Любопытным в свете последующих событий представляется документ ОУН, предназначенный для политического обучения («полiтичний вишкiл»), написанный, скорее всего, в 1942 г. В нем обозначается отношение украинских националистов к иноземцам («чужинцям»). В частности, в нем заявлялось: «Иноземцы в Украине создают опасность во время революции. Они будут стремиться к оккупации украинских земель. Будут стараться нас спровоцировать и направить восстание («зрив») Украинской Нации в несвойственное русло. Заданием нашим во время современной поры является следить за всеми движениями иноземцев. Нам необходимо узнать, что делают поляки, москали и прочие». И далее: «Все иноземцы готовятся нанести нам удар. Они хотят уничтожить наши наилучшие элементы. Нам их планы надо открыть и опередить. Во время восстания надо нам весь актив, весь руководящий элемент иноземцев уничтожить, а если будет такая необходимость, то[1012] и уничтожить всех иноземцев»[1013]. Очевидно, украинскими националистами в «обучающих» программах допускалась теоретическая возможность уничтожения иноземцевнеукраинцев в случае политической необходимости. Вероятно, этой возникшей с точки зрения лидеров ОУН на Волыни «необходимостью» и объясняется переход летом 1943 г. от планировавшегося изгнания поляков к фактическому курсу на их уничтожение.
В это время в Советской Украине отдельные поляки принимали активное участие в деятельности украинского бандеровского подполья[1014].
С 1942 г. на Холмщине польская полиция и активисты стали проводить нападения на активистов украинского национального движения, священников, интеллигенцию. В некоторых случаях украинцев уничтожали целыми семьями[1015].
Уже летом 1942 г. ОУН предупреждала поляков об ответственности за антиукраинские акции на Холмщине. В статье «По поводу Холмских событий» («З приводу Холмських подiї») украинские националисты предупреждали поляков: «Мы не зовем к отплате, ведь мы отдаем себе отчет, чем она в данный момент могла бы окончиться. Но, если убийцы («нищителi») думают, что нас таким способом уничтожат – то ошибаются»[1016]. В статье сами националисты признавали, что на Холмщине поляки уничтожают только «сознательное» украинское население. Когда украинско-польское противостояние распространится на Волынь, страдать от действий обоих сторон будет все население, не взирая на степень их национальной сознательности.
Летом 1942 г. ОУН еще не была готова к активным антипольским акциям даже чисто технически, так как не существовало никаких украинский вооруженных формирований, которые могли бы ответить на польские действия, но она оставляла за собой право действовать в соответствии с украинским интересами. Однако в скором времени ситуация изменится и украинские националисты на Волыни начнут осуществлять этническую чистку поляков.
Отдельные случаи нападения на польские села начались еще зимой 1943 г., но только в марте-апреле 1943 г. начались систематические нападения УПА на польские села. Первоначально атакам подвергались польские села и колонии, расположенные на севере и востоке волынских земель. На пасхальную неделю, третью декаду апреля, пришелся весенний пик нападений[1017]. Позднее волна нападений несколько спала. В конце июня – в июле 1943 г., когда казалось, что худшее для поляков уже прошло, началась новая волна нападений, еще более сильная, чем апрельская. В отличие от весенних акций, теперь нападения распространились и на Запад Волыни, в Луцкий, Владимирский и другие округа.
Как уже упоминалось, в марте 1943 г. около 5-6 тысяч украинских полицейских на Волыни покинули службу и бежали в леса в УПА. Однако очень быстро немцы набрали новую вспомогательную полицию из поляков. Эта полиция стала с особым рвением участвовать во всех немецких антиукраинских акциях, сожжениях сел и т. д. После этого украинские националисты стали обвинять поляков в антиукраинской деятельности, а свои нападения на польские села и колонии характеризовать как ответные акции.
Но когда и кем было принято решение об антипольской «акции»? Относительно того, когда и как было принято решение о проведении антипольских акций, и кто был инициатором этих действий, мнения в исторической науке расходятся. Расходятся мнения и в том, как оценивать волынский украинско-польский конфликт – как этническую чистку[1018] или как геноцид[1019].
Часть польских историков традиционно во всем обвиняет украинскую сторону, польская сторона предстает у них сугубо обороняющейся, а действия украинских националистов заранее запланированными[1020]. В свою очередь, часть украинских историков практически всю ответственность перекладывает на польскую сторону[1021]. Последний главнокомандующий УПА и видный деятель украинских националистов во время волынских событий (который, однако, в момент начала развертывания событий был не на территории Волыни, а на территории Советской Украины) В. Кук отрицал существование приказа УПА о чистке украинских земель от поляков[1022].
Когда было принято само решение? И кто был инициатором этнической чистки – Д. Клячкивский, проводник ОУН на ПЗУЗ, или центральный Провод ОУН? Точное время принятия решения об очистке Волыни от поляков является предметом оживленных историографических споров. По мнению В. Филяра, решение о проведении антипольских акций было принято руководством ОУН еще в конце 1942 г. и окончательно оформлено на ІІІ Конференции[1023], хотя у ОУН уже до войны существовали планы выселения поляков с Волыни[1024]. Он приводит свидетельства, что украинские националисты еще в 1942 г. начали одиночные нападения на польские села на Волыни, жертвами которых становились десятки мирных людей[1025]. По его мнению, действия украинских националистов во время войны были целенаправленными и неслучайными[1026], а поляки были, безусловно, обороняющейся стороной[1027]. Такого же мнения придерживается Е. Семашко. Она считает, что решение об уничтожении поляков было принято на ІІІ Конференции ОУН-Б, а сами нападения на польские села в массовом порядке начались еще раньше – осенью 1942 г.[1028]. Убийство поляков она однозначно расценивает как геноцид[1029]. Мнение о том, что ОУН приняла решение об устранении всех поляков с украинских земель в начале 1943 г., разделяет и К. Бергкофф[1030].
В. Филяр высказал предположение, что на ІІІ Конференции ОУН-Б было принято решение о начале «национальной революции», а краевым проводам давалась возможность выбора форм борьбы в зависимости от ситуации. На Волыни этой «свободой рук» Д. Клячкивский воспользовался для борьбы с польским населением[1031].
Известный польский исследователь украинско-польского противостояния Г. Мотыка полагает, что, возможно, на ІІІ Конференции ОУН-Б было принято решение выселить польское население из Волыни, а местное руководство ОУН на Волыни между февралем и июнем 1943 г. приняло решение без предупреждения ликвидировать польское население, поскольку полагало, что в противном случае, если бы УПА стала предупреждать поляков и распространять листовки с призывом покинуть Волынь, то поляки оказывали бы сопротивление, и это сильно осложнило бы работу по выселению поляков. По его предположению, решение о начале антипольской акции на Волыни было принято тремя людьми – проводником ОУН на ПЗУЗ Д. Клячкивским, войсковым референтом В. Иваховым – «Сомом» и одним из руководителей отрядов УПА И. Литвинчуком – «Дубовым»[1032].
Агентурное донесение советского агента «Ярослава» о І Войсковой конференции ОУН-Б дает нам возможность прояснить вопрос истоков решения о польской чистке. Конференция состоялась в октябре 1942 г. На ней присутствовали: исполняющий обязанности проводника («урядуючий провiдник») ОУН Н. Лебедь, военный референт при проводе ОУН Д. Грицай-«Дуб», офицер по специальным поручениям при военном референте провода ОУН И. Климов-«Легенда», военный референт ОУН края «Запад» Л. Павлишин-«Вовк» и военный референт края «Север» Ивахов-«Сом»[1033]. «Ярослав» так характеризовал отчет военного референта ОУН на ПЗУЗ Ивахова: «Краевой провод «Север» несколько раз обращался в провод ОУН за разрешением начать борьбу против немцев и поляков (sic!), в чем провод всегда отказывал. Он же, «Сом», и в настоящее время хочет довести это дело вместе с проводом до логического конца»[1034]. Таким образом, идея о том, что необходимо начинать бороться против поляков (равно как и против немцев), выдвигалась Краевым проводом ОУН на ПЗУЗ еще до осени 1942 г.
Комиссия, созданная после І Войсковой конференции, в своих «требованиях военного командования ОУН»[1035] в разделе, посвященном полякам, постановляла: «Через своих пропагандистов обратить внимание Польши, что их смертельным врагом являютсянемцы, которые постепенно колонизируют их земли. Обещать Галицию и Волынь, чтобы ослабить их чин