наты.
Девушка хихикнула.
— Иша будет в ужасе, если проснется на жженных простынях, — она хитро улыбнулась. Её ладошки легки мне на грудь. Поползли вверх, к плечам, и тонкие руки обвили шею. Нежные губы прильнули к моим. Отказать в ответной ласке я не мог.
Приятная ночь сменилась рутинным утром. Света ушла к себе досыпать, но я не мог себе такого позволить. Помимо дел меня ждал поиск нового начальника стражи. Да и ряд других кадровых перестановок тоже придется провести. А еще доклады, отчеты и прочие «мелочи».
День предстоял быть «серым». Набежали тяжелые тучи, поднялся дикий ветер. Периодами срывались мелкие капли дождя и тихо постукивали по высоким арочным окнам моего кабинета.
Я со всем усердием вчитывался в документы, так как мысли все время норовили ускользнуть к более личным проблемам. Кто такая эта Розали и почему Идар помогает ей? Следовало бы учинить допрос, но она стала нашим козырем в борьбе со сделкой.
Все сведения об участницах содержались в анкетах, которые хранились у Идара, как организатора и распорядителя отбора. И, конечно же, чтобы мне не принесли насчет Розали — это будет липа. Но я все равно ознакомился. Делал я это уже не первый раз. Эти анкеты мне принесли еще до начала отбора, до появления Светы. Тогда их было около сорока, я быстро проглядел их глазами и улетел к вулкану.
Розали — дочь обедневшего виконта Темини из отдаленного региона. Я бы очень удивился, если бы прочитал нечто другое. Сюда она прибыла в сопровождении своей тетушки Азалии — родной сестры виконта. Скорее всего, она просто играет роль. Но кому и зачем так притворяться? В случае победы вся ложь выйдет наружу. В чем смысл?
В полдень я решил навестить виконта инкогнито, назвавшись путешественником. Направляясь туда, понимал, что меня обманут, а оказавшись на месте, окончательно убедился в этом.
Виконт Темини, пожилой дракон, говорил о Розали все и ничего конкретного. Чтобы мой интерес к его дочери был не столь явным, а предлог казался правдоподобным, я, вспомнив о родной сестре, у которой нет фрейлин, начал расспрашивать чем интересуется Розали и могла ли она составить компанию на ближайшее лето Селении. Виконт был не против, но его ответы были столь пространными и общими. Странно, что за пятьдесят лет любящий отец, каким он себя представлял, ничего не знал о пристрастиях родной дочери. И ни одного общего воспоминания…
Халтура! Будь я на месте Идара или кто там заколдовывал виконта, то обязательно продумал бы этот момент. С другой стороны, весть об отборе свалилась на нас слишком спонтанно. Вот они и спешили. Что ж, разоблачить Розали после победы в отборе будет еще легче.
С этой мыслью я полетел обратно в замок. Успел, как раз к четвертому испытанию.
Пожалуй, идея раздать участницам политические задачки была хороша. Испытание придумала моя матушка и я бы сказал, что начинать стоило именно с него, а не с талантов. К сожалению, волосы мои, вплетенные в платья, не выдержали и три участницы вылетели с отбора. Уж совсем жестокие меры они предлагали к тем, кто провинился. Вырезать целые роды за мелкие провинности я не собирался, поэтому подобные предложения воспринял крайне настороженно. Да и контраст сыграл свою роль. Милая драконица с пухлыми губками, и говорит такие вещи. Возможно, решение вогнать провинившихся стражников в долговую яму сделало меня кровожадным тираном в их глазах, и они думали, что наказывать враждующие между собой семьи полным их уничтожением будет справедливо… А может им бы самим хотелось вырезать какой конкурирующий род? Тут нельзя судить однозначно…
В любом случае, платье красавиц стало красным, и они выбыли.
Когда в совещательный зал вошла Розали и вытащила задачку, я напрягся всем телом, чтобы ответ мне понравился. Сработала удача. Ей попалась задача: «как повысить популяции драконов?». Она покраснела, стала заикаться от смущения и предложила уделить внимание деторождению, снизив смертность дракониц. В моей голове мгновенно возник вопрос: почему именно это? Почему не участить рождение? Почему первым делом она заговорила о смерти дракониц?
Потом Розали заговорила о других проблемах. Редкая беременность, неверность драконов, браки по расчету. Она упомянула многое и по делу. Ответ был засчитан. Многие остались вполне довольны, но вот я испытывал смешенное чувство. Этот выпад про смерть дракониц что-то означал, но замываться было некогда. Впереди еще участницы.
Мадлен говорила так, будто за её спиной стоял отец. Исадель очаровательно улыбалась, толком ничего не предложила, но ответ засчитался. Признаться, нам всем стало жаль драконицу. А один из советников даже опустил фразу, что за такие любящие глаза можно простить незнание. Возможно. Хотя, раз платье не изменило цвет, где-то в глубине души я тоже так думал.
Света, как всегда, была последней. Она мельком посмотрела на меня и потянулась к мешку с записками. Утром девушка просила меня не влезать в мысли с помощью ментальной магии. Говорила, что справиться сама. Я же решил вмешаться, если ситуация станет критичной.
Задачка ей досталась следующая: «ваша казна пустеет, а древние роды богатеют. Это напрямую угрожает вашей власти, так как содержать охрану вам становится не на что. Что предпримите?»
Признаться, я ожидал ответа в духе: отнять у них деньги или пойти войной на соседа. Так уже делали в истории, но то, что выдала Света поразило нас всех.
С минуту девушка хмурилась, смотря в пол. Я уже хотел мысленно подкинут как идея, как она произнесла следующее:
— Сначала бы ввела акцизы. Да, ввела бы акцизы, тогда казна все время будет пополняться за счет торговли других.
Мы с советниками переглянулись. Разумеется, магия не перевела нам слово «акциз».
— Потрудитесь объяснить, что значит «акцизы»? Это какой-то сбор? — спросил казначей, явно заинтересованный ответом.
— А ну да… — Света виновато улыбнулась. — Акциз — это сбор, верно. Это когда правитель одобряет продаваемый товар и берет за своей одобрение процент от стоимости единицы товара. Ну, — она взмахнула руками. — Например, вино. Одна бутылка стоит пятнадцать серебряных монет, а правитель берет с каждой по одной монете.
Мы все задумались, но словосочетание «одобрение правителя» мне понравилось. На короткий миг я встретился с девушкой взглядом и слегка кивнул, показывая, что одобряю. Видимо, это дало ей решимости и она добавила:
— Ну я только пример привела. Конечно не стоит ставить акцизы на все товары. Сначала ввести только на один. Не самый ходовой, но и не самый дорогой. Товар должен быть популярным. И тогда казна начнет растить… как бы из ничего. Но, — Света подняла указательный палец. — За неисполнение указа платить акцизы нужно ввести наказание. Иначе в чем смысл. Для этого можно ввести штраф.
Я улыбнулся ей, но девушка не смотрела на меня. Она нервничала и переводила взгляд с одного советника на другого. Все хмурились. Казначей же явно считал в уме, потому что неожиданно воскликнул:
— С таким сбором казна никогда не опустеет, — и начал вслух озвучить суммы, которые можно получить с продажи лечебных вулканических мазей.
Такое интересное предложение не засчитать мы не могли. Казначей похвалил за оригинальность, а потом еще долго говорил мне взять иномирянку в качестве тайного советника для решения финансовых проблем. Я лишь улыбнулся. Да, конечно, сейчас, так и отдал тебе мою Свету в качестве помощника.
Глава 27 Светлана
Оставшийся день прошел тихо. После испытания с задачкой я вернулась к себе в покои и читала об огненной магии. Не все написанное укладывалось в голове, так как мне определенно не хватало знаний. Нужны справочники, нужны карты, нужен наставник. Одной мне не осилить столько информации, а потому я решила, что после отбора попрошу у Кирана учителя. Если, конечно, все пройдет гладко…
Я ужасно нервничала перед последним испытанием, отчего в животе все переворачивалось. Есть не хотелось, пить не хотелось. Я лишь мечтала об одном, заглянуть в ближайшие дни и понять, что у нас все получилось. Узнать, как все произошло и что нам пришлось перенести. Но увы… Вулкан показал лишь красивую затуманенную картинку. Киран верил в неё, но я не могла так. Не получалось. Я не понимала, почему держу в руках над головой князя светящийся шар. А может это вообще не я? А какая-нибудь другая иномирянка?
Нет, конечно нет, я просто себя накручиваю. Определенно…
С этими мыслями я давала себе мысленный подзатыльник и продолжала читать. Все будет хорошо.
Поздно вечером ко мне явился Киран. Он выглядел бодрым и энергичным, а его слова о скором окончании отбора звучало вдохновляюще. Интонация, мягкость голоса как-то успокаивали мою расшатавшуюся нервную систему. Его уверенность заряжала, заставляя поверить в то, что у нас действительно все получится.
Мы вновь отправились к вулкану, чтобы я попрактиковалась в магии. Долго не занимались, так как бессонные ночи давали о себе знать. Завтра нас ждало последнее и самое сложное испытание, от которого не знаешь, чего и ожидать. Поэтому мы оба решили, что хороший полноценный сон будет лучше, чем лишний час практики. Великих успехов за столь короткий срок мне все равно не достичь. Остается надеется, что магия не пригодится.
Ночь мы вновь провели вместе, заснув в обнимку. Нет, это не было чем-то на грани безумной страсти. Нас влекло друг к другу по иной причине. Теплота, спокойствие, надежность. Я заснула с мыслью, что вот так запросто обнимаю его последний раз в жизни. Несмотря на всё, тревога не отпускала меня. Впрочем, его тоже. Киран еще долго обнимал и гладил мои волосы. Не знаю, кто из нас заснул первым.
Утром кусок не лез в горло, но я все же заставила себя поесть. Половинка булочки и маленькая чашка чая. Испытание должно было начаться в пять вечера. У меня оставалась много свободного времени, и от этого стало еще тягостнее. Я не знала куда себя деть. Практиковаться в магии не стала. Без Кирана я попросту могла сжечь все вокруг. Но читать тоже не хотелось. Возможно, будь я в своем мире, то посидела бы в соцсетях, чтобы отвлечься, как иногда делала перед экзаменом…