Дракон с оборотнем обменялись недвусмысленными жестами и вышли.
Ректор вздохнул. С какой-то странной грустью посмотрел на меня.
– Леди Алкея, объясните, почему с вашим появлением постоянно происходят всякие неприятности? И заметьте, все они тесно связаны с вами.
Я бы с удовольствием объяснила, но вмешался хвост, помахал начальнику дружелюбно. Я постаралась его за спину спрятать.
– Ведьма – одно слово… – покачал головой Фелис. – Всегда с вами так! Особенно с молодыми, пока замуж не выйдете. А потом…
– Что потом? – с надеждой поинтересовалась я.
– Потом всё ещё хуже, – резанул Цербер. – Дети, семья, колдовство неумеренное… Вы знаете, последняя ведьма целый академический состав прокляла! И у всех до единой магистров мужей к себе приворожила.
– Даже так? – у меня глаза округлились. Я не была столь… Столь злой и циничной. Да и мужа мне хватило бы одного.
– Именно, – откашлялся Фелис. – Долго все это разгребали. У ворот целый фронт обиженных и оскорблённых стоял. А в каком виде они были!.. Чего только одна бывшая декан факультета целительства стоила, синяя, с жабьим лицом. Она и говорить-то не могла, квакала на всю округу.
– Может, – начала заступаться я за бывшую ведьму, – они виноваты были?
– Конечно, виноваты, – ректор вытащил из кармана игральные кости и начал нервно их перебирать. – Они её сыну посмели тройку поставить и высказаться немного о культуре поведения, которую должна прививать нормальная добропорядочная мать своему чаду. Задело её именно «добропорядочная».
– Меня бы тоже задело, – не выдержала я.
Фелис Цербер замер, внимательно на меня смотря.
– Может, и виноваты, – протянул тихо. – Но сдержанность никто не отменял. После того случая пришлось весь штат магистров поменять.
Я молчала. Смотрела в пол и молчала.
– Алкея, зачем вам хвост? – как-то внезапно и очень расстроенно спросил ректор.
Тот поспешил спрятаться за мою спину и выглядывал оттуда самым кончиком.
– Огрехи адского воздействия, – призналась штатная ведьма, то есть я.
– Хотите, избавлю, начисто?
Хвост тоскливо поник. Мне обидно за него стало. Да и вроде как свой уже, родной. Так сказать, неотъемлемая часть.
– Сама справлюсь. Моё это. Привыкшие мы.
– Как хотите, Алкея, – посмотрел на меня пронзительно Фелис. – А знаете, вы ведь очень привлекательная ведьма. Без всякого там колдовства, паранджи и прочих потусторонних вмешательств.
Я непонимающе глянула на ректора. Что он хочет этим сказать?
– Вы очень привлекательны, – повторил он, задумчиво смотря в моё лицо. – Но при всём этом у меня такое чувство, будто у вас серьёзные проблемы. И они никак не связаны с вашим… вашими попытками выглядеть ещё лучше, чтобы найти себе вторую половину. Я ведь так понимаю, всё ваше преображение связано именно с этим. Но какие-то внезапно возникшие проблемы очень мешают.
«Еще бы, – хмыкнула я про себя. – Фелис на удивление проницателен. И как догадался? Может, по разгромленной комнате и зарёванной мне?»
Он на меня внимательно очень смотрел и выжидал.
Видимо, ответа.
А мне вдруг и правда отчего-то очень захотелось рассказать ему о своих проблемах. Особенно о бароне Клир фон Диене. И я была уверена, что Фелис мне поможет.
Хотела.
Но сжала губы и промолчала.
Вот ещё.
Только в должность вступила, а уже с проблемами не могу сама разобраться. Что я за ведьма тогда? Так недолго и на голову ректору забраться. А оттуда меня вмиг скинет Аделаида. И куда отправит, я очень хорошо представляла.
– Так что у вас? – подал голос Фелис.
– Ничего, что я не могла бы решить сама! – тихо ответила я.
Ректор Цербер посмотрел на меня сосредоточенно, будто пытался мысли прочитать. Потом рукой махнул.
– Хорошо. Тогда идёмте. Посмотрим, что можно исправить в вашем разгромленном доме.
Ректор Фелис меня под локоть аккуратно взял, и мы спустились в кабинет.
Здесь и правда совсем всё было раскидано.
Карина носом шмыгнула, заходя следом.
– Варвары!
– Исправим, – пообещал Фелис. – Пока ничего не трогайте. Леди Алкея, необходимо вызвать стражу. Пусть всё осмотрят. Сегодня можете не выходить в академию.
Я с благодарностью посмотрела на ректора.
– Рыбонька, ты идёшь? – раздалось из приёмной.
Фелис глянул на меня, и всё понял по выражению лица. Вышел, и следом раздалось:
– Уважаемый барон…
– Барон Владар Серых.
– Уважаемый барон Владар Серых. До официального подтверждения вашей с магистром Алкеей помолвки и речи быть не может о том, чтобы она проживала на вашей территории. А также, пока она официально не стала вашей женой, она является штатной ведьмой академии и находится под её опекой. А потому должен вас разочаровать, но… Леди Алкея остаётся здесь, под надзором академии. Мы выставим стражу у её дома.
Кажется, я слышала скрип волчьих зубов.
Потом хлопнула дверь.
– На какое-то время вы можете не переживать о вашем бароне, – сказал Фелис, вернувшись. – Но я на вашем месте побыстрее решил бы с ним проблему. Тем более что, как вижу, у вас подобная проблема не только с ним.
Внимательно на меня посмотрел.
Я глаза опустила.
– Я постараюсь.
– Постарайтесь, – отозвался ректор. Натянул на руки чёрные перчатки и вышел.
Глава 13. Ведьмы здесь тоже не тихие
Стражи, а вернее, двое меланхоличных дяденек с одинаково постными лицами, вяло и без особого энтузиазма осматривали мой дом. Иногда кто-то из двоих позёвывал.
– Что пропало? – не сводя мыльного взора с Карины, мямлил худой брюнет в форме служителя Фемиды. В то время как второй, полный шатен, ходил, без всякого интереса рассматривая ведьмовской интерьер. И всё трогал! За свечи схватился, крутил их, словно пытаясь найти нечто потустороннее. Карты раскидывал веером в руках и снова в колоду собрал. Потом их на стол отбросил.
Даже моя помощница сидела, едва сдерживая себя, и сквозь зубы отвечая на вопросы брюнета.
А вот я не выдержала.
– Вы не боитесь, что отпечатки сотрёте? – проговорила, нехорошо глаза сощурив.
Полный отмахнулся.
– Вы же не думаете, что к вам целенаправленно шли… – за шар магический взялся, начал крутить его, пытаясь внутрь заглянуть. – Залётные… Во время ярмарки в город много деревенских воришек проникло, кто-то из них, вероятно.
– Воришки?! – ещё больше злясь, выдавила я. – Что вы выдумываете? В городе есть куда как более интересные дома для визита воров. У меня в доме брать нечего!
Брюнет лениво глаза на меня поднял, вероятно, желая что-то сказать. Да так и застыл с открытым ртом. Совсем невежливо ткнул в меня пальцем и, щёлкнув зубами, произнёс:
– Что это?
Я даже смотреть не стала и так поняла, о чем толкует страж.
С горделивым высокомерием истинной чёрной ведьмы рявкнула:
– Хвост!
А тот топорщился из-под юбки. Раздражённо так. Если бы у меня была шерсть, то и она бы сейчас от ярости дыбом стояла. Полный страж тоже глаза на мою достопримечательность перевёл и шар к себе прижал.
Я увидела, как тот темно-синим вспыхнул. Ему столь близкое нахождение с шатеном совсем не понравилось. А вот мужчина, кажется, ничего, кроме моего хвоста, не видел.
– И давно это у вас?
– С рождения! – брякнула я и хвостом совсем неприветливо помахала.
Страж медленно осел на стул.
– Вас не мой хвост волновать должен, – я руки в боки поставила и начала наступать на шатена. – А жуткое происшествие…
– Вот как раз в прошествии ничего жуткого не вижу, – нахмурился страж. – А вот ваш хвост…
– Что вы к хвосту прицепились? – Я над мужчиной зависла. – Вы городской страж или сотрудник общества охраны хвостов?
Полный нервно сглотнул и на худого покосился. Тот напряжённо плечами пожал. Нехорошим от меня видимо веяло, а ещё слухи в городе ходили, мол, ведьма я, потомственная, чёрная и всякое такое. И этот хвост. Стражи явно побаиваться начали, как бы я их не прокляла.
– Извинюсь… – шатен откашлялся. – И правда, чего это я? Хвост и хвост. Вполне милый и даже сказать замечательный. Что я, хвостов не видел?
Я облегчённо выдохнула.
– Я закончил, – начал пятится к двери брюнет. Шатен тоже поднялся.
– Пожалуй, всё. Вы только никуда не уезжайте…
– Эй! Ты меня на место-то поставь! – донеслось из шара.
Шатен стремительно побледнел, на месте подпрыгнул и шибанул шар об пол. Шар взвыл, обиженно и надтреснуто. Карина к нему кинулась. Подняла, прижала к себе, начала успокоительно поглаживать, приговаривая:
– Ничего, ты ж не хрустальный! – как-то спокойно, без истерик успокаивала его моя помощница. Будто всю жизнь только тем и занималась, что общалась с магическими шарами. Вот что значит выдержка!
Точно жалованье повысить нужно.
А она шар любовно поцеловала.
– Тебя просто так не разбить. Сейчас я тебе осмотрю.
И это при том, что я-то как раз растерялась.
«Надо же, шар говорящий оказался!»
Брюнет в это время икнул и к стене припал.
Я тяжко выдохнула, смотря на стремительно теряющего сознание стража.
«Черти бы вас побрали всех! И чего я Стикса с волчарой отправила? Ох, как он мне сейчас нужен! Чтобы проклясть обоих этих вершителей закона. Это ж надо так, чужое об пол шарахать! А оно, кстати, денег стоит. И к тому же магический, говорящий, так он вообще бесценный, – подумала и сама замерла. – Стоп… А ну-ка, иди сюда, друг “хрустальный”».
Подошла, нагло у помощницы шар забрала и уставилась в мутную глубину. Тот ещё жаловался, когда я самым елейным голосом проворковала:
– Свет мой зеркальце, скажи, кто ко мне в каморку залезть рискнул?
Шар кашлянул.
У стражей лица вытянулись, став неестественно бледными. Шатен даже креститься начал. А брюнет на полпути к потере сознания замер и проявил загадочный интерес. По крайне мере сделал шаг вперёд, прислушиваясь.
– Так ведомо кто, – в это время донеслось сиплое старческое из шара. – Злыдень!