Почти месяц, находясь в нервном состоянии, он решил устроить себе небольшой отдых. Для этого отправил помощника по известному адресу, чтобы тот подобрал девчонку для развлечений.
Филипп отправился в респектабельную сауну, где посетители, сидя в приватной комнате, могли наблюдать за девушками сквозь тонированной стекло. Совершенно обнаженные модельки плавали в бассейне, резвились словно русалки. Филипп взял с собой водителя Тимура, который более точно знал предпочтения шефа.
— По-моему, вон та — Тимур показал пальцем на девицу, расположившуюся в шезлонге со стаканом мохито.
— Думаешь? А может лучше блондинку?
— Нет. У этой нос с горбинкой. Он любит таких строгих.
— А по мне та вон сисястая лучше. И жопа круглее.
— Послушай, Филя. Ты ему привозишь, а я потом отвожу и лучше знаю от каких он ловит кайф, а какие просто для проформы.
— Ладно, берем эту — согласился Филипп.
Глава сто тридцать седьмая
За все время поездки, Ада не задавала никаких вопросов. «Мерседес» свернул с трассы к коттеджному поселку. Здесь в съемном особняке Дмитрий Валерьянович позволял себе расслабляться. Предпочитал исключительно элитных проституток. Очень ценил ухоженность, интеллигентность, наивность. Взглянув на Аду, сразу оценил высокий класс. Совсем не похожа на путану.
— Отлично! — похвалил он и отправил Филиппа отдыхать — Возьми телефоны, говори всем, что я принял снотворное и заснул.
Ада с любопытством рассматривала сенатора. Так его заочно представил Филипп. Крупный мужчина с тяжелым подбородком. Усталыми глазами из-под нависших век. Задорность ему придавал только курносый нос с круглыми ноздрями. Наверное, в гневе он страшен, а так, просто приятный дядечка. На нем были джинсы и белая рубаха навыпуск.
— Что? Нравлюсь? — густым басом спросил Дмитрий Валерьянович.
— Ну, лучше с таким — согласилась Ада.
— Что будешь пить?
— А что вы?
— Минералку. У меня печень.
— Тогда «Мартини» драй.
— Возьми в баре.
Пока Ада налива себе вермут, сенатор продолжал наблюдать за ней. Скомандовал:
— Останься так. Да, да, спиной. Подними юбку. Выше, выше… расставь ноги, откинь волосы. Так, хорошо. Мне нравится. Иди ко мне.
Ада подошла с наполненным фужером.
— Раздевайся.
— Здесь?
— А что?
— Да, ничего.
Она послушно сняла юбку, кофту, осталась в колготках.
— А почему не чулки? — спросил Дмитрий Валерьянович.
— Некоторые любят рвать — нашлась Ада.
Это понравилось Дмитрию Валерьяновичу.
— Ну, расскажи что-нибудь.
И Ада решилась…
Глава сто тридцать восьмая
Откровенные признания поставили его в тупик.
— То есть, если я тебя трахну, то обязательно умру? — недоверчиво спросил он.
— Обязательно — подтвердила Ада. Это признание стало местью Юлию Юрьевичу, которую она придумала бессонной ночью. Теперь, когда рассказала сенатору обо всём, что его ждёт, почувствовала себя победительницей. Пусть они сами разбираются, кого и за что убивать. Она выходит из игры. И не нужно этому дядечке её благодарить. Она не убийца. И больше никогда ею не будет.
Дмитрий Валерьянович оправился от первого шока. Уж больно красочно Ада описала, как он будет умирать. И расхохотался.
— Это такая разводка? Молодец. И что, кто-то ведется на такое?
— Я совершенно серьезно.
— Послушай, детка, за тебя заплачено, и ты тут дурочку не валяй. Сейчас посмотрим, кто из нас умрет.
Сенатор стащил с себя джинсы вместе с трусами. И направился к Аде.
— Послушайте! — воскликнула она молящим голосом — я не хочу, чтобы вы умирали! Поверьте мне! — и, сама не зная почему, опустилась на колени.
В её глазах отразился такой ужас, что Дмитрий Валерьянович слегка оторопел. Задумчиво посмотрел на свой, уже оживший член, потом на перекошенное лицо девчонки и засомневался.
— А почему меня решили убить?
— Не знаю. Что-то связанное с акциями…
Упоминание об акциях подействовало. Сенатор насторожился.
— Кто тебя подослал?
— Этого не скажу.
— Скажешь!
— Нет. Отпустите меня и уезжайте куда-нибудь поскорее.
— Ну, это мы еще посмотрим — разозлился Дмитрий Валерьянович. В голове не укладывалось, что с ним решили покончить таким странным способом. Какой-то бред. Нужно всё проверить до конца.
— Умру, говоришь… — повторил сенатор, снял трубку внутреннего телефона и приказал — Филипп, иди сюда.
Глава сто тридцать девятая
Заспанный помощник не предполагал такого развития событий. Явился в боксерских трусах и майке. Ада поразилась его курчавой волосатости, особенно на плечах.
— Кого ты привёз? — возмущенно спросил сенатор.
— Выбирал Тимур, шеф…
— Она невменяемая!
Филипп уставился на Аду непонимающим взглядом.
— В смысле?
— В смысле не дает! — возмущенно заявил Дмитрий Валерьянович.
— Как это? Мы же заплатили… Ты чего? — обратился Филипп к Аде.
— Не твоё дело, вали отсюда — огрызнулась она.
Филипп растерянно посмотрел на хозяина.
— Ты привез, ты и заставишь её трахаться. Понял? Клади на стол и начинай.
— Только попробуй — угрожающе предупредила Ада.
— Чего насиловать что ли? — не понял Филипп.
— Да. Не знаешь, как это делается? Сейчас объясню!
Сенатор полез в свой портфель, достал пистолет, протянул помощнику.
— Вставляешь дуло ей в рот, и она становится шелковой.
Филипп взял оружие и приблизился. Ада отступила, уперлась задом в стол.
— Ложись — приказал он.
— Не делай этого!
— Ложись! — Филипп снял с предохранителя и для пущего испуга выстрелил в потолок. На головы посыпались хрустальные осколки простреленной люстры.
Ада зажмурила глаза, ощутила губами прикосновение теплого дула, упала спиной на стол и перестала сопротивляться.
— Молодец! Вставь ей по самые помидоры! — поддерживал его сенатор.
Филипп сорвал с Ады колготки, оттянул в сторону трусы и, разгорячившись от собственных действий, принялся её насиловать. Продолжалось это довольно долго. Ада, прикусив губу, старалась не заводиться. Но Филипп с каждой минутой, все глубже проникал в неё, наливаясь сексуальной силой. Он забыл о присутствии Дмитрия Валерьяновича, а тот буквально навис над ними, жадно взирая на судороги искажавшие лицо Ады.
И оно накатило. Филипп ощутил такой взрыв энергии, что его отбросило назад и он, взмахнув руками, повалился под стол. Сенатор обалдел от увиденного. Тоже отпрянул от стола и склонился над помощником.
— Филя, что с тобой? Филя?! — стал теребить его по щекам, и вдруг увидел совершенно остановившийся взгляд.
Ада продолжала лежать на столе. До Дмитрия Валерьяновича, наконец, дошло, что помощник мертв. Сенатор схватил, валявшийся на ковре пистолет, поднялся, и приставил его к голове Ады.
— Говори, падла, кто тебя прислал?!
Ада молча смотрела на разбитую люстру.
— Ничего, сейчас тебя будут пытать так, что вспомнишь всё!
Он взял трубку внутреннего телефона.
— Тимур, мигом сюда!
Ада с трудом встала на ноги.
— Я же предупреждала,… предупреждала — простонала она.
В зале возник запыхавшийся водитель.
— Я здесь, шеф!
Сенатор сунул ему пистолет:
— Нужно вышибить из неё правду.
— А что с Филей?
— Он мертв. Она убила его, а должна была убить меня. Бей её, мучай, кромсай на куски, но выколоти имя заказчика.
Тимур подошел к Аде. Она никак не отреагировала. Закладывать Юлия Юрьевича у неё язык не поворачивался, а значит, нужно было готовиться к худшему.
— Скажи, кто тебя послал? — спокойно спросил Тимур.
— Никто…
Он схватил её за волосы:
— Говори!
Ада вспомнила, что в кино в таких случаях плюют в лицо мучителя. И плюнула. Тимур вытер рукой плевок.
— Давай, давай, — истерично воскликнула Ада.
Тимур поднял пистолет, отпустил её волосы, отвернулся от неё и выстрелил.
Дмитрий Валерьянович даже не охнув, повалился на ковер рядом с помощником.
Глава сто сороковая
Ада от испуга спряталась за стол. Ей показалось, что второй выстрел будет в неё.
Тимур вытащил из кармана платок, стер с пистолета отпечатки пальцев и вложил его в мертвую руку Филиппа. Потом жестом приказал Аде одеться и следовать за ним. Она, не будучи способной вымолвить и звука, подчинилась.
Уже в машине спросила:
— Ты кто?
— Для тебя никто. Забудь, — ответил он, глядя на освещаемую фарами лесную дорогу.
Как только выехали на трассу. Тимур достал мобильный. Позвонил.
— Это Тимур. Пришлось вмешаться. Нормально. Едет со мной. Куда отвезти? Хорошо.
Закончив разговор, вытащил из телефона симку, выбросил её на шоссе.
— Куда меня?
— Велено домой. Где живешь?
— На Больших Каменщиках,… что со мной будет?
— Слушай, — Тимур развернулся к ней — а как это ты их убиваешь? Ни за что бы не поверил.
— Не я. Они сами.
— Брось трындеть. У тебя там какой-то яд внутри?
— Да — согласилась Ада, лишь бы не продолжать разговор.
— А для самой не вредно?
— Как видишь…
— Ну и зачем нужно было заваливать Филиппа? Классный парень, недавно двойня родилась. Он-то причем? Я ему десятку должен. Теперь придется, наверное, жене отдать…
— Я не хотела… — захлебываясь слезами, выдавила из себя Ада.
— В каждой работе бывают издержки — согласился Тимур.
Глава сто сорок первая
Прошло несколько дней. Всё это время Ада со страхом смотрела на телефон, ожидая звонка Юлия Юрьевича. Впрочем, он мог явиться и без звонка. Поэтому никуда не отпускала Нинку.
Дане о произошедшем решила не рассказывать. Смерть невинного парня подействовала бы на него угнетающе. Он только начал восстанавливаться после потери Игоря. Нинка кормила его, как ребёнка, чуть не из ложечки. Старалась показать свою незаменимость в доме. Смотрела на Аду с собачьей преданностью.