– Твое плетение не имеет к этому отношения, – заверил Гаррет.
– Но Пожиратель видел нас! Я чувствовала его взгляд…
– Он следит за вами последние три недели.
– Что? – от шока я едва не выронила флакон с противоядием.
– Пожиратель следил за вами последние три недели, – повторил Гаррет. – А я за ним. Мы ждали этого прорыва. И больше всего я боялся, что он случится под цитаделью до того, как вы успеете её покинуть.
– Прорыв у Вивернового полигона… – растерянно прошептала. – Когда мы сбегали, случайно подслушали разговор стражников. Они говорили о монстрах и Тенях, проникнувших на нижние уровни.
– Ангаарх до сих пор закрывает разрывы, – в глазах Гаррета вспыхнуло зловещее пламя. – Монстры выполнили за нас большую часть работы. Жаль, не удалось уничтожить все резервные тела…
– Ты был в лаборатории?!
– Думаю, ты и сама догадалась, что нападение на столицу было отвлекающим манёвром. Настоящая цель – уничтожение кукол Повелителя Пустоши и освобождение вас с Лораной.
О последнем я уже знала, о первом догадывалась, но услышав об этом от Гаррета, всё равно опешила. Не думала, что он лично спускался в подземелья.
– Это же самоубийство! Охранный купол над лабораторией…
– Я готовился к этой вылазке три года, – перебил Гаррет. – Прости, что не удалось прийти раньше и вам пришлось пережить весь этот ужас…
– Нет… не извиняйся… – отшатнулась и до боли прикусила губу.
Мысли путались, а реальность размывалась, переплетаясь со снами и странными догадками.
Возможно, когда–то мы были знакомы. В другой жизни, в другом мире… Я не могла спросить напрямую. Знала, что он не ответит. Гаррет уже намекал на какие–то правила и запреты. Но это не могло быть совпадением!
– Сола…
– Спасибо, что забрал нас из Тьмы, – улыбнулась, едва сдерживая слёзы, – но я не готова сейчас говорить об этом. Прости… слишком много для одного дня. Лучше расскажи побольше об этой вылазке, и почему чудовище охотилось на нас? Я думала, обитатели Бездны чувствуют чистые души и не трогают их!
– Это касается только неупокоенных. Тех, кого в цитадели называют низшими Тенями, – пояснил Гаррет. – Они мстят Ангаарху и опасны лишь для его слуг. А монстры Паутины не различают свет и тьму, они уничтожают всё живое.
– Маркус сказал, что для Пожирателей второго уровня кровь Ангаарха – особенная. Они реагируют только на неё…
– Монстров второго уровня ещё называют брызгами. Проще говоря, это фантомы, отделившиеся от основного Пожирателя. Когда Ангаарх сбегал от Тельрааха, его кровь разлилась по Паутине и позже из неё возникли его собственные копии. Только более слабые и безумные.
– Ещё одни запасные тела? – удивилась.
– Нет, скорее, главные соперники. Брызги не подчиняются своему хозяину и жаждут уничтожить его также, как тот мечтает убить Тельрааха и забрать всю его Силу.
– Поэтому они так хорошо чувствуют нас… – догадалась.
Его плоть и кровь… дети Тысячи грехов…
– Я знаю, как защитить вас, – заверил Гаррет. – Но вернёмся к Ангаарху и нашей вылазке. До тех пор, пока у него останется хоть одно запасное тело – он непобедим. Но окончательно уничтожить дух Повелителя Пустоши может только магия Воительницы.
– Поэтому я должна как можно скорее начать тренировки со Стражем, – догадалась. – Я готова. Кэйгар сказал, что это поможет и Даррелу…
– И всему штабу, – обнадежил генерал. – Сейчас твоя магия действительно опасна. Фантомное зрение не имеет отношения к прорыву, но если используешь хоть одно мощное заклинание, можешь спровоцировать раскрытие осколка прямо в штабе.
От его слов пробрал озноб. Я не думала, что всё настолько серьёзно…
– Не волнуйся, сейчас у тебя недостаточно Силы, чтобы провернуть подобное. Но пока Кэйгар будет лечить твои крылья, часть способностей придётся запечатать.
– Я согласна.
Больше всего боялась, что моя магия поставит под удар остальных. Дар феникса – живое пламя, неукротимое и дикое. Его нельзя погасить, пока жив хозяин этого огня. И даже находясь под контролем, оно будет вспыхивать алыми искрами в его ауре и тени.
Огненный флёр, безумство стихии. Я знала десятки названий, но ни одно из них не отражало нашей Силы в полной мере. И сейчас чувствовала, как вокруг меня пляшут родные икры.
Совсем крохотные, едва уловимые. Слишком слабые, чтобы соткать из них полотно заклинания, но как только крылья начнут восстанавливаться, из мельчайшей искры вспыхнет штормовое пламя.
Я могу не колдовать осознанно и не призывать Дар, как советовал Кэйгар, но унять флёр полностью мне не под силу, как бы ни пыталась. Этим фениксы и похожи на истинных Теней.
Целитель, мессир Рубинового Пламени и Гаррет. Я слышала их мощь, она бурлила и заполняла собой всё вокруг. Но вдруг мне вспомнилась наша встреча в храме.
– Когда ты вытащил меня из огня, я не чувствовала огненного флёра.
– Я умею скрывать его от монстров и ищеек Ангаарха. И научу этому вас с Лораной. Но это сложно и потребует времени. Так что…
– Блокиратор лучшее решение, – кивнула. – Только я сомневаюсь насчёт сестры. Она серьезно больна, в её теле почти нет магии. Все крохи Силы уходят на постоянную регенерацию, и если надеть на неё блокиратор…
– Мы заблокируем огненный Дар, но мой брат поделится с ней магией, – заверил Гаррет.
– Страж? – опешила. – Но он и так уже помог.
– Речь идёт о гораздо больших вливаниях Силы. Фактически, он временно заменит её Искру своей и станет для неё магическим донором.
– Как я для…
– Нет! То, что творил Ангаарх, не имеет к этому никакого отношения, – в глазах Гаррета вспыхнул гнев, – у брата достаточно Силы, чтобы помочь Лоране. А моей магии хватит, чтобы защитить тебя и помочь восстановить твои крылья.
– А зрение…
– Нет, полностью вернуть Лоране зрение Страж не сможет, – вздохнул Гаррет. – Прости. Для того, чтобы полностью нейтрализовать яд Расколотого времени, нужны лепестки и стебли Дыхания тьмы.
– Кейгар сказал, что оно растёт только на дне Бездны.
– Мы вернемся к этому, но чуть позже, – заверил, – что касается магии брата, она поможет Кэйгару ускорить регенерацию Лораны и залечит разрывы на ауре. Заодно полностью скроет её от поисковых плетений Ангаарха и щупалец тварей.
– И мы станем не опасны для штаба?!
– После этого ни один монстр не сможет почувствовать вашу Силу, – подтвердил Гаррет. – Да, возникнут другие сложности, временная замена Искры не проходит незаметно. Но других вариантов нет. Зато наша магия позволит вам продержаться, пока не научитесь сами скрывать флёр.
– А блокираторы…
– Первое время их придётся носить, чтобы гасить вспышки вашей Силы. На нашу магию они не будут действовать.
– Даже не знала, что такое возможно, – опешила.
– Это необычные блокираторы, – усмехнулся Гаррет, и меня вдруг осенило.
– Выходит, мы здесь не одни такие проблемные?
– Нет. В штабе много таких магов. И поначалу они также, как и вы, представляли опасность для окружающих и приманивали монстров. Только других.
От сердца сразу отлегло. Если наш случай не уникален, то проблем возникнуть не должно.
– Насчёт брата… – Гаррет на миг запнулся. – Я бы хотел помочь вам обеим, но мою Силу аура Лораны отторгает. Зато энергия Стража подходит ей идеально. Думаю, ты и сама это заметила.
– Он поэтому приходил к лазарету? – догадалась, вспомнив, как Акен замер напротив нашего окна и, с какой радостью сестра отреагировала на его появление.
По какой–то причине Страж понравился ей моментально и безоговорочно.
– Нет, все тесты мы провели ещё в лодке, на подъезде к лагерю – признался Гаррет.
– Тогда зачем…
– Твоя сестра обладает уникальным Даром. Она видит сразу десятки вариантов будущего и для этого ей не нужна Петля времени, – пояснил Гаррет. – Такой магией владеют лишь Пряхи и пророки, отмеченные их благословением.
Перед глазами потемнело…
– Нет! – в ужасе отпрянула. – Пожалуйста, пусть это будет ошибкой…
Осеклась и опустила взгляд.
Слова причиняли боль, я не могла продолжить и сказать вслух, что у меня отберут сестру… Ведь те, кто принял благословение Прях, не имеют права оставаться среди смертных.
– Прядильщица Судеб, – прошептала словно в трансе.
Проклятье и честь в одном флаконе. Невероятное могущество и власть, отражённые в танце с бесконечным холодом и одиночеством.
У Ткачей нет чувств и права на живые эмоции. Им неведомы слабости и привязанности, а их глаза одновременно слепы и всевидящи.
Им ведомы все тайны Паутины миров. Они обязаны вечно служить Равновесию, переплетая нити Судьбы и охраняя веретено времени. Вот только в борьбе за сохранение целого мира они часто пренебрегали судьбами сотен и даже тысяч смертных.
Я ненавидела их, хотя знала о Ткачах лишь из рассказов и воспоминаний матери.
– Нет! Не позволю превратить сестру в чудовище! – воскликнула.
– Сола, успокойся, – Гаррет вмиг оказался рядом, накрывая ладонями мои дрожащие плечи. – У Лораны будет выбор. Клянусь.
– Но ты же сказал…
– Её магия ещё не раскрылась в полной мере, сделать из неё истиную Прядильщицу Судеб может лишь Элейна. Но Страж не хочет отдавать Лорану, поэтому нарушил правила и переплёл её магию со своей, не спрашивая разрешения.
– Не хочет отдавать? – зацепилась за его слова.
– У нас обоих свои счёты с Ткачами и даже Пряхами, – уклончиво ответил Гаррет. – Возможно, когда-нибудь я смогу рассказать…
В его голосе промелькнула застарелая боль. Я не знала что произошло, но продолжать тему не стала, хотя вопросов осталось ещё много.
– Лорана не захочет становиться Ткачом, – уверенно ответила. – Она…
– Слишком живая и не сможет добровольно отказаться от чувств и эмоций, – закончил за меня Гаррет, – но проблема в том, что её Сила продолжит расти, а пророк, отказавшийся от превращения в Ткача, может погибнуть, заблудившись в собственных видениях.
– Как этого избежать? Я сделаю всё…