Джиллианна ахнула от неожиданности, но его ласки быстро лишили ее стыдливости, и на смену ей пришла бурная страсть. Она позволила ему вести ту игру, которую он задумал, потому что она приносила им обоим огромное наслаждение.
Через некоторое время она ухватила его за волосы, и ее тело сотрясла волна оргазма. Джиллианна еще дрожала от пережитого ею наслаждения, а Коннор уже медленно опускал ее вниз, соединяя их тела. Он покрывал поцелуями ее грудь, подводя ее к новому оргазму. Через некоторое время он услышал ее крик и присоединился к нему, и волны удовольствия унесли их обоих в небеса.
Джиллианна открыла глаза и увидела, что Коннор смотрит на ее рану. Оказалось, они лежат в кровати, и она смутно припомнила, как он отнес ее туда на руках.
— Немного болит, но не больше, чем когда я приехала, — сказала она.
Он не успел ничего сказать, как раздался стук в дверь. Коннор вскочил с кровати и принялся натягивать штаны. Вдруг он осознал, что раньше к нему в камеру никто не стучал. Он взглянул на Джиллианну, спрятавшуюся под одеялом, и подошел к двери. Дверь открылась. Перед входом в камеру стояли Питер и Мосластый.
— Ты не должен был отпускать Джиллианну, — проворчал Коннор, обращаясь к Мосластому.
— Твоя жена такая же упрямая, как и ты, — парировал Мосластый и бросил в камеру небольшой мешок. — Я уеду на рассвете.
Питер сунул Коннору в руки поднос с едой и закрыл дверь. Коннор перевел взгляд с подноса на мешок, а затем на жену.
— Ты решила остаться здесь на ночь? — спросил он.
— Ну, с хандрой справиться нелегко. — Она села, не обращая внимания на обнажившуюся грудь, и взяла с подноса ломоть хлеба.
— Мне кажется, моя хандра уже прошла, — улыбнулся Коннор. Он снял штаны и залез в кровать. — Но хорошо, что ты осталась, а то до наступления рассвета я могу снова впасть в тоску. — Он подмигнул ей. — Так ты вернешься в Дейлкладач? Для чего? Не думаю, что ты будешь там отдыхать.
— Я собираюсь найти настоящего убийцу и вытащить тебя отсюда.
Он не мог поверить, что эта хрупкая женщина действительно собирается его спасти. Ему уже очень давно никто ни в чем не помогал.
— Если кто и может это сделать, так это ты, — улыбнувшись, проговорил он. — А теперь поешь. Мне нужна твоя сила.
— Моя рана хорошо заживает, — усмехнулась она.
— Не для этого.
— Чтобы поймать убийцу?
— Нет, и не для этого тоже. Для того чтобы выполнить свой супружеский долг и избавить меня от хандры, если та накатит на меня этой ночью.
— О, с удовольствием.
— Надеюсь, тебе действительно понравится.
Глава 19
Джиллианна сидела за столом в главном зале Дейлкладача и накладывала еду на тарелку. Она вернулась от графа несколько часов назад, но ей родичи предоставили возможность вымыться и немного отдохнуть. Фиона несколько облегчила нетерпеливое ожидание, пересказав братьям то, что успела ей рассказать Джиллианна. Сама Джиллианна испытывала зверский аппетит. Он был вызван страстной ночью с Коннором, проделанным ею путешествием и продолжающимся заживлением раны.
По ее телу пробежала дрожь, когда она вспомнила, как проснулась этим утром в объятиях мужа. Коннор и в самом деле справился с хандрой, но на смену ей пришли нетерпение и раздражение от того, что теперь его освобождение зависело не от него, а от других людей. Дело было не в том, что он им не доверял, а в том, что Коннор привык во всем полагаться только на свои силы и не мог просто сидеть и ждать. Джиллианна была рада, что уехала очень рано и Коннор не успел испортить ей настроение своим брюзжанием.
— Они нашли Мэг! — объявила Фиона, .вбегая в главный зал. — Ее только что схватили.
— Прошу тебя, скажи, что она во всем призналась, — попросила Джиллианна. Она отодвинула пустую тарелку и отпила из кружки козьего молока.
Фиона села рядом с ней и тоже налила себе молока.
— Думаешь, она на коленях молила о прощении?
— Это было бы неплохо.
— Даже слишком хорошо. Ангус сказал, что она потребовала, чтобы ей объяснили, на каком основании ее забирают из дома кузена.
— У нее объявился родственник?
— Нет. Один бедный дурачок решил, что судьба улыбнулась ему, послав в его дом трех красивых женщин, готовых к любовным играм. Но он понял, что это никакое не счастье, когда в его дверь принялись ломиться рассерженные и вооруженные Макенрои. Ангус рассказал, что этот человек едва не вытолкал женщин почти голышом, но Дэрмот велел ему дать им возможность забрать свои вещи. Мэг начала ругаться и хотела сбежать, поэтому ей связали руки. Две другие отказываются говорить. Итак, Мэг здесь и ждет, когда ты применишь к ней свое умение.
— Как легко испортить так хорошо начавшийся день, — вздохнула Джиллианна с притворным огорчением. — А вот и все остальные, — улыбнулась она.
— Подозреваю, что Фиона тебе уже все рассказала. — Дэрмот уселся вместе с братьями и Мосластым за стол. — Я пытался говорить с Мэг, но она только осыпала меня оскорблениями и угрозами. И еще она утверждает, что Коннора скоро повесят за убийство его дяди.
— Если бы вы, парни, пореже развязывали пояс на своих штанах, мы теперь не возились бы с этой сучкой, — проворчала Фиона.
— Не думаю, что леди пристало использовать слово «сучка», — с нарочитой укоризной покачала головой Джиллианна. — И давай забудем о том, кто и чем занимался с Мэг.
— О, извините. Хотя когда ты говорила с ней…
— Вот именно. — Джиллианна потерла пальцами виски и взглянула на Дэрмота: — Мне придется с ней поговорить.
— Да, придется. — Дэрмот бросил сердитый взгляд на сестру. — Ты уверена, что тебе удастся заставить ее говорить? То есть я хочу сказать, если ты в этом не уверена, то зачем тебе страдать и позволять ей плеваться ядовитой слюной?
На лице Джиллианны появилась недобрая усмешка.
— О, я сумею заставить ее говорить. С помощью Джоан я смогу очень сильно испугать ее и разозлить. А теперь скажи, вы выяснили, чем Коннор занимался в тот злополучный день? Вы можете доказать, что у него не было времени на убийство?
— Да, можем, — ответил Дэрмот. — Мы были с ним с самого утра, но единственные свидетели — это Макенрои. Не думаю, что наше свидетельство будет иметь вес.
— Ты прав. Но если кровь не засохла к тому времени, как в дом вошли люди графа, мы сможем доказать, что убийство было совершено после полудня. Должно быть, Мэг загнала лошадь насмерть, чтобы так быстро добраться до графа и вернуться обратно.
— Кровь действительно еще не высохла, — сказала Фиона. Все недоуменно посмотрели на нее. — Пока Джилли утешала Коннора, я встретилась с графом и его человеком по имени Питер. Я рассказала им о Конноре и его прошлом в надежде, что это поможет, если настоящий убийца не будет найден. Потом я попросила их поведать мне все об убийстве. Граф заявил, что я очень кровожадная.
— Ты действительно кровожадная, но, как мне кажется, графу это даже понравилось, — улыбнулась Джиллианна. — Итак, кровь не высохла. Очень странно, учитывая то, сколько времени потребовалось Мэг, чтобы добраться до графа и рассказать ему обо всем. После этого люди графа прибыли в дом, где и нашли тело убитого. За это время кровь должна была засохнуть.
— Но Мэг не пришлось ехать в Диннок. Она встретила людей графа на половине пути. Питер послал ее к графу, а сам с вооруженными людьми поехал в деревню. К тому времени как Питер вернулся в Диннок вместе с Коннором, граф уже отослал всех трех женщин. Джиллианна кивнула.
— Теперь понятно, почему кровь была свежей и Коннор не смог отмести обвинения в свой адрес. Значит, ваш дядя был убит после нападения на меня. Это поможет доказать, что Коннор не мог совершить убийство. Сначала он был со мной, потом поехал к сэру Роберту, а от него — к сэру Дэвиду. Интересно, мы сможем попросить их свидетельствовать в пользу Коннора?
— Почему бы не спросить у них самих? — пожал плечами Дэрмот.
Джиллианна проследила за его взглядом и увидела, что Мосластый входит в большой зал, сопровождаемый сэром Робертом и сэром Дэвидом. Должно быть, Господь захотел помочь Коннору. В какой-то момент она даже решила, что теперь можно не допрашивать Мэг, но тут же укорила себя в трусости. Конечно, теперь у нее было достаточно доказательств невиновности Коннора, но если она предъявит графу настоящую убийцу, это действительно будет победа.
— Я думал, вы ранены, — удивился сэр Роберт, направляясь к столу. Сэр Дэвид следовал за ним по пятам.
— Это так, — ответила Джиллианна, приглашая гостей сесть за стол. — Но я быстро поправляюсь.
— Но вас ранили всего несколько дней назад, — продолжал удивляться сэр Роберт.
— Четыре, если быть точным. Рана была несерьезная. Вы пришли проведать меня?
— И да и нет. Мы узнали о том, что Коннор арестован, и подумали, что можем помочь. Он потратил много времени, чтобы поговорить с каждым из нас. — Роберт помрачнел. — Кому могла прийти в голову мысль, что Коннор убил своего дядю? Старик был бесполезным и назойливым, но Коннор, кажется, очень любил его. Джиллианна встала:
— Об этом вам расскажут Дэрмот и остальные. А мне нужно идти, чтобы выбить признание у Мэг.
— Вы думаете, это она убила сэра Нейла? — спросил Роберт.
— Да, хотя я не знаю причины. — Она посмотрела на Дэрмота: — Где Мэг?
— В кухне, привязана к стулу, — ответил тот. — Две ее подруги заперты в конюшне.
— Кухня — отличное место. Если закрыть дверь, никто не поймет, почему она будет кричать: от боли, страха или злости.
— Вы хотите заставить ее кричать? — изумился Роберт.
Джиллианна решила не придавать значения его насмешливой улыбке.
— Думаю, она будет кричать от страха, что мы узнаем всю правду. Но те, кто будет слышать ее крики, решат, что женщину жестоко пытают. Поэтому, — она посмотрела на Дэрмота, — приведи сюда Дженни и Пег. Пусть они поверят, что я заживо снимаю с Мэг кожу. Тогда они быстро расскажут то, о чем умолчит Мэг.
— Умный ход, — усмехнулся Дэрмот. — Очень умный.