— У меня напряженка со временем. Я так счастлива, что ты на свободе!
— Почему меня отпустили? — не выпуская её из своих объятий, спросил Фло.
— Я этого захотела!
— Не понял…
— Фло, ты свободен и это главное. Завтра вечером устроим классную вечеринку. А сейчас Кутуз отвезет тебя в мою студию. Там холодильник забит едой. Ешь, пей и думай обо мне.
— А ты?
— А я исчезаю — Ада взглянула на часы. Ей нужно было успеть в аэропорт «Шарль де Голь» на самолет до Ниццы.
— Куда?
— Этого тебе знать необязательно. Но помни, что я тебя люблю. Вернусь, всё про себя расскажу, и мы решим, как быть дальше.
— Ты в их банде? — Фло кивнул в сторону окна, за которым его поджидал Кутуз.
— Ну, что ты, любимый. Какой из меня бандит? Я так соскучилась по тебе. Сердце чуть не остановилось, когда узнала, что ты арестован.
Фло отпустил Аду, сел напротив.
— Давай, хоть кофе попьём. У меня в голове кошмар. Ничего не пойму. Ты же не хотела лететь в Париж.
— Но теперь я здесь. Будем жить вместе. Деньги у меня есть. А потом что-нибудь придумаем.
— Ты серьезно? Хочешь, чтобы мы были вместе?
Ада взяла руку Фло, поцеловала её. Посмотрела на него глазами полными слёз.
— Если бы ты знал, как мучительно без тебя. Ведь я совсем одна. Одна… везде.
Фло не ожидал такого. Слезы Ады проникли в его сердце. Обида, возникшая в Балаклаве, прошла. Перед ним сидела девушка, о которой он мог только мечтать в камере полицейского участка.
Глава сто четырнадцатая
Скучнейшие выступления мало интересовали Дирка де Клерка. Он с умным видом рассматривал участников конференции, некоторым покровительственно улыбался и думал о том, что совсем скоро перестанет заниматься подобной ерундой. Пост еврокомиссара по вопросам освоения Арктики открывал перед ним головокружительные перспективы. Битва за её недра ожидалась нешуточная. И стать главным арбитром в споре мировых гигантов было покруче, чем президентом какой-нибудь заштатной страны. В преддверье своего триумфа де Клерк старался держаться демократично и непринужденно. Некоторые старые приятели слегка расшаркивались перед ним, многие втайне завидовали. Еще бы! Сделать такую карьеру! А ведь во многом благодаря имиджу образцового гражданина, бескомпромиссного борца за экологию, за европейские и семейные ценности. Ни разу Дирк не сделал ни одного ложного шага, не совершил ни одного порочащего его поступка. Мелкие интрижки с горничными, которые он себе позволял, оставались тайной за семью печатями. Но и с этим увлечением он решил распрощаться. Новая должность ставила его под микроскоп общественного мнения. Одно дело — знаменитый эколог, человек уважаемый, но малоинтересный для желтой прессы. Совсем другое — еврокомиссар. Тут уж только, живи и оглядывайся. Поэтому сегодняшнее свидание с девушкой Адель должно стать последним. А потому столь желанным.
Глава сто пятнадцатая
Фло застыл в дверях студии. У открытого окна возле пыльной портьеры, собранной в топорщащуюся гармошку стояла синьора Фелиция с сигаретой в руке. Улыбалась фальшивой улыбкой. В спину Фло уперлось дуло пистолета Кутуза.
— Проходи мой дорогой, — пригласила Фелиция.
Пришлось подчиниться. Кутуз вошел вслед за ним.
— Ну, рассказывай, — продолжила Фелиция.
— Это ты сдала меня? — спросил Фло.
— Меня вынудили…
— Комиссар Дюфур?
— Почему он тебя отпустил?
— Не знаю… Тебе-то что? — Фло кивнул в сторону Кутуза — как понимать его пистолет?
Фелиция выбросила докуренную сигарету в окно. Отошла от него. Но приближаться к Фло не решилась. Села на стул возле стола.
— Просто так он бы не освободил. Предложил стучать на нас?
— Предложил, чтобы я дал показания против тебя. Но я отказался.
— Боже, какой герой! Неужели? Решил, лучше мотать срок, чем сдать любовницу? Ха-ха, так я тебе и поверила. Ладно, у меня нет времени разбираться с тобой. Лучший друг — мертвый друг.
Фелиция встала, обошла Фло и приказала Кутузу:
— Заканчивай с ним — после чего вышла из комнаты на лестничную клетку.
Фло растерянно оглянулся на Кутуза. Тот подмигнул:
— Не парься…
И в этот момент прозвучал выстрел, больше похожий на хлопок.
Глава сто шестнадцатая
Фелиция, прикрыв за собой дверь, направилась к лестнице. Но ей дорогу преградил комиссар Дюфур.
— Какая встреча? — улыбнулся он и приложил указательный палец к губам. Фелиция инстинктивно отпрянула назад. И оказалась в руках двух полицейских.
— Почему вы бросили ваших друзей? — поинтересовался комиссар.
— Это их разборки, я не причём, — жестко обозначила она.
Словно в подтверждение её слов раздался пронзительный крик Фло.
Полицейские бросились в студию.
На полу, корчась в конвульсиях, лежал в растекающейся луже крови Фло. А над ним стояли, направив пистолеты друг на друга, Кутуз и итальянец, появившийся из-за пыльной портьеры.
— Опустите оружие — приказал комиссар.
— Я только оборонялся — заявил, обалдевший от происшедшего Кутуз.
Комиссар подошел к умирающему Фло, склонился над ним:
— Эх, парень, не послушал ты меня,… жаль…
Фло издал несколько булькающих звуков и затих. Комиссар обернулся.
— Надеюсь, теперь, синьора Фелиция, вам не отвертеться.
Та смерила Кутуза презрительным взглядом. Прошептала:
— Предатель…
— Падла — отозвался он ей в тон.
Глава сто семнадцатая
Дирк принял душ, надел махровый халат и с удовольствием растянулся на диване. В дверь постучали.
— Открыто! — радостно воскликнул он.
В номере сначала появилась каталка, нагруженная чистым бельем. Нижняя её часть, куда складывалось грязное бельё, было задрапировано белой тканью. За каталкой возникла Гуля, с напряженной физиономией.
— А где Адель? — разочаровано спросил Дирк.
Гуля молча ввезла каталку в номер, закрыла за собой дверь.
— Мне нужно поменять вам бельё, месье де Клерк.
— К чёрту бельё, где Адель?!
— Здесь я — раздался голос из нижней задрапированной части.
И в тот же момент Ада вылезла на свет божий. На ней был маленький форменный халатик и туфельки на высоких каблуках. У Дирка от восторга перехватило дыхание.
— Я вернусь через час — предупредила Гуля.
— Лучше через два,… я тебя сам вызову, а пока иди отсюда — эколог не мог оторвать глаз от Ады.
Она было чрезвычайно весела и игрива. Еще бы! Ведь через несколько часов снова встретится с освобожденным ею Фло, и, наконец-то, почувствует себя в объятиях любимого мужчины. Поэтому часть своего восторга готова была подарить, пожиравшему её глазами, Дирку.
Нужно сказать, что он был весьма хорош собой. Высокий, подтянутый, с крупными руками, гордо посаженой головой, с жидкими светлыми волосами. У него были довольно тонкие черты лица, испещренного мелкими морщинками, и серые глаза. Румянец, заливавший щеки, говорил о высокой стадии его возбужденности.
Как только Гуля прикрыла за собой дверь, он бросился к Аде. Оторвал её от пола и одним движением уложил на диван. Она со смехом поддалась. Помогла ему стащить с неё халатик и трусики. После чего закрыла глаза, предоставив возможность покрыть её тело горячими торопливыми поцелуями.
Напрасно Ада надеялась, что всё произойдет так же быстро, как с шейхом. Дирк оказался изощренным эротоманом.
Глава сто восемнадцатая
Ада никогда не испытывала таких ласк. Он обливал её шампанским, слизывал его с тела, долго облизывал пальцы ног. Заставлял принимать разные эротические позы, ласкал её груди и бедра нежнейшими прикосновениями. Наверное, любая девушка сомлела бы от этих вариаций. Но Ада думала о Фло и сдерживала себя, чтобы не зарядить в липкого любовника бутылкой. Особенно она занервничала, когда он добрался языком до её клитора. Возникли новые, неизведанные ею ощущения. Она почувствовала, как возбуждение вихрем начинает закручиваться внизу живота и испугалась, что её разорвёт на части.
— Ну, же! Ну же! — застонала она и, схватив Дирка за волосы, подтянула его голову к своей груди. — Давай! Входи в меня, я так хочу!
Он подчинился её требованию. Поскольку они оказались на полу, Ада расслабилась и предоставила ему самому нестись на всех парах к своей смерти. Но нужно отдать Дирку должное, он успел довести её до умопомрачительного оргазма. Аде показалось, что она взлетела к потолку и некоторое время кружила по номеру в поисках открытой настежь двери на балкон.
Когда она пришла в себя, дело было сделано. Дирк изогнулся дугой и уперся лбом в толстый ковер. Ада легко оттолкнула его. Тело мягко завалилось в сторону.
Прежде чем пойти в душ, она нашла свои трусики, старательно вытерла ими сперму и положила трусики в пакет.
Теперь осталось привести себя в порядок и дождаться появления Гули с каталкой, в которой она тем же способом вывезет её из номера.
Глава сто девятнадцатая
Они сидели на летней веранде кафе. Рядом плавно разъезжали роскошные автомобили, в основном с арабскими номерами. Неподалёку припарковалась «Ламборджини» из Подмосковья. Юлий Юрьевич листал газету. Ада еще раз просматривала на ю тубе запись сюжета о внезапной смерти Дирка де Клерка. На мониторе её айфона мелькала Гуля.
— Прямо звезда экрана, — не удержалась от комментария.
— Молодчина! Талантливая актриса! — согласился Юлий Юрьевич — Во всех газетах полно её фотографий. А как натурально рыдает? Никто не сомневается в её изнасиловании.
— Офигеть можно! Такой скандал. С шейхом был меньше.
— Больше. Просто ты забыла.
А произошло следующее. После того, как Гуля вывезла Аду из номера, тут же помчалась к менеджеру и сообщила, что её изнасиловал постоялец. Устроила истерику. Тут же была вызвана полиция, все вместе поднялись в номер эколога, нашли его мертвым. Отправили в госпиталь, где установили причину смерти: острая сердечная недостаточность. После чего был произведен обыск в шкафчике Гули. Там обнаружили трусы со следами спермы. Анализ подтвердил принадлежность её де Клерку. После этого все поверили в признания Гули. Она тут же стала жертвой сексуальных домогательств и звездой скандала. У неё постоянно брали интервью, предлагали психологическую помощь, смаковали все новые подробности, которые вспоминала Гуля.