Здесь не ценят совсем стихов,
Здесь выслушивают серьезно
Кукарекающих петухов.
Ой вы, люди сохи и горна,
Вам поэзия – дело швах,
Но оценят меня, бесспорно,
На Сандвичевых островах!
Там детей не калечит школа
И у масс не утрачен вкус,
Сандвичане обоего пола
Не открещиваются от Муз.
Книга там не товар лежалый,
Напечатаешь так прочтут,
И не лишним будет, пожалуй,
Даже брюсовский институт.
Там по внешности неказисты,
Под излюбленные там-там,
Непричесанные марксисты
Предаются другим мечтам.
Там по темам свободно плавай,
Без опаски ныряй в слова…
Да, придется мне ехать за славой
На Сандвичевы острова!
С. П. Чихуновой («Я скажу тебе, любя…»)
Я скажу тебе, любя: —
Не смущай напрасно беса,
Не родится из тебя
Никакая поэтесса.
А чтоб не было тоски
Поселись-ка ты с Борисом,
Штопай старые носки,
Кулебяки делай с рисом.
Растолстей и будь горда
Званьем красной командирши,
И забудь раз-навсегда
Как слагать плохие вирши.
B. И. Розанову («Пусть кричат о смычках и отмычках…»)
Пусть кричат о смычках и отмычках
Нынешние «критики» в кавычках,
Нам смешон заливистый их лай;
Будь уверен, Розанов Владимир,
Что поэтов род еще не вымер,
Коль живет Минаев Николай!
Н. Н. Фатову («В день не очень-то весенний…»)
В день не очень-то весенний,
На одном из «воскресений»
Я экспромтом, впопыхах
Надпись делаю в стихах,
Как и следует поэту,
Отдавая книгу эту.
А. П. Наврозову («Сегодня вечер свеж и розов…»)
Сегодня вечер свеж и розов,
Кричат грачи, скользят лучи,
А посему Андрей Наврозов,
Мою «Прохладу» получи.
Д. С. Усову («Мне кажется, мы одинаковых вкусов…»)
Мне кажется, мы одинаковых вкусов
И, следовательно, весьма вероятно,
Что будет Вам, Дмитрий Сергеевич Усов,
«Прохлада» моя и близка и приятна.
И. П. Приблудному («Не забудь, Иван Приблудный…»)
Не забудь, Иван Приблудный,
Путь поэта – путь, брат, трудный,
Мало пташкой щебетать,
Мало слышать лет мгновений
И на крыльях вдохновений
Поэтически витать.
Средь людей из «Кино-Арса»
На успех пустой не зарься,
Знай: такая слава – дым;
Даже где-нибудь под Мервом,
Лучше быть Приблудным первым,
Чем Есениным вторым!
П. Н. Петровскому («Петр Николаич! Вам, певцу «Последних песен»…»)
Петр Николаич! Вам, певцу «Последних песен»,
Лирический мой мир да будет интересен!..
М. М. Марьяновой («Поэты слишком любят вина…»)
Поэты слишком любят вина,
Но не моя – увы! – вина,
Что имя Ваше мне, Мальвина,
Приятней всякого вина!
B. П. Федорову («Василий Павлыч Федоров…»)
Василий Павлыч Федоров,
Дарю тебе я книгу эту,
Читай ее и будь здоров;
Василий Павлыч Федоров,
Здесь нет есенинских коров
И пролетарских громов нету;
Василий Павлыч Федоров,
Дарю тебе я книгу эту!
Н. П. Оболенской («Весьма приятно на Земле у нас…»)
Весьма приятно на Земле у нас
Быть человеком породы женской: —
Тут сразу можно быть и Хабиас,
И Комаровой, и Оболенской!..
Н. С. Власову-Окскому («Не во сне, а наяву…»)
Не во сне, а наяву,
Радостно, а не с досадой,
Вам на Вашу «Синеву»
Отвечаю я «Прохладой».
C. 3. Федорченко («Ах, Софья Захаровна, Вам отдавая «Прохладу»…»)Надпись на книге
Ах, Софья Захаровна, Вам отдавая «Прохладу»
С большим удовольствием, все же смущен я немного
Той мыслью, что должен (Вы помните вечер Кан-Фуна?)
Вам сделать на книге сей надпись в содружестве с Музой.
Я надписи эти разбрасывал ранее щедро,
А ныне все темы как будто исчерпаны мною;
Ну, что напишу? Впрочем, непринужденно болтая,
К восьмой подобрался я строчке и, видимо, спасся!..
Т. Н. Варвинской («Тася, в день твой именинный…»)
Тася, в день твой именинный,
С чистым сердцем, без интриги,
Сей стишок не очень длинный
Я пишу тебе на книге.
И советов ряд хороших
В нем даю я в назиданье:
В дождь ходи всегда в галошах,
Даже если – на свиданье.
Будь душой мягка как вата,
И свои не портя нервы
Моего комдира-брата
Не обыгрывай ты в червы.
Не питай пристрастья к детской,
Не сердись на Гинч-Петрова,
И в республике советской
Будь счастлива и здорова!
Н. П. Зигель («Что написать могу для Вас…»)
Что написать могу для Вас,
Когда случайно в вечер летний,
Мы повстречались в первый раз
И может быть уже в последний?
Но Вам в раздумьи золотом,
Перелистав страницы эти,
Не раз придется и потом
Невольно вспомнить о поэте.
Е. П. Павлову («Я светлой мыслью сердце радую…»)
Я светлой мыслью сердце радую,
Друг беспечальных юных лет,
Что этой ясною «Прохладою»
Тебя обрадует поэт.
А ты мои стихотворения,
Где нет ни пошлости, ни лжи,
В минуты сладкого горения
На музыку переложи.
Б. М. Зубакину («Теребя пушистый бакен…»)
Теребя пушистый бакен,
Как вельможный пан Ратай,
О пиит Борис Зубакин,
Эту книгу ты читай
Обязательно на даче,
Под березкой у плетня,
Чтоб понять мои задачи
И почувствовать меня.
И отдав себя экстазу
Ты под гуд шмелей и пчел
Изреки экспромтом фразу: —
«С удовольствием прочел!..»
«Обмануть не может темнота…»
Обмануть не может темнота…
Этим телом плоть свою сжигая,
Я душою чувствую: не та,
Не единственная, а другая.
Но слепая кровь меня томит
И во рту прохладный привкус мяты,
И как очертанья пирамид
Встали груди, что еще не смяты.
Пусть порыв мой страстный не высок,
Что мне делать, если захотело
Женских ласк горячих как песок
Жадное мое мужское тело?
Пламень крови, ты не золотой!
Ведь душа осталась несогретой,
И сейчас она стремиться к той,
Только плоть довольствуется этой.
И. А. Белоусову («Кто был душою молодым…»)Надпись на книге
Кто был душою молодым
И обладал певучим даром,
Тот на Земле гостил недаром: