Кастелян кивнул.
— Да, ваша светлость.
— И выдели ей из числа прислуги личную горничную, — решив, что больше мне не за чем тут находится, я развернулся и сделал шаг в сторону Главной башни. Идти по замку, залы которого наполнены суетой и шумихой перед «великим событием», не хотелось. Притяну слишком много лишнего внимания.
— А и еще… — я уже сделал шаг, но остановился, — наша гостья порезала ладонь об обсидиановый камень. Пусть рану осмотрит лекарь.
— Разумеется, ваша светлость, — кастелян кивнул.
Довольный собой, я пошел к башне. Идея поселить иномирянку в покои, где обычно жили мои любовницы, посредственна. Но это единственное место, куда я имею свободный доступ в любое время суток.
Перелет от площади до Главной башни составил один взмах. Осторожно коснувшись черепицы, я нырнул под крышу, попутно превращаясь в человека. Следом вниз по лестнице к залу приемов и в большой кабинет, где обычно заслушивались последние донесения и отчеты.
Однако я не ожидал застать на крыше мою мать, Леанелию Эшер, в сопровождении командира Личной гвардии князя.
— О, Киран, ты стал злоупотреблять своим положением, переносясь по замку в драконьем обличье, — с улыбкой пожурила меня матушка. Несмотря на почтенный для дракониц возраст выглядела она отменно. Седина затронула лишь несколько темно-русых прядей, а морщины не успели избороздить уже немолодое лицо. Проступающими на щеках во время улыбки обворожительными ямочками я был обязан ей.
— Он не злоупотребляет, а бежит от суеты, ваша светлость, — сдержанно добавил Бернард Тидот. Ему позволено так разговаривать в нашем присутствии, поскольку он приходился мне другом. Хоть и старше на тридцать лет.
— Бернард знает меня лучше вас, матушка, — подойдя к ним, склонил голову перед княгиней. Сегодня мы еще не виделись. — Мне взаправду не хочется лишний раз появляться в залах.
— Грядущий отбор захватил все княжество, мой милый. Тебе не укрыться, ползая по стенам замка в обличье дракона, — мягко произнесла матушка.
Сейчас может последовать долгий монолог, в котором она будет взывать меня к благоразумию. Напомнит, что после смерти отца и старшего брата я остался единственным сыном. Что если не женюсь, то в случае уже моей кончины княжество останется без управленца и соседние раздерут наши земли на части. Но вместо этого матушка взяла Бернарда под руку и по-заговорщицки произнесла:
— Скажите, есть ли возможность не выпускать моего сына за пределы замка, пока он не будет женат? А то, боюсь, сбежит, когда дело придет к финалу.
Я прыснул. Знал, что она пошутила.
— Не уверен, ваша светлость, как видите ваш сын преспокойно летает один осматривать вулкан.
— Ты опять это делал? — в этот раз послышалось волнение в голосе матери. Оно понятно. Мой брат погиб во время такого осмотра. Вулкан выбросил тучу отравляющего серного газа, и он погиб на месте.
— Да, но я был осторожен, — попытался заверить её, хотя понимал, что не поможет. Она всегда будет волноваться за меня. — А еще я встретил там иномирянку, которую обещала прислать на отбор королева.
— Гулял и встретил девушку, как это на тебя похоже, — улыбнулся Бернард.
Это действительно так. Встречать девушек я правда любил.
— Я поселил её в малахитовые покои, — заявив, жду реакции.
— Что? Киран, там же… — от возмущения матушка не нашла что сказать, а Бернард еле сдержал смех. — Это дурной поступок.
— Вовсе нет, — отмахнулся я. — Фагмий выделил ей ужасную комнатку на первом этаже в Северной башне. Разве можно так обращаться с особой гостьей? Думаю, нет.
Мать покачала головой.
— Вдобавок, вы же знаете, как в нашем Королевстве относятся к людишкам. Многие посчитали за оскорбление, назвав возвращение к традициям — гнусной выходкой королевы. Так что, боюсь, несладко ей будет.
— То бишь, ваша светлость, решило таким образом позаботиться об иномирянке? — Бернард изогнул брови, но я видел лукавство в его взоре.
— Да, жить в нашей семейной башне безопаснее, чем рядом с чуланом. Пусть девушка оценит местные красоты. Надо быть радушными.
— Мне не нравится твоя выходка. Я не одобряю. Мы могли бы найти для неё другое, более благочестивое место.
Конечно матушка прекрасно знала кого я туда селил, но прямо никогда об этом не говорила.
— Я подумал и о вас, — она непонимающе уставилась на меня. — Вы являете собой мудрость в нашем княжестве. Будет хорошо, если вы проявите заботу об иномирянке. Поверьте, ей тяжело. Она оказалась в чужом мире. Одна. И не может даже связаться с родными. Малахитовые покои недалеко от ваших. Вам не придется далеко ходить.
Это смягчило новость, потому что моя матушка любила помогать страждущим.
— Хорошо, — она шумно вздохнула. — Все же, это плохой поступок. Нельзя с такого начинать отбор. О тебе будут плохо думать драконицы, что приехали из других княжеств.
— Они не будут плохо обо мне думать, потому что слишком хорошо думают о нашей сокровищнице, — парировал я.
— Опять за свое, — устала произносит она. — Тебе жениться надо. Ну пойми же ты наконец. Любовь может прийти потом. С годами.
— Обязательно это пойму — мягко ответил я. — Вон, Бернард тоже неженат. Почему ты о нем не беспокоишься? А ведь он старше меня.
— Я не его мать, а твоя.
— За это я тебя и люблю, — поклонившись, я быстро пошел к лестнице, потому что не желал говорить дальше.
Глава 3 Светлана
Покои мне отвели барские. Просторные, в несколько комнат. Одна спальня по размерам могла посоревноваться с двухкомнатной хрущевкой. Причем первая явно выигрывала в площади. Кровать тоже не маленькая. В ней запросто могло улечься не меньше четырех человек, и никто бы друг другу не мешал. Даже бы не касался.
Здесь же стояло трюмо с зеркалом и множеством мелких ящичков для хранения косметики, украшений и прочей мелочи. Круглый столик с двумя мягкими стульями. Прямо в стене вырезан широкий длинный камин, возле лежала медвежья шкура. Если, конечно, в этом мире водятся медведи. Может эта принадлежала какому-нибудь местному хищнику.
Из спальни вело три двери: в гостиную, в ванную комнату, в гардероб. Ванная комната впечатляла куда сильнее спальни. Настоящий персональный минибассейн. Кажется, я смогла бы совершить три-четыре гребка, чтобы проплыть от одного края до другого. Узкая дверка в углу выводила к примитивному туалету, что не могло не радовать мою привыкшую к современному комфорту моего мира душу.
В гардеробе сиротливо стояли голые манекены. За исключением широкого зеркала в полный рост здесь не было ничего примечательного.
Гостиная выводила в общий коридор, спальню и… террасу? Распахнутые двойные двери открывали вид на балкон с балюстрадой, где росли растения. Плющ пышно увивал стены и уходил в разные стороны от балкона. Вероятно, он разросся на несколько этажей вокруг.
Я не сильно разбиралась в ботанике, но узнала нарциссы, примулу, анемоны. Да, определенно, здешние нарциссы ничем не отличались от наших. Хм… Все-таки эволюция частенько идет по одному и тому же пути. А еще розы. Белые, розово-желтые, пурпурные, алые. Небольшие кустики в глиняных горшочках была расставлены на каменных столбиках. Бывшая хозяйка этих покоев любила свой цветник. Интересно, кто она?
В остальном, покои точно отражали свое название. Малахитовые. Здесь действительно было много малахита, изумруда и других зеленых самоцветов. Мебель темно-ореховая, а ткань для обивки и балдахина кровати в бирюзово-синих тонах с золотистым орнаментом. Красиво. Интерьер конечно никак не вписывался в мои представления о позднем Средневековье родного мира. Видимо, здесь развитие пошло по другому пути.
В покоях меня оставили одну практически сразу же. Кастелян ушел, извинившись, что у него полно дел, а выделенная мне горничная не спешила появляться на глаза. Если мне её вообще назначили. А если и не назначили, то и ладно. Ну в самом деле! Я что не смогу разобраться с местными водопроводом или надеть одежду?
Еще его чешуйчавство обещал мне лекаря. Что ж, подожду, а потом напомню о себе.
По поводу нарядов у меня конечно возникли вопросы. Сменное белье и одежда остались в дорожной сумке, которая хранилась в багажном отсеке автобуса. Можно стирать эту, но чем и где сушить? И что надевать, пока они сохнут?
Я махнула рукой. Главное, чтобы вновь летать не заставили. Это конечно впечатляющее приключение, но повторять не хочется. Аттракционы никогда не были моим излюбленным видом развлечения.
Пройдясь по комнатам, я решила сделать пару фотографий. Уж больно красивые покои. Настоящий тематический номер в дорогой гостинице. Будет чем похвастать перед Наташкой, когда вернусь.
Тут меня осенило! Моя техника. А как она пережила перемещение между мирами? Подойдя к столику в гостиной, я поставила рюкзак на дубовую поверхность и принялась доставать.
Ноутбук был цел и невредим. Я включила, чтобы проверить. Все в порядке. Только сети нет. Конечно же об интернете в этом мире ничего не знали.
Смартфон тоже не пострадал. Более того, мне удалось сделать несколько фото интерьера и селфи. Потом я выключила его. Никакого толку без интернета от него все равно нет. Сохраню заряд. Вдруг понадобится.
Все ценные вещи я перенесла в комод, что располагался в спальне возле трюмо, оставив при себе лишь перочинный нож. Помню, что взяла его в дорогу на всякий случай, не предполагая, что он может мне понадобится. Ну-у-у-у, буду надеяться, что он все-таки не пригодится. Однако, везде буду носить с собой. Оставаться безоружной в чужом мире чересчур наивно.
В дверь постучали. Я выскочила из спальни в гостиную, надеясь увидеть горничную или моего огнедышащего спасителя. На крайний случай лекаря! Так как ладонь уже начинало пощипывать, что в моем «накормленном» медицинскими статьями мозге уже превратилось в смертельную рану. Но вместо них ко мне пришел совершенно незнакомый человек.
Это была женщина в годах. Я бы дала ей где-то пятьдесят. Возраст угадывался по коже рук и шеи, но лицо казалось вполне свежим и гладким. В волосах блестели нити седины. К тому же, она явно не из бедных. Её расшитое бисером лиловое платье с широким поясом буквально кричало о высоком происхождении своей хозяйки.