Чем дальше они отъезжали от Лондонтауна, тем сильнее одолевали Ариану сомнения в правильности ее поступка. Отправляться в путь с мужчиной было безответственно. Этим поступком она, можно сказать, сжигала мосты, потому что теперь Лион несомненно откажется от нее и попросит короля Вильгельма расторгнуть их брак. От этой мысли на душе почему-то не теплело.
Они уже достигли окраин города, когда Ариана вдруг совершенно четко поняла: она совершила ошибку, согласившись бежать с Эдриком. Должно быть, она так расстроилась из-за Лиона и Забрины, что на время утратила способность рассуждать здраво.
– Эдрик, подождите. – Она натянула поводья, останавливая лошадь.
– Что, миледи? – Он развернул лошадь и подъехал к ней. – Мы уже выехали из города. Не бойтесь, по дороге на север остановимся в безопасном месте. Нас никто не выдаст.
– Вы не понимаете, – взволнованно воскликнула Ариана. – Я… я не могу ехать. Это неправильно. Что бы ни натворил Лион, я его жена. Бежать от него малодушно. Что, если… Что, если я ношу его ребенка?
Губы Эдрика сжались.
– Нужно было убить негодяя до того, как он осквернил вас.
– Он не осквернял меня, Эдрик. Я его жена. Вот уже пять лет.
– Да, жена, – горько промолвил Эдрик. – Есть ребенок или нет, Малькольм велит своему епископу признать ваш брак недействительным, чтобы мы с вами могли пожениться. Если вы родите, я буду воспитывать ребенка Лиона как своего. Обещаю.
Не дожидаясь ответа, он потянул за удила ее лошади, и Ариана была вынуждена схватиться за луку седла, иначе полетела бы на землю.
– Эдрик, прошу. Я передумала. Я не хочу в Шотландию. Я должна остаться в Англии с Лионом.
На этот раз она не даст себя уговорить делать то, о чем потом будет жалеть. Попытка отравить Лиона была самой большой ошибкой в ее жизни. И сейчас она поступала не намного лучше. Если повезет, она еще успеет вернуться в замок Вильгельма до того, как Лион обнаружит ее исчезновение.
– Слишком поздно, миледи, – сухо произнес Эдрик. – Я не могу позволить вам вернуться. Я хочу, чтобы вы стали моей женой, Ариана. Мы были помолвлены задолго до того, как Лион появился в Англии.
Ответ Арианы унес ветер, когда они на головокружительной скорости поскакали по изрезанной колеями дороге. Было очень темно, и мчались они так быстро, что, попытайся Ариана выпрыгнуть из седла, она рисковала бы разбиться насмерть. Все, что она могла, – это держаться изо всех сил за лошадь и молиться, чтобы Эдрик одумался, внял ее мольбам и позволил ей вернуться в Лондонтаун к Лиону.
Мириады мыслей и чувств проносились в голове Арианы во время безумной скачки сквозь черную ночь. Она дивилась тому, что поверила жестоким словам Забрины, что, поверив им, решила бежать сломя голову в ночь. Она чувствовала себя уязвленной, муж предал ее. Как мог Лион быть таким нежным с нею, а потом пойти и пригласить Забрину в Крагмер? Ему явно недостаточно одной женщины.
Нужно было оставаться в Лондонтауне, теперь она поняла это окончательно. Нужно было остаться и добиться, чтобы Лион отказался от Забрины. Зачем только она послушала Эдрика? Эдрик был ей нужен как друг, а не как муж или любовник. Она не хотела расторгать брак с Лионом. Почему же она не проглотила обиду и не стала бороться за то, что ей было нужно? А нужен ей был Лион. Она полюбила своего мужа, хоть и не желала это признавать. Полюбила нормандца, который пришел с Завоевателем, украл ее земли, дом… и сердце.
Поймет ли ее Лион, простит ли, когда она вернется, подавленно думала она. Да и сможет ли она вернуться? Эдрик явно полон решимости отвезти ее в Шотландию. Но она в не меньшей степени намерена вернуться к Лиону.
Ближе к рассвету Эдрик сказал:
– Уже далеко от города отъехали, можно и остановиться. Здесь неподалеку есть дом, там мы сможем переждать день. Пока не доберемся до Шотландии, ехать будем ночью.
Ариана не знала, где они остановились, и никто не сообщил ей названия этого места. Ее, едва стоявшую на ногах от усталости, прямиком провели в пустую спальню, а Эдрик остался, чтобы поговорить с английским лордом, который был явно одним из заговорщиков.
Почти сразу ей принесли поднос с едой, и Ариана жадно накинулась на угощение. Несмотря на страшную усталость, она начала планировать тайный побег и возвращение в Лондонтаун. Для этого, вероятно, пришлось бы похитить лошадь, не измученную дорогой, но сейчас было не до чистоплюйства. Отчаянное положение требует отчаянных мер. К сожалению, планы Арианы рухнули, когда она, освежившись, попыталась выйти из комнаты и обнаружила, что дверь заперта снаружи.
До рассвета оставались считанные минуты, и Лион вошел в комнату, которую делил с Арианой. Вильгельм сегодня был особенно разговорчивым, он отпустил Лиона, лишь когда над горизонтом показались первые лиловые блики. Король разрешил ему через неделю вернуться в Крагмер, поручив следить за тем, как развиваются события в Нортумбрии. Эдин и Моркар, северные английские лорды, все еще не покорились и были настроены решительно.
– Я боюсь, что в приграничных землях зреет бунт, – доверительным тоном сообщил Лиону Вильгельм. – Король Малькольм своенравен. Объединив мятежных баронов, он собрал большую силу. Возможно, и Эдрик Блэкхитский поддерживает Малькольма и встанет на его сторону, если начнется война. Ты единственный человек на севере, которому я могу доверять, Лион.
Лион хотел было рассказать Вильгельму, что поведала ему Забрина, но отказался от этой мысли. Вильгельм и так знал, какая каша заваривается на севере. Если упомянуть о разговоре с Забриной, придется рассказывать и об Ариане, а ему этого не хотелось.
– Готов служить, ваше величество, – горячо воскликнул Лион, – я исполню любые ваши приказания.
– Ступай спать, Лион. Боюсь, я тебя слишком задержал. – Они пожали руки и разошлись.
В комнату Лион вошел осторожно, не желая разбудить Ариану. Завтра будет достаточно времени для того, чтобы сообщить ей: через неделю они возвращаются в Крагмер. Свет единственной свечи, упав на кровать, явил его взору несмятое одеяло. Увидев пустую постель, Лион застыл как вкопанный. Потом осмотрел всю освещенную часть комнаты и негромко позвал Ариану. Не услышав ответа, поднял свечу, тщательно осмотривая самые темные углы спальни.
– Черт! – вырвалось у него. Куда могла запропаститься Ариана? Он знал, что она сердится на него, но не могла же сквозь землю провалиться, в самом-то деле. Терса должна знать, где она, подумал он и стремительно вышел из комнаты.
– У меня лихорадка, милорд, – крикнула через закрытую дверь Терса, когда чуть позже Лион разбудил ее. – Я не хочу вас заразить.
– Плевать на лихорадку, – загремел Лион. – Говори, где моя жена. Она с тобой?
Терса обрадовалась, что Лион не видит, как она трясется за дверью.
– Она в постели, милорд.
– Нет ее в постели.
– Она отправила меня спать, и после этого я ее не видела. Простите меня, милорд, я нездорова. Я… я ничего не знаю. Совсем ничего…
Лион сомневался, что Терса так уж невинна, как хочет показать, но, если женщина нездорова, изводить ее допросом было бы бессердечно. Нет, если понадобится, он сам перевернет вверх дном всю крепость, но найдет Ариану.
Именно это Лион и сделал. Он перевернул вверх дном всю крепость и, не обнаружив Арианы и даже не узнав, куда она могла подеваться, снова пришел к Терсе, прихватив с собой Белтана. На этот раз он бил в дверь до тех пор, пока бледная, перепуганная женщина не открыла.
– Спрашиваю еще раз: где моя жена, Терса? – Его сердце разрывалось от волнения. Понятно, что Ариана не могла вернуться в Крагмер – она не взяла с собой никого из слуг. И она не настолько глупа, чтобы отправиться в столь долгое путешествие одной, без защитника.
Терса смотрела то на Лиона, то на Белтана. Лгать им не хотелось, но она была намерена исполнить просьбу своей госпожи. Терса потупила взгляд.
– Я не знаю, милорд.
От ярости лицо Лиона побагровело. Он выведает правду у этой девицы, пусть даже придется ее поколотить. Хорошо зная необузданный нрав Лиона и опасаясь за здоровье Терсы, Белтан потянул своего друга в сторону и зашептал ему на ухо:
– Давайте я попробую. Со мной Терса заговорит. Я сумею убедить ее рассказать, где ваша жена.
Лион посмотрел на него исподлобья.
– Хорошо. Попробуй. Пусть она думает, что найти Ариану очень важно. Если у тебя не получится, придется применять силу. Другого выхода нет.
Белтан побледнел. Терса была ему небезразлична, и он не хотел, чтобы девушка пострадала. Белтан вернулся к двери, где Терса стояла вся сжавшись, как испуганный кролик.
– Ты должна рассказать нам, что тебе известно, – ровным, успокаивающим тоном произнес Белтан. – Лорд Лион обыскал каждую комнату в замке, и все впустую. Ты же знаешь, леди Ариану не могут найти. Но тебе ведь известно, где она, верно?
Терса испугано покачала головой.
– Терса, я не хочу, чтобы ты пострадала. Лорд Лион ни перед чем не остановится. Он может избить тебя, чтобы узнать правду, если ты будешь продолжать притворяться, что ничего не знаешь. – Он нежно прижал ее к себе и убрал волосы с ее лба. – Может быть, твоей госпоже грозит опасность. Ты ведь не хочешь, чтобы с ней что-то случилось?
– Нет! – выдохнула Терса. Когда на ней лежали руки Белтана, она не то, что говорить, дышать могла с трудом. – Я знаю, с госпожой ничего не произойдет.
– Откуда ты знаешь?
– Лорд Эдрик защитит ее. – Едва эти слова слетали с ее уст, она зажала рот рукой. Терса не собиралась ничего рассказывать, но Белтан смотрел на нее с такой нежностью, что сила духа покинула ее.
– Лорд Эдрик? – повторил Белтан. – Леди Ариана с лордом Эдриком? – Слова были произнесены достаточно громко, чтобы их услышал Лион.
Он похолодел – всегда подозревал: Ариана хочет Эдрика.
– Рассказывай, что тебе известно, Терса, – процедил Лион сквозь стиснутые зубы. Желваки его вздулись, кожа на щеках натянулась, глаза сделались холодными, зловещими.
Терса посмотрела на Лиона, и от страха у нее чуть не подкосились ноги. Она дала слово Ариане, что сохранит ее тайну, но как было сдержать обещание перед лицом разгневанного Лиона? Терса серьезно сомневалась, что кто угодно, хоть мужчина, хоть женщина, способен долго противостоять Нормандскому Льву.