Мэри Стюарт.
Мадам, вы будете говорить?
— Один из моих агентов в больнице! Ключицу собирают под микроскопом. У второго сотрясение мозга, — шеф агентуры Кирина вперился суровым взглядом в майора Красса. — Может быть, объясните, что на самом деле происходит?
Майор воспринял всплеск эмоций Джер-Мара флегматично. Хотя обычно шеф, громогласный и потрясающий в воздухе кулаками, производил неизгладимое впечатление.
— Вам не следовало оставлять княжну без присмотра.
— С ней были трое агентов! Она зачем-то скрыла, что понимает вселингву! У нее на лбу княжеское происхождение не написано. А вы, вместо того, чтобы говорить по существу…
— Я говорил по существу. Вам была дана исчерпывающая информация, — парировал Красс. Джер-Мар фыркнул:
— Ха! Когда это она стала исчерпывающей? Не думайте, что я буду молчать, если вы начнете вешать на нас всех собак!
— Это тайная операция, — напомнил Красс. — И правительство заинтересовано в том, чтобы она оставалась тайной.
— Хотелось бы, чтобы не только у меня голова болела по этому поводу, — буркнул шеф агентуры. — Забирайте княжну и пусть посольский корпус с ней мучается.
Свидетелями начальственного спора были пятеро человек: супруги Стоун и Яна Лис, безучастно заглядывающая в окно, как будто ее весь этот разговор совершенно не касался, а также парочка непременных провожатых майора Красса — Мятые Уши и его молчаливый спутник. Чтобы как-то обозначить его, Яна решила называть его про себя Молчуном. Проще, когда у каждой важной фигуры на шахматной площадке есть свое имя — настоящее или нет. Главное, что именно эти двое постоянно следуют за Крассом, а остальной десяток подчиненных майора дожидается распоряжений где-нибудь неподалеку. Яна знала, что они где-то в Агентуре, но где именно — не имела ни малейшего понятия. Видимо, разглашение информации об их базе тоже сохранялось в секрете в интересах дела.
Мятые Уши был мрачен. Он все же забрался в канализацию, не обращая внимания на попытки его образумить. За ним пришлось лезть Нику, потому что кто-то должен был приглядеть за слишком ретивым разведчиком. Ну и еще десяток людей мотались за ними полчаса по вонючим тоннелям. После таких прогулок кабинет шефа наполнился весьма сомнительными ароматами, хотя оба участника подземной эскапады успели переодеться и принять душ; у обоих все еще влажно блестели волосы.
Яна дожидалась прилета «скорой помощи» и незадолго до брифинга вернулась из больницы. Именно она и принесла новости о Мэй-Мэе и Дереке. МакМиллер, остававшийся в сознании, заторможено реагировал на происходящее, так что Яна настояла на обследовании; к счастью, серьезных повреждений не было выявлено, но сотрясение мозга имело место быть…
В больницу порывалась поехать Рина, но вынуждена была остаться с княжной.
Опрос сотрудников гостиницы ничего не дал: никто не видел незнакомца, не мог сказать, когда он появился в здании. Записями видеокамер завладели разведчики и пока не разглашали результатов… собственно, их активное вмешательство в расследование и стало последней каплей в чаше терпения шефа киринской агентуры. Джер-Мар рвал и метал… но сразу было ясно, что выгнать разведчиков с планеты он не сможет, пока не отыщется Тьер.
— Если все так озабочены межпланетным скандалом, почему вы сразу не сказали про княжну, а начали втирать про этого вашего супершпиона?
— Он не шпион, — возразил Красс, легко уходя от основной темы. Джер-Мара такой поворот разговора не устроил.
— Это не ответ на вопрос! — вспылил он.
— Возможно, господа разведчики собирались поймать Тьера на живца, — предположила Яна, по-прежнему глядя в окно.
— Спасибо, агент Лис, а то я все никак не мог сформулировать!
Яну недовольный тон начальства и цепкий взгляд майора не смутили. Она обернулась к Джер-Мару и добавила:
— Чего я пока не могу понять — зачем Тьер так настойчиво пытается убить княжну. Прорваться в гостиницу после того, как он выдал себя и заведомо знал о том, что скоро будет подкрепление…
Джер-Мар взглянул на Красса. Тот помолчал, потом проговорил:
— Дело весьма деликатное.
— Любое внешнеполитическое дело деликатное. Говорите уж как есть.
— Тьер какое-то время пребывал на Шаршанне. У нас были подозрения, что он связан с лальскими династистами. Поэтому когда княжна пропала, а Тьер вдруг объявился на пограничной планете Федерации, легко было сложить два и два.
— Что-то я ничего не понял, — подал голос Ник, за что удостоился презрительного взгляда со стороны Мятых Ушей. На его лице так и читалось недовольство бесполезной потерей времени.
— Лалль и Шарашанна — это две колонии выходцев с Увертюра, надеюсь, это тебе известно, Стоун? — раздраженно поинтересовался Джер-Мар; история планеты, которую назвали при открытии Увертюром, была известна всем в Федерации, поскольку стала причиной внешнеполитического конфликта. К тому моменту, когда жители расширяющей границы Федерации наткнулись на пустую планету, богатую минералами, следы цивилизации практически стерлись с ее поверхности. Планета выглядела совершенно безжизненной и лишь когда начались разработки в кратерах стали находить рукотворные предметы и следы построек, погребенных под пеплом и вековыми наслоениями… А еще через какое-то время Федерация получила весьма резкое требование освободить планету, официально являющуюся культурным памятником для населения Шаршанны и Лалля… точнее сказать, не столько памятником, сколько кладбищем, оставшимся после глобальной катастрофы. Планету пришлось оставить, поскольку Федерация уже вступила в Межпланетную Организацию Мира и ратифицировала Пакт 2260, согласно которому не допускается колонизация планет, где существует цивилизация, независимо от уровня ее развития.
— На Шаршанне правит княжеский дом Номинэ, на Лалле — потомки другой династии. Обе претендуют на главенство и считают остальных — самозванцами. На этой почве планеты находятся в постоянном конфликте… Лалльские династисты…
— Пытаются саботировать брак княжны Номинэ с наследным князем Лалля Днкмаром Справедливым, — завершил Красс. Ник присвистнул.
— Остается только вопрос, как Тьер умудрился впутаться в чужую политику, — пробормотала Рина; но на это замечание майор предпочел не реагировать.
— Не знаю, что вы ей сказали, но княжна ультимативно потребовала вас к себе в телохранители на время ее пребывания на Кирине.
— Ну, так передайте ей, что мы не работаем в частном порядке! — раздраженно отозвался за супругу Ник; ему хватило переживаний и во время перестрелки в гостинице. Но Джер-Мар отрезал:
— Пока она на Кирине, мы будем плясать под ее дудку. Не хватало мне еще политического скандала.
— Но ведь вам Тьер нужен по другой причине, — полуутвердительно спросила Яна у Красса. Все обернулись к ней. Яна повела плечами — то ли пыталась показать, что это очевидно, то ли просто ежилась под пристальными взглядами.
— Он нужен вам живым. Вряд ли чтобы выдать шаршанскому княжескому дому для справедливой казни. У него есть какая-то информация…
— Не любите исполнять приказы, агент Лис? — спросил майор Красс как будто мирно. Яна снова дернула плечом.
— Не люблю, когда меня используют в малопонятных мне целях.
— Я бы с удовольствием отстранил вас от дела вовсе, если бы господин Мар не настаивал на вашей незаменимости, — сообщил Красс; Яна вскинулась, и майор добавил, как будто для установления справедливости: — Впрочем, агента МакМиллера следовало бы отстранить тоже.
— Вряд ли вы всерьез подозреваете нас в шпионаже в пользу Лалля или Шаршанны, — хмыкнула Яна. — Что же может нас объединять с Тьером, кроме политической неблагонадежности?
— Если вы в чем-то обвиняете моих сотрудников, извольте сформулировать основание четко и ясно, — вмешался Джер-Мар, пресекая дальнейшее нарушение субординации. Яна умолкла. Рина нахмурилась и что-то прошептала Нику, тот быстро взглянул на шефа, но промолчал.
— Агент Лис права, с точки зрения Федерации скандал с шаршаннской княжной не самый важный. Во всяком случае, пока княжна жива и здорова. Будем надеяться, что так будет и дальше. Но Тьер не ограничивается внешней политикой. Он социопат. И как вы успели заметить, у него хорошая подготовка.
— Уж не в одном ли из наших ведомств он ее проходил, — пробормотала Рина негромко, но Красс услышал.
— В Федерации достаточно организаций, готовых создавать суперсолдат с целями далеко не альтруистическими.
— Какие же цели были у тех, кто готовил Тьера? — спросил Джер-Мар, которому уже надоели эти хождения вокруг да около.
— Тьер специалист по терактам планетарного масштаба. Но есть тенденция к развитию.
— То есть?
— Мы думаем, он хочет столкнуть центр и периферию. Совершить переворот за счет колоний. Не обижайтесь, но вы ведь не будете отрицать, что Кирин не образец лояльности Земле.
— Кирин отсылает в федеральный бюджет все требуемые налоги. Я бы не сказал, что это — не лояльность.
— Но местное население настроено весьма радикально, — спокойно, без вкрадчивости или очевидного давления, заметил Красс. — Теперь посмотрите на ситуацию со стороны… Отношения с Шаршанной натянуты.
— Да, мы слышали о конфузе с похищенным послом, — сказал Ник. Красс едва заметно качнул головой.
— Дело не в том, что посла похитили. Дело в том, что во время похищения он находился в экипаже княжны Номинэ…
Джер-Мар недоверчиво уставился на майора.
— Уж не хотите ли вы сказать, что его выставили с планеты за шашни с нашим бледным мотыльком?
— Я даже не удивлюсь, если она не слишком сопротивлялась похищению, — кивнул Красс.
— Идиотизм какой-то, — буркнул Джер-Мар.
— И теперь, если княжну убьют на Кирине, возникнет резонный вопрос — почему Тьер выбрал именно эту планету?
— Мы находимся на границе, — вмешался Ник. — Почему должны быть особые причины?
— Потому что Тьеру пришлось сделать крюк и миновать Пыльную туманность, чтобы сюда добраться. Вместо того чтобы лететь на Эвиальту или Кассандру.