За ангаром я медлила. Прислушивалась, приглядывалась — вокруг не было ни души. Я обогнула дровяные склады, добежала до забора, с третьей попытки нашла нужные камни, и в глухой кладке образовался проход. Я без раздумий нырнула в образовавшуюся брешь, выскочила с другой стороны и замерла, прижимаясь к стене. Слушала, как подвижный фрагмент встал на место.
Никто не торопился меня обличать. Неужели Вито допустил осечку? Сама мысль о том, что я сумела обвести вокруг пальца своего хитроумного мужа, наполнила детской радостью. Так щекотало в груди, когда получалось сделать Финее какую-нибудь мелкую ответную гадость. И это показалось добрым знаком, который прибавил оптимизма.
Я поспешила отойти подальше. Узенькая дорожка, судя по всему, протоптанная немым слугой, была хорошо различима на крутом каменистом склоне. И задерживаться на ней было плохой идеей. Не хватало только наткнуться на Чиро.
Я спускалась, хватаясь за ветки. Тропка змеилась вниз по краю обрыва, и я остановилась, чтобы осмотреться. Далеко правее виднелись очертания Лисьего носа. Внизу расстилалась знакомая долина. Выгоревшая, зелено-желтая с южного края. В центре — насыщено-изумрудная. И коричнево-серая у графитной кромки Мертвого леса. Надежды Лало не оправдались — Мертвый лес не ожил. И я с облегчением выдохнула: значит, Король леса не ушел…
Я спустилась в долину под самый обрыв, недалеко от того места, где падала зимой. Остановилась, чтобы перевести дух. Жара была невыносимой, и я пожалела, что не взяла с собой воды. Даже трудно было представить, что все это пространство не так давно было завалено снегом. Я проверила заклинания в рукаве, зеркальце за корсажем. Позвать Желтка прямо здесь не решилась — грифоныш стал слишком большим с магических орешков и будет заметным сверху. Не стоит глупо рисковать.
Я пробиралась под обрывом в сторону леса, держа наготове заклинание от морозного зверья. Знать бы, насколько далеко на север они ушли, и сколько времени придется блуждать в поисках Короля леса. И найду ли? Я все еще не знала, как поступлю, встретив его. Все будет зависеть от того, что увижу.
В последнее время я постоянно возвращалась в памяти к нашему разговору с Вито. Тогда, весной. Когда он признался, что отравлен. Он сказал, что не видел зверя целиком, настолько тот был большим. Лишь фрагменты чешуйчатого тела. Но сейчас я склонялась к мысли, что сыграл роль страх за отца. Вито не лгал — в тот ужасный миг он так запомнил.
Еще в дороге его рассказ не давал мне покоя, хоть я ни словом не обмолвилась. Он бы злился. Я перерыла много книг, пытаясь выяснить реальные габариты чудовища. Это было важно, чтобы правильно составить заклинание. Оно должно быть соразмерным. Но наверняка узнала только одно: Король леса был зверем внешней стороны, а эти твари никогда не превышают размера трех коров. В сравнении с Желтком — почти ерунда.
Я так задумалась, что не сразу уловила перемену. Остановилась, осматриваясь. Я уже миновала изумрудную часть долины. Буйная сочная зелень осталась позади, а вокруг теперь царило осеннее увядание. И стало холодно… Казалось, еще пара десятков шагов, и от горячего дыхания будет клубиться пар. Вдалеке, между голыми стволами деревьев уже виднелись белые пятна снега. Вот, глупая! Почему я не догадалась взять с собой плащ? Но значил ли этот холод, что Король леса совсем близко? Это мне было только на руку.
Я снова проверила заготовленное заклинание, достала было зеркало, чтобы позвать Желтка, но передумала. Желток и змей сразу учуют друг друга. И змей наверняка забьется глубже в чащу. Совсем ни к чему. Оставалось надеяться, что запах моей магии не загонит его подальше.
Я углублялась в лес, внимательно осматриваясь, и мои ноги уже по щиколотку утопали в рыхлом снегу, а дыхание клубилось паром. И я только порадовалась, что догадалась хотя бы надеть грубые башмаки из толстой кожи. Но внезапная зима подарила неоспоримое преимущество — снег хранил следы. Лапы морозных зверей, птичьи «крестики», частые бисерные точки, оставленные мелкими грызунами. Я никогда не видела следов змея, но, предположительно, скользящее по снегу гибкое тело должно оставлять следы волочения. Что-то похожее на волну, оставленную ужиком на прибрежном песке. Только гораздо больше. И уже по этому следу можно будет предположить размер твари.
Теперь я очень внимательно смотрела под ноги, но эти попытки не давали результата. Зато я заметила одну странность. Следов на окраине леса было много. Они густо лепились друг к дружке, перекрывали. Но время от времени резко обрывались, словно кто-то провел четкую границу. И за этой границей не было ничего — просто нетронутый слежавшийся снег и обломанные ветки. Наткнувшись на этот след еще раз, я решила пройти вдоль края и посмотреть, где он кончается. Я шла, будто вдоль русла реки, и, подобно реке, этот след не имел конца. Холод давал о себе знать, и я уже была согласна признать сегодняшние поиски бесплодными. Упираться — глупо, уже ногти синие. Возвращусь завтра и возьму с собой плащ на меху.
Я зябко потерла ладони, чтобы согреться, но этого явно было недостаточно. Я наспех сотворила простенькое заклинание жизни и направила на себя, в попытке поддержать тепло внутри. По телу приятно разлилось, и я даже прикрыла глаза от блаженства. Почему раньше до этого не додумалась?
Я посмотрела наверх: солнце светило прямо над головой. Должно быть, полдень уже миновал. Пилар наверняка сходит с ума и отправила всю подчиненную прислугу на мои поиски. Будет скверно, если дойдет до Вито — он что-нибудь заподозрит…
Я развернулась, намереваясь возвратиться по собственным следам, сделала пару шагов, но остановилась, хватаясь за ствол дерева. Перед глазами будто поплыло, смазалось, словно пространство пришло в движение. Я замерла, прищурилась. И охватило неприятное чувство какого-то присутствия. Где-то там, за деревьями. Я выудила из рукава заготовленное заклинание — убьет любую морозную тварь. Может, даже змея — на три коровы хватит. Внимательно осматривалась, прислушивалась. Наконец, уловила едва различимый шорох, точно сыпался песок из дырявого мешка. И что-то медленно двигалось в знакомом искристом мареве меж голыми стволами. Двигалось одновременно везде. Со всех сторон. И меня окатило паникой.
Вито не ошибся тогда. Чудовище оказалось огромным настолько, что невозможно было вообразить. И теперь я чувствовала, что оно дышало мне в спину.
Глава 66
Я даже дыхание задержала. По-детски надеялась, что тварь примет меня за мертвое дерево… Как же глупо… Что ж, бояться было поздно.
Я медленно поворачивала голову, высматривая среди деревьев бесконечное чешуйчатое тело. Искристое от морозной магии. Зверь буквально переливался от наполняющей его силы и казался высеченным из огромного куска хрусталя. Заполнял собой все пространство. Морозные звери, которых я видела тогда, зимой, теперь представлялись крошечными котятами. И даже Желток в сравнении с этой глыбой становился милым детенышем.
Огромное тело казалось полупрозрачным. Возможно, так преломлялся свет. Но из-за этой иллюзии я не могла предположить истинные размеры чудовища. Три коровы… Не удивлюсь, если придется выстроить в ряд тридцать коров. Выходит, книги лгали? Все, как одна? Твари внешней стороны не имеют магической подпитки. Им негде взять силы для подобного роста.
Оно было позади. Основная, самая опасная часть — голова. Я хребтом чувствовала глубокое протяжное дыхание. Я, наконец, повернулась. От страха не ощущала своего тела. До ломоты в пальцах зажимала в кулаке приготовленное заклинание и с ужасом понимала, что мое колдовство для этой твари — все равно, что булавка. Чудовище моего удара даже не заметит. Вито был прав…
Я видела собственное отражение в его глянцевом глазу под выпуклой бровью. В огромном вертикальном зрачке, разрезающем искристую голубую радужку. Чудовище было усатым, как гигантский сом. С нижней челюсти струилась борода. То ли толстая шерсть, то ли наросты, вроде усов. Огромные полукруглые ноздри жадно втягивали воздух, расширялись и сужались в такт дыханию. Покатый лоб Короля леса был шипастым, щетинился острым гребнем, а на макушке проступали рога, впрямь напоминающие корону. Эта морда не слишком походила на змеиную. А громадная волчья пасть, полная острых зубов, делала тварь похожей на хищника из ночных кошмаров.
Вито был прав: я сошла с ума. Я, действительно, не представляла, с чем буду иметь дело. Я оказалась слишком самонадеянной. И глупой.
Я не могла пошевелиться, будто меня заколдовали. Смотрела во все глаза, не в силах даже моргнуть. Лишь сердце отчаянно колотилось где-то в горле. Оглушало своим биением. Бежать? Но куда? Эта тварь была везде, соорудила из собственного тела настоящую клетку. Что она сделает? Проглотит? Но не могла же я просто стоять и ждать смерти!
Тем не менее, стояла, как парализованная. Смотрела, как голова чудовища подалась вперед. Как кожистые ноздри расширились еще сильнее. Змей с шумом втянул воздух прямо у моего лица, прикрыл глаза. Казалось, с великим наслаждением. Так вдыхают запах аппетитной курочки с ароматными травами, которую только-только достали из печи.
Я не хочу быть съеденной!
Я сама плохо понимала, что делала. С остервенением швырнула зажатое в кулаке заклинание смерти змею в огромный глаз. Конечно, теперь я не надеялась его убить. Не надеялась даже ранить. Мое заклинание могло, разве что, ослепить на краткий миг. Что-то сродни песку в глазах. Но это лучше, чем ничего.
Зверь издал недовольное шипение, отстранился. Начал подниматься, прикрыв глаза, будто вырастал, подобно дереву. Я теряла время. Подобрала юбки и понеслась прочь, лихорадочно осматриваясь. Искала прореху в огромном свитом теле. Бежала, словно в лабиринте, снова и снова натыкаясь на подвижную искристую «стену». Змей весь светился от наполняющей его магии. Я буквально кожей чувствовала эту мощь. Что его питало? Если бы знать! Но сейчас это уже и значения не имело.
В висках билась только одна мысль: не останавливаться. Я петляла между деревьями, стараясь выбирать заросли погуще, надеясь, что огромная голова чудовища не протиснется между стволов. Но змей лавировал с поразительным проворством. Лишь изредка я слышала за спиной треск ломающихся веток. Одно за другим я выуживала из рукава заклинани