив, как навострила ушки драконица. – Не надо никаких намордников. Тира даже не зверь! – Юлиан заломил бровь, и Эльфида, тяжело вздохнув, произнесла, обращаясь к своей новой питомице: – Давай уже обратно, а? Пока этот «добрый» дядя тебя в намордник не замотал и на цепь не посадил. Погуляла – и будет.
Драконица нехотя поднялась и собралась было пойти к ней, но внезапно остановилась, топнула ногой и заявила, упрямо хлестнув хвостом по столу:
– Не виноватая я! Это всё она, они…
– Да поняла я, – прервала её ведьма. – Дома поговорим, – добавила она, настороженно взглянув на босса.
Очередные тайны, значит… ну-ну.
Скрестив на груди руки, вожак чёрной стаи продолжил наблюдать за происходящим. И не прогадал! Прямо на его глазах вполне объёмная с виду драконица начала таять и уменьшаться, превращаясь в привидение. А потом, махнув на прощание крылышками, она струйкой золотистой дымки скользнула в новый перстень Эльфиды, на котором зажёгся крошечный силуэт.
Оригинальный дар богов. Раньше Юлиан о таких не слышал.
Любопытно, откуда он взялся? Неужели ведьма его тщательно скрывала до сегодняшнего дня? А зачем тогда достала? И почему они заперлись тут с Ядвигой и с этой… Тирой, кажется?
– Что происходит, Элли? – вернулся к тому, с чего начал, бьёрн. – Я жду объяснений.
Опустив руки, он медленно двинулся к ней, намереваясь прямо здесь и сейчас раскрыть если не все её тайны, то многие уж точно. И пусть только попробует заартачиться!
Глава 16
Сглотнув, я начала отодвигаться, потому что приближающийся босс вызывал смешанные чувства. С одной стороны, ничего секретного от него мы тут не обсуждали, с другой – я всё равно почему-то чувствовала себя виноватой.
Ещё и этот его странный настрой беспокоил. Сейчас как устроит допрос с пристрастием, а я морально к нему не готова. Мне просто жизненно необходимо срочно увеличить дистанцию, чтобы ни на кого не отвлекаться, быстро соображать и ловко выкручиваться, отвечая на вопросы чёрного вожака под надзором гаранта правды.
– Я слушаю, Элли.
– Ну… мы разговаривали… с госпожой Ставицкой.
– О драконах?
– Нет, – сказала я, пересев ещё на полметра, потому что ящер опёрся рукой о стол, наклоняясь ко мне. Вроде расстояние между нами стало больше, а ощущение, что я в ловушке, не пропало. В чём же дело? В его прищуренных глазах, которые будто видят меня насквозь? Или в холодном блеске Айро? А может, в аромате мужского одеколона, который я имела неосторожность снова вдохнуть, находясь так близко от Юлиана? – То есть да: о драконах мы тоже говорили, – исправилась, помедлив. Глаза, одеколон… о чём я только думаю? – Но началось всё с Зары! – Вернув мысли в правильное русло, я отчиталась перед начальником.
– Кто такая… стоп! Это мать Татьяны, что ли? – нахмурился он.
Кивнув, я снова отодвинулась. Зря! Тот, от кого так старательно отползала, решил, видимо, что я специально ему место освобождаю, и, недолго думая, сел. Рядом!
Ксандрова засада! И что теперь делать? Продолжать потихоньку двигаться в направлении подлокотника или начать сосредоточенно изучать розы на столе, чтобы не зависать, как дурочка, глядя на сидящего рядом мужчину?
До чего же ему идёт этот двубортный пиджак. И неожиданно белая рубашка тоже! Её цвет контрастирует со смуглой кожей, привлекая внимание к шее бьёрна, к явно выраженному кадыку, гладко выбритому подбородку и…