Другое дело – Рисаш. С ней инстинкты ни разу не давали осечку.
Так, может, он ошибся, решив, что с Броуди на юбилее была фальшивка? Вдруг Саня вовсе не сбежала со свидания, а превратилась с помощью артефакта в свою подругу и осталась с ним?
Это бы многое объяснило, но… был и ещё один вариант. Тот, о котором упоминал Дмитрий. Возможно, дело вовсе не в божественных дарах и их свойствах. Просто у Эльфиды есть двойник, которого она старательно прячет. Он-то её и подменяет периодически. И хрен знает, какая из ведьм тогда настоящая: та, что с ним химичит, или вторая… которая ледышка.
Но вариант с Сашкой в роли Эль волку нравился гораздо больше. Да и чуйка подсказывала, что без участия «кисы» этот спектакль всё равно не обошёлся.
Тем же днём…
Рисаш крутилась у зеркала, примеряя обновки. Вся кровать была завалена разными нарядами: от вечерних платьев до повседневных штанов и маек. Мы с ней с самого утра гуляли по магазинам, где и потратили часть выигранных у Рурка денег. На её новый гардероб, косметику и украшения.
Набег на чародейскую лавку тоже совершили – Сашка была в восторге от ассортимента. Я предложила ей купить там чёрную краску для волос, чтобы не заморачиваться с магическим превращением в брюнетку.
В отсутствие хвоста и шерсти на ногах этот облик давался ей почему-то тяжело. То хвост начинал вырастать, то лиловые пряди в волосах появлялись. Совсем как вчера за ужином.
Тогда-то папа нас окончательно и раскусил. Вернее, подозревать он что-то начал, едва увидел Рисаш: слишком уж она, по его словам, на мать похожа. Потом незаметно проверил её с помощью чар, пронаблюдал за косяками, периодически вылезавшими в её внешности, и сделал соответствующие выводы, которыми нас и огорошил. Пришлось рассказывать, откуда на самом деле взялась Рисаш, показывать, как действует её дар богов, и спрашивать советы.
Это же мой отец, а не какой-то чужой бьёрн. Почему он должен знать меньше, чем те же Акиллар или Юлиан? Папа плохого точно не пожелает. А, если повезёт, ещё и Сашку легализовать поможет.
Кроме выведения нас на чистую воду, папа ещё мои ловушки усовершенствовал: добавил звуковой сигнал, увеличил радиус действия и нарисовал нам всем карту, чтобы мы сами в них не вляпались. Кухню он тоже на себя взял. А так как отец мой отлично готовит, утром у нас был чудесный сытный завтрак… который скрасил впечатления от бессонной ночи.
Вы не подумайте – никакие крокозавры в дом не ломились! И злодейка в чёрном балахоне нас тоже не навещала. Однако наши охранки всё равно несколько раз истошно вопили. В ночной тишине это звучало особенно громко и… стрёмно.
Сначала в ловушку угодил Грум, которому карты не досталось – пришлось ему мою отдать. Потом Бубрик, игравший в супергероя, спикировал вместе с рубашкой волка в самый центр заклинания, да там и увяз. Зато я впервые услышала, как умеет завывать обычно молчаливый ёж.
Ему бы с волками на луну выть – он бы в этом хоре точно солировал.
Потом часа четыре-пять было тихо, и я даже успела поспать, ну а с первыми лучами солнца всё началось сначала. На этот раз жертвой защитных чар стали спрутокотики, которые так торопились спрятать утащенные у моего отца обереги, что не заметили коварное магическое плетение. Задели его по касательной и… тоже увязли!
Эти хотя бы не выли, как Бубрик. Сидели тихо и обречённо ждали спасения, сочиняя оправдания своим шалостям. Папа предлагал там пленников и оставить – меньше проблем будет. Но я вступилась за малышей и забрала их к себе в спальню… досыпать. Вместе с парочкой оберегов, которые им особенно понравились.
Зачем остальные стянули – история умалчивает. Может, Мурлыка с Непоседой немножечко клептоманы? Особенно если дело касается людей, к которым у них есть претензии. У Ядвиги тоже, помнится, фамильные украшения перепрятали. Ну а папа сразу обоих построил, заявив, что знает их племя, ибо встречал уже похожих тварюшек в горах.
Зря он так… С-котики злопамятные.
– Это лучше, нет? – стоя в длинном кремовом платье с расклешённой от бедра юбкой, Рисаш попеременно прикладывала к себе то маленькое чёрное, висящее на деревянных плечиках, а то и пышное золотое.
– В первом ты – сама элегантность. Во втором – леди-вамп, ну а в третьем – настоящая принцесса. Самой-то чего больше хочется? И кстати… не забывай, что ты сегодня будешь Ринараш, которую Акиллар считает мной.
– Точно! – тряхнула волосами сестра, меняя внешность. – Так и надо было примиряться. Туплю я что-то.
Она снова повернулась к зеркалу. Я, вздохнув, улыбнулась. Про нашу авантюру с подменой друг друга папа теперь тоже знает. А ещё ему это всё ой как не нравится. Мы ведь не просто дурачимся, устраивая маскарад: мы вожакам двух стай головы морочим.
Господин Броуди, по его мнению, такого отношения не заслуживает (и когда только мой босс успел так понравиться моему отцу?), а господин Рурк, если выяснит правду, может и отомстить. Наверняка отомстит! Поэтому нам с Сашкой приказали разрулить всё на выходных, чтобы к началу рабочей недели не было уже никакого недопонимания со зверолюдами.
Вообще-то, он требовал прямо сразу всё прояснить, позвонив обоим бьёрнам, но я выпросила отсрочку. Папочка у меня, конечно, строгий и прямолинейный до жути, но на правах единственной и любимой доченьки я всегда могу рассчитывать на поблажки.
А, нет… не всегда. На тренировках он точно меня не щадил – для моего же блага. Тяжело было, да, но до чего же классно! Всё же папа мой – самый лучший. И самый добрый тоже, невзирая на его мрачность.
Мелодичная трель отвлекла меня от воспоминаний. Нащупав в кармане штанов мобильный, я открыла мессенджер.
– Что там? Реклама опять? – натягивая платье в стиле вамп, спросила сестра.
– Нет.
– Шеф активировался? – ехидно улыбнулась Рисаш.
– Нет. Неважно…
– Эль! – развернувшись ко мне, сестра упёрла руки в бока. – Мы же договаривались ничего больше не скрывать друг от друга. Или это только на меня распространялось? – прищурилась она. – Там ведь точно что-то важное! По глазам вижу. А ты…
– Инга ответила, – перебила поток её возмущений я. – Это бывшая жена Влада Ставицкого. Я с ней случайно пересеклась во время практики. Вчера написала ей пару вопросов по обстановке в этом особняке. Она тут раньше жила с мужем и падчерицей.
– Ну и? Что написала эта Инга? – подбежав ко мне, Сашка сунула нос в экран.
Вот же… любопытная!
– Ничего нового, – закрыв сообщение, сказала я.
– Ну, покажи-и-и… – заканючила сестра.
Решив, что проще дать деточке «игрушку», чем объяснять, почему нельзя, я снова открыла мессенджер и сунула ей в руки свой гаджет.
Сама же принялась собирать раскиданную одежду. Себе я тоже кое-что прикупила, но точно не платье. Хватит с меня вечерних нарядов – хочу пойти сегодня на свидание в чём-нибудь красивом, но удобном. Тем более, у меня есть миссия.
– А чего это твоя Инга нашим извращугой так интересуется?!
Вот поэтому я и не хотела ей показывать сообщение, но… что сделано, то сделано.
– Он был её любовником, – максимально равнодушно пояснила я. – Давно, – добавила, заметив, как недобро сузились глаза Рисаш. – Не обращай внимания.
– Любовником? При живом-то муже?! Или они до свадьбы роман крутили?
Слишком много вопросов!
– Не ори! – рыкнула я на неё, покосившись на дверь – ещё по поводу Инги меня отец не допрашивал! – И вообще, забудь. Что было, то прошло. А по поводу странностей в особняке она ничего нового всё равно не сказала. Уныние, страх, падающие предметы – это китокабры чудили. Тени, скользящие по стенам – злыдня пыталась выкурить семью из дома. Я всё это и сама знала.
– Или это были просто тени. Без злыдни, – буркнула Сашка.
– Или так, угу, – согласилась с ней я. – В любом случае информатор из Инги никудышный. На следующей неделе с Танечкой поговорю – она точно человека в капюшоне видела. И раз малышка больше не болеет…
– А можно мне с тобой? – повисла на моей руке сестра.
Я представила кислую физиономию Ядвиги, которая не особо следит за своими словами, и ужаснулась. Рисаш ведь тоже молчать не будет – я её знаю. На грубость ответит ещё большей грубостью. Устроит скандал в чужом доме, а мне потом это расхлёбывать.
Нет уж!
– Давай в другой раз, а? Мы тебя ещё не легализовали, – нашла достойную отмазку я.
– Уговорила, – подозрительно легко согласилась сестра и, чуть отступив, крутанулась на месте. – Как тебе, а? По-моему, то, что надо для нашего плана.
План у нас был прост и беспощаден, как заклинание молнии, которое я всегда ношу с собой. Папу мы в него, естественно, не посвящали, точно зная, что забракует. Он требовал от нас всё объяснить вожакам и извиниться за устроенный маскарад, а мы решили вынудить волка возненавидеть Ринараш.
Если она вылетит со второго тура отбора, объяснять ведь ничего не придётся, да?
Сашке идея внезапно понравилась. Наверное, потому, что большинство зрителей, как и сам Рурк, были уверены: танцовщица в маске – это я. Даже странно, что папарацци до сих пор не облюбовали наш сад, а журналисты не ломятся в двери и окна, требуя дать им интервью.
Или я так часто переезжаю, что они просто не знают, где меня искать?
Вариант, в котором Рисаш снимает на свидании маску, раскрывая свою настоящую личность, мы тоже рассматривали. Но такой сценарий повлечёт за собой кучу неудобных вопросов, и соскочить с объяснений уже точно не получится. Да и от прессы отбоя не будет, а Сашке до легализации лучше не привлекать к себе лишнее внимание.
В случае же, если выгорит затея с ужасной Ринараш, есть шанс всё тихо замять, заодно отвадив волчьего вожака от меня.
Кого будет волновать, кто там в отборе участвовал и ходил к Рурку в гости, когда он объявит имя победительницы? Интерес зрителей и СМИ сразу же переключится на финалистку свадебного отбора: ту самую единственную и неповторимую невесту № 5, которая и станет женой волка.
– Шляпка с вуалью идеально под это платьишко подходит, – продолжала наряжаться сестра. – И туфельки… где они там были? – метнувшись к кровати, она принялась копаться в коробках. – Вот! – достав остроносую обувь, победно ею потрясла: примерно, как молотком перед ударом. – Буду высокой и вооружённой!