– Я просто не нахожу слов, чтобы выразить свою радость по этому поводу.
Дэлери обессилено привалилась к высокому камню, оставшемуся, по-видимому, от парапета. Ее пальцы соскользнули по гладкой поверхности, и, присмотревшись, она разглядела, что вся поверхность каменного столба была оплавлена до состояния темного стекла, застывшего вязкими потеками. Жрица невольно отшатнулась, словно обжегшись, не в силах отогнать прочь видения сгорающих и испаряющихся заживо людей.
– Если отсюда подняться вверх по склону, то мы должны выйти как раз к главному храму Анрайса, – погруженный в изучение карты Шимаэл даже не заметил ее замешательства, – тут буквально рукой подать!
– Анрайса?! – рефлекторно напряглась Дэлери, услышав имя антагониста, которому противостояла все сотни лет своей службы.
– А какая нам теперь разница? Просто он ближе. До квартала Сиарны и ее Служителей отсюда еще километра два, – Шимаэл обернулся, и его ехидная ухмылка буквально просвечивала сквозь маску. – Желаешь прогуляться?
– Ладно, уговорил, – сдалась Жрица, осматривая затянутые пылью окрестности. – Но тогда уж не к храму, а к его руинам. Во время посадки я не видела ни одного более-менее уцелевшего крупного здания.
– Доберемся – посмотрим, – пилот убрал планшет обратно в карман комбинезона. – Я уверен, что ответы, которые мы ищем, уже рядом!
– Что до меня, то я даже вопросы толком сформулировать пока не могу.
– Ну же, Виан! – словно опомнившись, он подступил к ней и взял под локоть. – Не падай духом! Кроме того, там мы сможем найти укрытие от этой вездесущей желтой дряни. Отдохнем, перекусим немного…
– Да ладно тебе, не дрейфь! Я еще повоюю! – Жрица резко выпрямилась, словно возмущенная подозрениями в ее слабости. – Давай, показывай дорогу!
Они зашагали дальше, загребая ногами пыль и мелкий песок, а Дэлери, старательно удерживая в фокусе темный силуэт идущего впереди Шимаэла, волей-неволей продолжила мысленно дивиться абсурдности их замысла.
Вся их вылазка от начала и до самого конца выглядела как жест отчаяния, когда утопающий хватается за последнюю тонкую соломинку. С чего они, вообще, взяли, что здесь, посреди оплавленной божественным огнем пустоши, им встретится нечто, способное кардинально изменить расстановку сил в галактике? Все, что могло гореть, тут уже давным-давно сгорело, а что осталось – истлело под лучами безжалостного солнца и колючими струями песка. Как ни крути, а все же глупо искать спасение мира на заросшем бурьяном старом кладбище.
Но они сейчас являлись именно тем самым утопающим, утратившим последнюю надежду на штатные спасательные средства и уповающим исключительно на милость случая и свое везение.
Дэлери едва не грохнулась и не расквасила себе нос, когда споткнулась о темные каменные ступени, все еще выглядывавшие из-под наслоений песка и пыли. Вверх от набережной поднималась широкая монументальная лестница, устланная темными и массивными базальтовыми плитами, которую вряд ли стали бы городить ради праздных прогулок простых горожан. Это место отчетливо пахло почитанием и культом.
Они подступили к подножию храма.
Знание канонической архитектуры, не менявшейся уже сотни лет, подсказывало, что дальше должна следовать колоннада, предваряющая вход в святилище. Однако вместо толстых основательных колонн их встретили лишь несколько пеньков, оставшихся от сметенных невиданной силой каменных столпов. Казалось крайне сомнительным, что хоть что-то могло уцелеть в той безумной вспышке яростной стихии.
Тем не менее, Шимаэла такая находка ничуть не обескуражила. Более того, он принялся с удвоенным энтузиазмом изучать найденные обломки, регулярно сверяясь с картой.
– Ты видишь, Виан, видишь?! – воскликнул он, указывая на поваленные каменные блоки. – Все указывает на то, что удар пришел с северо-запада, с той стороны, где как раз находится Храм Сиарны.
– Руины храма, – в очередной раз занудно уточнила Жрица.
– Да, выброс энергии оказался невероятно мощным, вполне достаточным, чтобы стереть с лица земли почти целый континент, – Шимаэл полностью проигнорировал содержавшийся в ее словах сарказм, – но, как мне кажется, нижние этажи могли уцелеть. Пойдем, взглянем поближе.
Они побрели дальше, на каждом шаге загребая ногами килограммы песка. Казалось невероятным, что за прошедшие века он странным образом воздержался от засыпания любых ниш и ведущих вниз лестниц. Дэлери была абсолютно уверена, что все проходы на нижние уровни окажутся полностью погребены под метровыми слоями нанесенных песка и пыли. Без экскаватора не пробиться.
Строго говоря, так и оказалось. Все уходящие вниз лестницы храма оказались полностью засыпаны, и любые попытки расчистить дорогу выглядели абсолютно бессмысленными. Пустынный Континент ревниво охранял свои тайны. Отчаянная попытка докопаться до первозданной истины потерпела крах.
– М-да, – Шимаэл поворошил ногой ровный желтый ковер, раскинувшийся на том месте, где по плану располагался спуск на нижний этаж, – близок локоть…
– Давай пока изучим хотя бы то, что осталось на поверхности, – предложила Дэлери скорее для того, чтобы утешить напарника. – Тут уцелело немало всякого, авось и попадется что-то интересное.
– Все возможно, – Шимаэл, казалось, хватался за любую доступную возможность. – Немного осмотреться не помешает. Встретимся потом на этом же месте.
– Хорошо, – Жрица, помня недавние уроки, вскинула запястье с панелью навигатора и зафиксировала на карте свое текущее положение. – Думаю, одного часа будет достаточно.
– Тогда я пойду отсюда направо, а ты двигайся налево, – пилот последовал ее примеру. – Если попадется что-то интересное, то не пользуйся рацией. Просто кричи, ладно?
– Не вопрос, – Дэлери с трудом удержалась от смеха, поскольку пожелание Шимаэла словно сошло со страниц дешевого ужастика.
Кивнув друг другу, они разошлись в разные стороны, осматривая окружающие руины.
Ценной информации, впрочем, им удалось найти не так уж и много. Несомый ветром безжалостный песок до состояния скелетов источил даже все каменные конструкции, не говоря уже о более уязвимых деревянных элементах мебели и интерьера. Чудом уцелевшие детали своим обглоданным видом лишь напоминали о хрупкости и бренности всего материального, что создал человек.
Пытаясь хоть как-то укрыться от обжигающего ветра, который, словно наждаком терзал несомыми песчинками любой открытый участок кожи, Дэлери нырнула под сень уцелевшей стены. Здесь, точно в тихой заводи, собралась огромная куча песка, которой кружащие вихри придали форму большого рожка с мороженым. С трудом поборов искушение снять маску, Жрица осмотрелась по сторонам, да так и застыла, потрясенная увиденным.
– Шим! – просипела она севшим от волнения голосом. – Шим! Подойди сюда!
Перед ней простерлась галерея выцветших от времени, но все еще различимых портретов высших сановников Церкви Анрайса. Череда солидных седовласых мужей в тяжелых парчовых мантиях, надменно взирающих на незваного посетителя, растянулась метров на двадцать, не меньше. И самый последний лик, частично осыпавшийся, обнажив кирпичную кладку, заставил сердце Жрицы испуганно вздрогнуть.
– Шим! Скорей иди сюда!
Ожидая пилота, Дэлери вскарабкалась на песчаный холм, чтобы подобраться ближе к фрескам и лучше их рассмотреть. За давностью лет краски здорово выцвели, штукатурка растрескалась и кое-где отваливалась целыми пластами, но и того, что уцелело, вполне хватало, чтобы различить характерные черты.
– Виан, где ты?! – послышался окрик разыскивающего ее Шимаэла.
– Я здесь, у стены! Иди сюда!
Чуть погодя, сзади, от подножия песчаной кучи, послышались приглушенные чертыхания.
– Что тут у тебя стряслось? Что за пожар?
– Сам взгляни, – Жрица отступила в сторону, увязая в расползающемся песке. – Никого не узнаешь?
Шимаэл подался вперед, всматриваясь в изборожденные трещинами портреты. У него невольно вырвался потрясенный вздох.
– Невероятно!
– Насколько я поняла, здесь изображены все Первосвященники Анрайса с указанием дат интронизации и отставки… или смерти, – Дэлери кивнула на последний портрет, – кроме этого. Под ним стоит только одна дата.
– Ну, это как раз понятно, – Шимаэл вскинул руку, по-видимому намереваясь на всякий случай протереть глаза, но наткнулся на стекло очков и в очередной раз выругался, – но он никогда не говорил, что был тем самым…
– Мне, честно говоря, немного не по себе от того, что мы, так сказать, заглянули за кулисы священного писания, – Дэлери невольно поежилась, чувствуя, как выстроенная внутри нее картина мира медленно переворачивается с ног на голову, – и от того, что мы там обнаружили.
Они умолкли, всматриваясь в выгоревшее и иссеченное песком изображение. Специфическая старомодная манера письма, превращавшая портрет в некое подобие иконы с четкими и лаконичными линиями и соблюдением целого ряда требований формального канона. Но характерные черты внешности все равно оставались прекрасно узнаваемы. Пышные торжественные одеяния и массивная серебряная цепь – атрибут высокого сана – хоть и выглядели непривычно, но обмануть никого не смогли.
– Выходит, Бекташ никакой не Первопризванный. Он и есть тот человек, который сам тогда, много лет назад, богов призвал.
* * *
Сигнал тревоги выдернул Лайса из глубин сна, и его тело, не дожидаясь окончательного пробуждения, спрыгнуло с койки и начало одеваться.
«Боевая тревога! – рявкнула система оповещения. – Экипировка – сухопутная с десантным ранцем и дыхательной защитой. Вооружение – легкое».
На ходу застегивая ремень, Лайс подскочил к своему шкафу и сдернул с вешалки соответствующий комплект. Он отработанным движением запрыгнул в бронекостюм, и его пальцы быстро пробежали по застежкам и пряжкам, плотно запечатывая тело в чешуйчатый защитный доспех. Защитная маска, шлем, пристегнуть на спину ранец… готово! Теперь бегом в оружейку.
Топоча тяжелыми ботинками по коридору вместе с другими десантниками из своего подразделения, он не переставал гадать, что же такое стряслось, из-за чего потребовалось понимать по тревоге штурмовую группу? Несомненно, приказы не обсуждаются и не оспариваются, но чем дальше, тем больше вопросов у Лайса появлялось.