Именно это и объяснил Ургуле лорд Линдон, отведя её подальше от студенток, но среди них было несколько оборотниц, которые всё равно расслышали большую часть разговора и передали его остальным. Дракон напомнил орчанке, что отправляя меня к мужчинам на почве личной неприязни — именно так он сформулировал, — она опорочила своё звание педагога. И что на её место здесь, вкупе с шикарной зарплатой и вкусными льготами, найдётся множество желающих. И что если бы я всерьёз поранилась, проходя полосу препятствий, они, на пару с тренером Хэдлеем, вылетели бы отсюда с такой рекомендацией, что их не взяли бы даже собак выгуливать. И что если она ещё хоть раз проявит предвзятость ко мне или к любой другой ученице, будет уволена в тот же день.
И что-то мне подсказывает, что нечто подобное еще предстоит услышать мастеру Хэдлею.
В общем, досталось ей знатно, мне даже неловко стало. С другой стороны, даже не представляю, что сделали ли бы за что-то подобное с тренером из моего мира. Ведь не будь у меня регенерации, я бы могла и правда пострадать, как минимум, стёрла бы руки в кровь о тот же канат, я уж не говорю о том, что вполне могла подвернуть или даже сломать конечности. Так ведь и правда нельзя — учащийся не должен страдать из-за личной неприязни одного педагога и упёртости другого.
За разговорами я проторчала в раздевалке почти весь долгий перерыв. У двери обнаружила обоих принцев, поджидавших меня. Шолто со смехом рассказывал Унреку про то, как в группе «дохляков» пытались вычислить принца Даритана, и кого в итоге им назначили.
— Извини, Габриель, что меня не было рядом, и я не мог тебе помочь, — сказал Унрек.
— Ничего страшного, я же понимаю, конспирация. Ты и рядом с Шолто быть не мог, а ведь ты его нянька.
— Он не нянька, просто присматривает за мной, — уже привычно возмутился младший парень.
— Я и присматривал, даже во время кросса. Εсли бы случилось что-то серьёзное, я бы мгновенно вмешался. Ты ведь в курсе нашей скорости?
— Конечно, — пожала плечами.
— Но прохождение стандартной полосы препятствий поводом для вмешательства не является. Для него. А вот тебе там точно делать было нечего. О чём только Фил с Ρиком думали?
— О том, что у них адекватные педагоги. Не волнуйся, лорд Линдон сказал, что это в последний раз.
— Вот и хорошо. А то я уж думал, придётся им напомнить, кто именно тебя так подставил, засунув в защитники.
— Зато так мы познакомились, — Шолто, как всегда, старался во всём найти плюсы. — И мне не нужно после уроков идти на отработку.
За разговорами мы дошли до класса, в котором нам предстоял урок под названием «Контроль над магическими потоками». Я думала, ещё одно занятие с кучей непонятных слов, фраз и графиков, как спецкурс, но всё оказалось намного проще, приятнее… и непонятнее.
Столов в помещении не оказалось, стульев и доски — тоже. У стены стопочкой лежали то ли толстые коврики, то ли тонкие матрасики — вот и вся обстановка. Следом за принцами я оставила сумку у стены, взяла коврик и положила на пол. А потом опустилась на него, пытаясь принять позу лотоса, но плюнула и села на пятки.
Занятие оказалось чем-то вроде медитации, во всяком случае, у меня возникла именно такая ассоциация. Мы должны были сидеть, закрыв глаза и расслабившись, в любой позе, главное — комфортной. И глядя «вглубь себя», гонять там магию. Это всё, что я поняла, остальные, видимо, больше, поскольку у них было что гонять, да и занятие у них было не первое.
А я сидела, чувствуя себя полной дурой, и размышляя, не будет ли слишком большой наглостью сунуть в ухо наушник и послушать музыку. Останавливало лишь то, что я не знала расу учителя — сухонького, абсолютно лысого старичка, который, садясь на свой коврик, с лёгкостью заплёл ноги так, как даже мне, молодой и теоретически гибкой, не удалось. Потому что, если он не человек, а оборотень, музыку он услышит, и мне будет неловко.
Так я промаялась минут десять и уже начала клевать носом — вымоталась на физкультуре, — когда в дверь коротко постучали, а потом, не дожидаясь разрешения, в класс вошёл молодой мужчина с длинными светлыми волосами. Его можно было бы назвать красавчиком, если бы не длинный нос и близко посаженные небольшие глаза. Но волосы были шикарные, да. Хизер использовала кучу средств для ухода за волосами, чтобы добиться такого же блеска и шелковистости. Интересно, он пользуется каким-нибудь местным эликсиром? Если да, то нужно бы прихватить пару флакончиков сестрёнке в подарок.
А список того, что я собираюсь забрать в свой мир, растёт с каждым днём. Что же будет через месяц, я же просто всё не подниму.
Пока я всё это лениво обдумывала, вошедший что-то сказал нашему преподавателю. Негромко, почти на ухо, наверное, не желая мешать медитации — хотя уже помешал, все студенты открыли глаза и с любопытством за ним наблюдали.
— Да забирайте, — пожал старичок плечами в ответ, даже не стараясь говорить тише. — Вон она — сидит, мается, не знает, чем себя занять. Для человека, лишённого магии, мой урок абсолютно бесполезен, так что я не возражаю.
— Пойдёмте, студентка Габриель, — блондин приглашающе протянул мне руку.
— Куда вы её забираете, мастер Вилмер? — нахмурился Унрек.
— На тренировку своей группы, — снизошёл до ответа мужчина, скорее говоря для меня, чем отвечая на вопрос.
— Она не телекинетик.
— Она — зеркальщик, что намного лучше, — снисходительно улыбнулся блондин.
— А ректор в курсе? — не унимался Унрек, и я была ему благодарна. Что-то не хотелось мне никуда идти, лучше уж здесь посидеть в тишине и спокойствии. Предчувствие какое-то нехорошее появилось.
— Разумеется.
Принц был недоволен, но возражать больше не мог. Я тоже не особо радовалась, но всё же встала и пошла за блондином. Надеюсь, свой лимит неприятностей на сегодня я уже исчерпала.
ГЛАВА 16. ЗАЧЁТ
День третий
Мастер Вилмер вывел меня из замка через тот самый «пожарный выход», который был в каждой башне, и повёл в обход главного здания в ту сторону, где я прежде еще не была.
— Мне нельзя отходить далеко, — напомнила на всякий случай, а то мало ли.
— Мы почти пришли, — успокоил он меня, и, свернув за очередной угол, а их, благодаря башням, было немало, мы оказались… даже не знаю, как это и назвать. Мини-полигон, наверное. Пространство, размером где-то со школьный спортзал, пустое, то есть, без строений и деревьев, зато с толпой студентов в тёмно-голубом, столпившихся возле преподавателя в белой мантии, который что-то им объяснял.
Мы прошли мимо них, потом — мимо полосы деревьев, отгораживающих этот «полигон» от следующего, пустого, мимо него мы тоже прошли. А вот на третьем, таком же, нас уже ждали студенты в тёмно-фиолетовом с серебром — человек пятнадцать-двадцать, причём среди них было несколько девушек, примерно столько же защитников в синем, русоволосый парень постарше в сером с серебром и… дракон Килиан собственной синеволосой персоной. А еще — кучка соломенных чучел на палках с крестовиной.
Мы обменялись с драконом недовольными взглядами, он явно был не рад моему присутствию, я отвечала ему взаимностью, но, кажется, выбора у нас обоих не было. Зато остальные смотрели на меня с доброжелательным любопытством, и это радовало.
— Студенты, разрешите представить вам Габриель, — мастер Вилмер сделал широкий жест в мою сторону. — Она — зеркальщик, и любезно согласилась помочь нам на сегодняшнем занятии.
Я согласилась? Да меня никто и не спрашивал, куда привели и зачем, тоже не объяснили. Словно прочитав мои мысли, блондин продолжил.
— Как все вы знаете, сегодня у ваших групп ежемесячный зачёт, но мы решили его слегка усложнить, — часть устремлённых на меня взглядов сменились с доброжелательных на подозрительные. — Зато те, кто лучше всех выдержат испытание, получат по шесть балов.
Народ удивлённо загудел, кажется, для них это было чем-то необычным, что каждый хотел бы получить, но догадывался, что вряд ли это будет легко.
— Итак, ваша задача, как обычно — «убить» чучело противника и защитить своё. Пять пар, первыми потерявшие подзащитного, баллов за зачёт не получают. Шестая, седьмая и восьмая — по одному баллу, следующие три пары — по два, еще три — по три соответственно. Пятнадцатая — четыре бала, шестнадцатая — пять и семнадцатая — шėсть. Всем всё ясно?
Мне — не очень, я вообще запуталась, но не я же буду эти баллы зарабатывать и подсчитывать. И всё же решила уточнить.
— Это много?
— Обычно максимальная оценка за зачёт — три балла, — улыбнулся моему незнанию магистр Вилмер. — Промежуточные испытания оцениваются для того, чтобы позже суммировать эти баллы. Тот, кто набрал за четыре зачёта десять и более баллов — экзамен не сдают. От трёх до девяти — сдают. Два и меньше — отчисляются.
Ничего себе! Ведь с такими правилами отстающие будут всегда, значит, всегда будут отчисленные. Начинаю понимать, почему в нашем классе шестьдесят студентов, а здесь, получается, только семнадцать. Меньше трети! Интересно, какой это курс?
— А пересдать? — не удержалась от вопроса.
— Что значит «пересдать»? — удивился магистр. — Мы учим лишь лучших, поэтому те, кто не справляются, должны уйти. Другие учебные заведения примут их с распростёртыми объятиями.
— Может, хватит лирики? — не выдержал дракон. — Побесėдовать можно и после, если так хочется, а сейчас у нас зачёт, и время идёт.
— Да, конечно, — кивнул блондин. — Всем разобрать подзащитных и встать на позиции.
Студенты заспешили, забегали, словно муравьи, в чей муравейник уронили гусеницу. Я лишь пару раз моргнуть успела, как они выстроились в большой круг, объединившись в группы — защитник, фиолетовый студент и между ними — чучело. Друг от друга эти группы находились на расстоянии в пять-шесть футов. В центр круга кто-то поставил большое полено, на которое мастер Вилмер галантно указал мне.
— Прошу, Габриель!
Мало что понимая, я прошла и села на импровизированную табуретку.