Глава четвертая
Госпожа Эрина уезжала на бал вместе с Кармэллой. И если ее дочь выглядела так, будто ее сначала окунули в клей, а потом в залежи драгоценностей, то платье самой Эрины было все же поскоромнее. Но при этом все равно роскошнее, чем мое. А я еще переживала, что буду слишком выделяться… Да если все остальные так расстараются, как эти двое, то меня вообще никто не заметит. Но справедливости ради, Кармэлла и вправду выглядела сногсшибательно, не зря столько времени готовилась. Причем, похоже, совсем не волновалась. Так и излучала тотальную самоуверенность. Мне даже жалко стало бедных темных…
– Жаль, что ты все же не передумал, – сказала госпожа Эрина сыну настолько апатично, словно на самом деле ей было глубоко плевать. – Как наследник рода ты должен присутствовать на подобных мероприятиях.
– Может, до конца вечера и передумаю, – Грон хитро переглянулся со мной.
Но мать его слова пропустила мимо ушей. А Кармэлла уж подавно на нас внимания не обращала, рвалась поскорее уехать.
Мы с Гроном проводили взглядами их удаляющуюся в сумерках карету и вернулись в холл.
– Ну что, Дэрия, времени у нас не так много. Хорошо бы успеть на бал до наступления темноты, но это вряд ли… Тебе долго собираться?
– Только переодеться.
– Да ты вообще идеальная! – Грон аж восхитился. – Кармэлла бы часа три перед зеркалом проторчала!
Так Кармэлла и выглядит как настоящая королева. Но я, в конце концов, не красоваться туда еду.
Пусть очень старалась не волноваться, но нервы с самого утра были уже на пределе. Лишь бы только Джорин оказался прав, и на деле все будет далеко не так страшно.
Едва я успела в моей спальне переодеться в бальное платье, как объявился Джорин со словами:
– Ты как, уже готова? – но тут же даже в лице изменился.
– Что-то не так? – опасливо уточнила я. – Платье, думаешь, слишком заметное?
Хранитель покачал головой.
– Просто ты очень похожа на Эльвину… Сейчас особенно в глаза бросилось…
– Эльвину? – мой голос дрогнул. – Так звали маму?
Джорин кивнул, но тут же сменил тему. Хотя даже не знаю, кого он больше хотел отвлечь: меня или все же себя самого.
– Уже когда будешь во дворце, в твоем сознании начнут возникать нужные образы, которые я сегодня во сне заложил. Следуй им и не заблудишься, найдешь святилище без проблем. Я пока брошу все силы на то, чтобы прикрывать твою магию. Даже если кто решит проверить, увидят лишь обычную эльмарийскую. И еще, крайне важный момент. Когда ты наберешь в фиал тьму, он исчезнет. Не пугайся, это совершенно нормально. Ты сможешь снова его материализовать, когда окажешься в безопасности. Но нам эта нестабильность тьмы только на руку, так тебя точно никто не улучит в воровстве.
Внимательно слушая Джорина, я стояла напротив зеркала и аккуратно закрепляла золотистые бутоны в прическе. Волосы в замысловатый пучок мне служанка уложила еще утром, выглядело все до сих пор идеально. Вот только внешний вид меня сейчас мало интересовал. Я все эти дни откладывала один вопрос, но сейчас не могла не озвучить:
– Джорин, а что будет с тобой, когда я вернусь на Землю?
– То же, что и было все эти восемнадцать лет, – он пожал плечами. – Проведу остаток времени в мире духов. Я существую, пока есть хоть один представитель твоего рода. Только он на тебе и оборвется. Безмагический мир в итоге все равно неумолимо сведет твою силу на нет, и потомству она уже не перейдет. И когда исчезнет твоя магия, исчезну и я. Но ты не думай об этом, – дух ободряюще улыбнулся. – Твоей вины в том нет. Ты не виновата, что осталась единственной в роду. И я очень горд, что у тебя хватает смелости не плыть покорно по течению, а выбирать свой путь и следовать ему.
Я смотрела на Джорина и кошки на душе скреблись нещадно. Пусть не материальный человек, но все равно единственный, кого я могу назвать родным. И фактически я его обреку на неумолимое забвение…
Джорин явно догадался, о чем я думаю. Очень серьезно возразил:
– Увы, но реальность такова, что шансы погибнуть здесь для тебя куда выше. И меня в любом случае не станет. Я создан для того, чтобы оберегать твой род. А в сложившихся обстоятельствах лишь в другом мире ты и вправду будешь в безопасности. Так что отбрось все эти сомнения, – и с деланной суровостью добавил: – И вообще, тебе нужно поспешить. Нехорошо опаздывать на такие важные мероприятия.
Как мы с Гроном и условились, встретились у черного входа. Мой псевдобрат щеголял в роскошном темно-зеленом камзоле и лучился хорошим настроением. Похоже, даже готов был закрыть глаза, что на балу будут столь нелюбимые им темные.
– Ну что, прекраснейшая леди Дэрия, готова? – по-джентельменски распахнул мне дверцу ждущей кареты.
Я чуть нервно поправила перчатки.
– Готова. Только, Грон, нас же наверняка на балу засекут.
– Ты про мать с Кармэллой? Да ты знаешь, все же не проблема. Я скажу, что резко передумал и тебя уговорил со мной поехать. Так что вся ответственность целиком и полностью на мне. Только если вдруг решишь из-под носа у Кармэллы темных уводить, тут уж я не причем, сами разбирайтесь. Мне слишком дорога моя жизнь, чтобы я лез в разборки собственных сестер.
Я не удержалась от улыбки. Излучаемое Гроном отличное настроение явно оказалось заразно. Как все-таки хорошо, что он поедет со мной! И вправду, чего мне бояться? Джорин прикроет, Грон приободрит. Я даже иначе взглянула на сложившуюся ситуацию. В конце концов, я не так уж часто хожу на балы, чтобы в этот один-единственный раз в жизни все время нервничать.
Уже когда карета тронулась в путь, Грон в который раз повторил:
– Так, сейчас мы до портала, оттуда прямо во дворец попадем. Опоздаем, конечно, немного, но не суть. Ты же не расстроишься, если пропустим приветственные речи императоров?
– Нет, хотя на самих императоров взглянуть очень даже любопытно, – я улыбнулась.
– Ну, наш низенький и лысый, а данготарский высокий и седой. По крайней мере, так они выглядели в прошлом году, когда я был на этом балу. О, кстати! – вдруг спохватился он, даже на сидении подскочил. – Я же совсем забыл тебе сказать! Тирен ведь тоже сегодня там будет!
– Тирен? – что-то я запамятовала, о ком вообще речь, хотя имя и показалось знакомым.
– Так именно его же наша матушка рассматривает как главного кандидата в твои мужья. Она разве тебе не говорила? – удивился Грон.
Она говорила это Кармэлле, а я нагло подслушала.
Я покачала головой.
– Значит, она хочет сделать тебе сюрприз, – Грон даже в этом нашел положительный момент. – И пусть я сюрприз испортил, но зато сегодня уже познакомишься с будущим мужем. Нет, ну ты только посмотри, какой у тебя знаменательный день!
Амир
– Совершенно не понимаю, к чему такая скрытность, – Сеймур взял бокал с подноса проходящего мимо лакея, но так резко, что едва не пролил вино на свой камзол. – Ты вот не скрываешь, что все еще избранницей не обзавелся, но к чему это остальным? Ладно, я могу допустить, что Вейран что-то эдакое задумал. Но Гиант с Литаном? На этих-то что нашло?
– Все просто, на самом деле, – Амир внимательным взглядом скользил по залу: пока все знакомые лица, никого нового… – Все ждали этого бала, чтобы выбрать кого поинтереснее. Например, Альмию.
Сеймур аж поперхнулся.
– Жрицу темной богини? Ты серьезно? Но это же…это…
– Правилами не запрещено, – Амир хитро улыбнулся другу, – так что никаких проблем не будет.
– Мда, – мрачно буркнул тот. – Похоже, я единственный, как честный идиот, поставил метку той девушке, которая попросту мне нравится… Слушай, так потому ты с меткой тянул? Именно на Альмию нацелился? И остальные тоже? Что же, вы тут вчетвером устроите бой насмерть за право назвать ее своей избранницей? Хотя чего это я… Только Вейран осмелится против тебя выступить, да и то не факт.
– Даже если осмелится, что толку? – Амира это совсем не волновало. – Альмия знает о моих намерениях и, естественно, будет ждать именно меня. Все уже условлено. Так что остальные заранее пролетели.
– О, какая встреча! – подошедший Фетар улыбался так радостно, словно готов был друзей вот-вот стиснуть в своих объятиях. – Это сколько мы не виделись? Полгода? Что-то вы все не меняетесь и не меняетесь! Берите пример с меня!
– А что в тебе изменилось? – Сеймур с улыбкой похлопал его по плечу. – Появилось серьезное отношение к жизни? Философский взгляд на мир?
– Усы. Я отрастил усы, – хохотнул Фетар.
Поприветствовав друга, Амир слушал вполуха. Внимание привлекли то тут, то там мелькающие седовласые мужчины. Такое впечатление, что кого-то высматривают… Но кого, интересно?
– Слушайте, вы не в курсе, с чего вдруг кроме обычной охраны тут еще и Призраки? – хмуро произнес он. – В Данготаре творится что-то такое, о чем я почему-то не знаю?
– Боюсь, кроме самих Призраков, об этом вообще никто не знает. Как и всегда, – Сеймур пожал плечами. – Может, в этот раз опасаются покушения на императора или еще чего. А, может, охрана усилена как раз из-за ожидаемого прибытия темных жриц?
– О, тут жрицы будут? – изумился Фетар. – Серьезно?
– Еще как. Амир, вон, намерен Альмии метку поставить, у них вроде как условлено.
– Кто бы сомневался! У кое-кого как всегда все продумано, да?
– Не люблю сюрпризы, – Амир усмехнулся. – Особенно в таких важных сферах жизни, – но уже серьезно добавил: – Пусть для вас это лишь своего рода развлечение, но я намерен заполучить престол. И, естественно, среди избранниц победит самая лучшая. Сами понимаете, жрицу темной богини никто не превзойдет. А лично мне это крайне выгодно. При условии именно моей изначальной метки союз с Альмией упрочит мою власть настолько, что, весьма вероятно, императорская династия больше не будет меняться.
– Все логично, конечно, – Сеймур успел ухватить еще бокал вина с подноса прошедшего мимо лакея, – никто и не спорит.
Но Фетар все же возразил: