Я бы узнала их из тысячи! Неужели…
– Господин генерал, всё готово к отбытию, – к нам подошла главная ведьма и сомнения развеялись окончательно.
Это действительно Гаррет и, кажется, меня пока не собираются убивать.
Только вместе с радостью и облегчением пришло жгучее смущение. Я вновь вспомнила чарующие сновидения, всё это время сводящие меня с ума. Видел ли он их также ясно, как я? Или это лишь плод моего воображения?
Я так много хотела спросить, и не только о снах. Как он оказался в храме три года назад? Зачем спас меня, рискуя собственной жизнью, и вынес из бушующего огня?
Вопросов осталось много, но оживление мгновенно сменилось страхом.
Впервые за долгое время будущее было скрыто туманом. Я понятия не имела, что ждет нас впереди и как нужно действовать, дабы не навлечь беду.
Кажется, я и впрямь слишком привыкла полагаться на видения сестры….
– Активируйте купол, – голос Гаррета вырвал из размышлений, а через миг он убрал клинок в ножны и подхватил меня на руки!
– Что вы… – дыхание перехватило, а чужие прикосновения обожгли кожу даже сквозь плотную ткань.
В Алой цитадели лишь единицы могли дотронуться до меня и Лораны, не лишившись при этом головы.
– Вы едва стоите на ногах, а нам нельзя задерживаться, – пояснил Гаррет, направляясь в чащу.
Ведьма, помогающая Лоране, тенью последовала за нами.
Она ничего не сказала, а ониксовая маска не позволила мне увидеть ее эмоции, но почему–то я не сомневалась, что выходка Гаррета шокировала не только меня.
Он даже не спросил, кто я и как оказалась среди мятежников? Не видел раненых и помогавших мне призраков… Зато вел себя настолько уверенно, словно пришёл именно за нами!
А может он почувствовал мою магию? Поэтому представился Смертью?
Отчего-то вспомнился другой Акен. Тот, чья энергия отличалась от настоящего Стража и после которого всегда приходили эти странные сны. Я практически уверена, что Гаррет как–то связан с ним!
Если он и впрямь умеет влиять на будущее, значит способен и предсказывать его. Тогда моя магия…
Я до боли прикусила язык, удерживая рвущиеся на волю вопросы.
Хотелось спросить в лоб, что он задумал и почему помогает нам. Но если хочу выжить и уберечь сестру, придётся действовать осторожно.
Моя магия очень ценная, и если Ангаарх не смог с её помощью подчинить призраков, значит навык нельзя отобрать силой. А это огромный козырь! Я смогу торговаться.
Пока размышляла, Гаррет свернул к реке. Я не представляла, как он собрался переправляться, но едва подошли ближе, увидела сидящего на камне Акена.
Он задумчиво поигрывал золотой монетой, пропуская её сквозь пальцы. И блеск зачарованных граней притягивал взгляд, рассекая ночную темноту всполохами магических искр.
Я невольно напряглась. После того, как самовольно использовала его магию, ждала от Стража праведного гнева, но заметив меня, Акен лишь рассмеялся, на миг напомнив Гаррета.
– А вот и моя сменщица, – беззлобно фыркнул он, а затем спрятал монету в карман и, потянулся за веслом. – Держи!
– Что держать? – растерянно прошептала.
– Весло, – невозмутимо отозвался Страж. – Я давно хотел отдохнуть, и раз ты так любезно примерила мою роль…
– Прекрати, – отрезал Гаррет и произнес несколько фраз на неизвестном языке.
Акен вмиг посерьёзнел.
– Мы еще вернёмся к этому, – добавил, окинув меня многозначительным взглядом, – а пока размещайтесь, – скомандовал, вернувшись к ладье.
Мы с Гарретом, верховная ведьма и женщина, несущая Лорану, последовали за ним. А через миг из тумана появились другие лодки и мятежники принялись быстро грузиться.
Мысли лихорадочно заметались. В прошлый раз Акен высадил меня здесь и сказал, что дальше начинается Нижний мир. Что изменилось теперь? Почему все так спокойны?
Неужели… лагерь повстанцев находится за гранью?! Но ведь это невозможно!
Могущественные некроманты могли ненадолго открывать врата и входить в призрачные чертоги. Но ни одна магия не способна надолго защитить живых от вампирской энергии Нижнего мира.
Я осторожно выглянула из-за плеча Гаррета. Хотела осмотреться, но реку стремительно окутывал туман. Густой и непроглядный. Он всегда следовал за мятежниками, ослепляя чудовищ. Увы, самих повстанцев он также не щадил.
Внутри молочного кокона невозможно сражаться с помощью обычного оружия, использовать боевую магию или артефакты. Туман выпивал любого, кто пытался нарушить это правило, поэтому Гаррет применял его лишь отступая или, наоборот, когда готовился к осаде и хотел скрыть реальное количество сил.
Выходит, бой и впрямь окончен. Но сейчас меня волновало другое.
Если это действительно туман Мёртвого мира, как Гаррет сумел подчинить то, что подвластно лишь Смерти?
Он ведь… А кто он, собственно?
О легендарном генерале знала лишь то, что он пришёл из другого мира. Его называли тёмным фениксом, но я не чувствовала от него родной магии. На дракона или оборотня он тоже не походил. Ещё эта шутка про Смерть… Или это не шутка?
Внимательно присмотрелась к странной маске. С такого ракурса видела лишь подбородок и пугающие зубы. Явно не человеческие – слишком мощные клыки. Скорее, похоже на череп какого–то чудовища…
– Это ритуальная маска Теневого владыки, – хриплый голос Гаррета скользнул по коже обжигающим ветром.
Одна фраза, а я будто очутилась посреди пустыни, и леденящие душу туманы сменились палящим солнцем и зноем. Даже во рту пересохло…
– Тени… Имеете в виду детей Бездны? – удивилась.
Так называли Первых. Безликих и неимоверно могущественных сущностей. Тех, кто появился раньше всех миров, когда во вселенной была лишь Бездна – бесконечная река Хаоса, чьи запасы магии невозможно истощить.
Позже эта река стала нитью, на которую Творец нанизал свои легендарные Жемчужины. Но мало кто помнил, что Бог был потомком Теней и именно они подарили ему Силу создавать новые миры.
– Да, речь о Первородных, – ответил Гаррет.
– Я считала, что у них нет лица…
– Оно скрыто тьмой и увидеть его могут лишь избранные. Если истинная Тень покажет тебе своё лицо, значит ты для неё значишь больше целого мира.
В голосе Гаррета проскользнула едва уловимая грусть. Я хотела спросить, откуда ему так много известно о Первых, но в небесах раздался рёв.
Оглушительный, дикий, полный ярости и разочарования. Солдаты Ангаарха только начали теснить мятежников и не собирались отступать, но подняв взгляд я заметила одну странность.
Всполохи затухающей грозы ещё позволяли рассмотреть силуэты чудовищ и повстанцев. Они стремительно размывались, скрываясь за туманами, но всё же я успела заметить, как много их было.
До этого думала, что Гаррет отвел часть войск, чтобы отбить раненого дракона и его всадницу. Но получается маги, которых я видела внизу, не участвовали в воздушном сражении? Тогда что они делали внизу? Почему сразу не напали на Северную башню, а выжидали?
Вопросы множились и складывалось устойчивое впечатление, что воздушная атака изначально служила отвлекающим манёвром. Мятежники не собирались пробиваться вглубь столицы и знали, что даже захватив её, впоследствии не смогут удержать.
Но всё же они чего–то добивались и явно преуспели, иначе не выглядели бы так спокойно и уверенно.
Королева… мятежница… Неужели Гаррет нашёл ту, которую так долго искал?
Если верить снам, они пришли за мной. Тогда зачем Акен отпустил меня в первый раз?
Чтобы говорить с Гарретом на равных и что-то предлагать, мне нужно чётко знать его цель и свою ценность. Действительно ли мятежники так сильно нуждаются в магии Мёртвого пламени, что рискнули штурмовать ради него столицу? Или я по–прежнему упускаю главное?
Во имя Первого феникса, как же мне во всём разобраться и… уцелеть?
Внезапно ощутила чей-то напряжённый и злой взгляд. Меня ненавидели так сильно, что это ощущалось физически.
Оглядываться сразу не стала, но вскоре принялась вертеть головой, делая вид, что осматриваюсь. Внутри туманного кокона видимость вполне терпимая, к тому же ауры живых магов светились во тьме.
Мы спустились в Нижний мир и выделялись на фоне местных обитателей.
Взгляд стал более жгучим и, извернувшись, я заметила позади ночную ведьму. Миниатюрную, ладную, с роскошной белой косой. Она не прятала её как другие, а гордо перекинула через плечо.
Женщина генерала? Или ей просто не нравится, что в лагерь пустили чужаков?
В любом случае, нужно быть осторожной. Эмоции ведьмы слишком яркие и нестабильные. Она жаждет действовать и наверняка попытается либо разобраться со мной лично, либо подставить. А мне не нужны проблемы. Тем более, я не могу допустить, чтобы она навредила Лоране.
Для нас защита Гаррета – единственная возможность выжить и уцелеть. Я не собираюсь лишаться ее из-за одной недовольной! Но пока лучше молчать, слушать и наблюдать.
Тем более туманы Нижнего мира начали расступаться, а пейзаж стремительно менялся. Безжизненный пустырь исчез и всё заиграло пёстрыми красками.
Сочными, неестественно–яркими, словно сотканными из снов и фантазий.
Пурпурная трава, стелющаяся между искрящимися, похожими на янтарные глыбы камнями. Деревья с алой корой и сапфировыми листьями. Цветы с огромными бутонами и лепестками разного цвета…
Зрелище завораживало, но глаза быстро устали от избытка красок, а выпорхнувшая из-за скалы бабочка, величиной с дракона, и вовсе напугала до дрожи!
– Не бойся, она не опасна, – заверил Гаррет.
– Что это за существо? – удивлённо прошептала. – И… где мы?
– Все, что ты сейчас видишь – это очень старый набросок Творца. Один из тысячи эскизов, впоследствии ставших Сольвингардом, – Гаррет неожиданно перешел на “ты”, но меня так поразило зрелище и его слова, что я не придала этому значения.
Подумать только… набросок нашего мира!
– Бездна, в которой родился Творец, значительно отличается от созданных им миров, – продолжил Гаррет, – её цвета более насыщенные и имеют множество оттенков. Глаз простого смертного не способен в полной мере оценить всего великолепия этой картины.