Нет ни облачка нигде,
Дуновенье ветра нежное
Чуть заметно на воде.
Все цветет, все улыбается
Солнцу небу и весне,
И струею разливается
Радость вешняя во мне.
«Вчера, в час вечера закатный…»
Вчера, в час вечера закатный
Весь запад пурпуром блистал,
И неба купол необъятный
Был чист и ясен как кристалл.
Сегодня небо в грозных тучах,
Дождем набухших и сплошных,
И лишь зигзаги молний жгучих
Порою вспарывают их.
«Чуть тронут запад розовою краской…»
Чуть тронут запад розовою краской,
В холодном небе серп луны блестит;
Склонившись надо мной с усталой лаской
Листвой береза тихо шелестит.
И в сумраке, и в небе, и в березе,
И даже в тишине сквозит печаль,
Как будто все в какой-то странной грезе
Глядит на погасающую даль.
Как будто все подвластно впечатленью
Грустит о чем-то, что умчалось прочь
Давно-давно и предано забвенью,
Но что вернется в нынешнюю ночь.
Е. П. Павлову («Тебе в альбом без всякой муки…»)В альбом
Тебе в альбом без всякой муки
Пишу, наделся вполне,
Что ты в печальный час разлуки,
В родной или чужой стране,
Возьмешь его с улыбкой в руки,
При свете дня иль при луне,
И прочитав сие от скуки,
Мгновенно вспомнишь обо мне.
К ней («О, милое, прелестное создание!..»)
В пасхальные дни
О, милое, прелестное создание!
Как счастлив я с тобою в эти дни;
Прошли невзгоды, горе и страданья,
И я стою с волненьем ожиданья
Один перед твоим окном в тени.
А благовест несется колокольный
Над светлым днем, над праздником любви;
В моей душе царит восторг невольный
И в этот праздник светлый и престольный
Любовь к тебе сильней горит в крови.
Пройдет весна, настанет снова лето
В сияньи солнца яркого венца,
И мы с тобою вспомним время это,
Когда в сердцах еще не перепето
Рондо любви с начала до конца.
Автомобиль («Пуская в воздух клубы дыма…»)
Пуская в воздух клубы дыма
И за собой взметая пыль,
Как сатана неудержимо
Проносится автомобиль.
С ужасным хрипом и гуденьем,
Распугивая им народ,
Каким-то жутким привиденьем
Он перед взором промелькнет.
Когда идешь через дорогу
С невольным трепетом в груди
И обратясь с молитвой к Богу
Скорей ее переходи,
Не то назло дневному свету
Удар – и ты на мостовой,
И скорой помощи карету
Вызвать бежит городовой.
«Долго сидел я вечерним покоем объятый…»
Долго сидел я вечерним покоем объятый,
В темном саду у столетней развесистой ели,
Долго следил как закат погасал розоватый,
Как его блики на облаке легком тускнели.
Тихо так было, дневные растаяли звуки,
Слившись друг с другом деревья дремали устало,
Ветви их точно огромные цепкие руки
К небу тянулись, где звезд вереница блистала.
Сердце томилось какой-то тоскливой истомой,
Плакало сердце предчувствуя близкое горе,
И лишь сознанью нашептывал голос знакомый:
– «После несчастья заметнее счастье во взоре…»
Лунная ночь («Лунным светом залиты долины…»)
Лунным светом залиты долины;
Ночь светла как серый зимний день;
Сонных лип кудрявые вершины
Бросили причудливую тень.
Даль полей раздвинулась широко,
Очертанья города видны;
Тихий пруд спокойно и глубоко
Отражает светлый шар луны.
Мнится: этой ночью полнолунья
Воздух чутко тайну сторожит,
И земля как старая колдунья
В забытьи тревожном ворожит.
«Опадают листы, увядают цветы…»
Опадают листы, увядают цветы;
Миновало короткое лето,
И в душе у меня угасают мечты,
Хотя песня еще не допета.
Но забуду о ней, подожду до весны,
Что вослед за зимой к нам вернется,
И когда, отогнав невеселые сны,
Юной зеленью лес встрепенется,
И травою оденется лоно полей,
И заплещут весенние воды, —
Я, воспрянув душой, буду в песне своей
Прославлять возрожденье природы.
«О, клены стройные, как вы…»
О, клены стройные, как вы
Красивы в тихий час заката,
Когда на зелени листвы
У вас лежат полоски злата.
И вы стоите не дрожа,
Завороженные окраской,
Лучи ревниво сторожа
И упиваяся их лаской.
Но только скроются они
За горизонтный перекресток,
Померкнут вмиг на вас огни
И потускнеют искры блесток.
Надпись на беседке («Второго августа тринадцатого года…»)
Второго августа тринадцатого года
В беседке сей, мечтая, я сидел,
И, голода не в силах превозмочь,
Купил на станции четыре бутерброда,
Вернулся вновь сюда, их быстро съел
И, покурив, пошел отсюда прочь.
«Вчера нашел цветок лиловый…»
Вчера нашел цветок лиловый,
Засушенный в расцвете сил,
И он с отчетливостью новой
В душе былое воскресил.
Припомнил я, что ночью темной
Его в саду ты сорвала
Рукой нетвердой с клумбы скромной
И мне с улыбкой отдала.
Промчались дни… И я расстался
С тобой покорствуя судьбе,
Но твой цветок со мной остался
Как дар на память о тебе.
«Уже листва деревьев рдеет…»
Уже листва деревьев рдеет,
Красой сентябрьской нежа взгляд,
Но ветер все еще не смеет
Похитить поздний их наряд.
И в дни осеннего привета,
В такие солнечные дни,
Аллея пестро разодета
В пурпурно-желтые огни.
Как будто краскою прощальной
Листва покрылась для того,
Чтоб быть красивей в миг печальный,
В миг увяданья своего.
И в час прозрачного заката,
Она в лучах вдвойне горя,
Простится с жизнью без возврата
В прохладный вечер сентября.
«Загорелся румянцем восток…»
Загорелся румянцем восток,
Заклубилась роса по оврагу
И раскрылся душистый цветок,
Отряхая прозрачную влагу.
Зашумели по ветру леса,
В темных чащах проснулися птицы,
И веселые их голоса
Зазвучали навстречу денницы.
Скоро ясное солнце взойдет,
И туман и прохладу рассеет,
И все, что его любит и ждет
Золотыми лучами согреет.
«Ветер яростно раскачивает лес…»
Ветер яростно раскачивает лес,
И трещат и гнутся ветви мертвеца;
Серой хмурью затянулся свод небес,
И струится мелкий дождик без конца.
В поле – грустно… Почву мутная вода
Пропитала, превратила землю в грязь;
Закатилась лета яркая звезда,
И природа умирает с ней простясь.
И томится и болит моя душа
Вместе с небом, вместе с сумраком полей…
Эх, скорей бы бодрым холодом дыша,
К нам зима пришла, чтоб было веселей!