Пишу и вздрагиваю: вот чушь-то!
Неужто я против законной власти?
Время спасет, коль они неправы.
Мне хватает скандальной славы.
Но плохая политика портит нравы,
Это уж — по нашей части.
(Собрание сочинений в 4-х томах, 1992, т. 2, стр. 31)
Да, "плохая политика портит нравы" — поэтому поэт не должен чураться ее. Но и обратная связь — каким образом нравы влияют на политику, на ход истории — вызывает у Бродского горячий интерес. Ибо человеческая история — это тоже часть мироздания, и она тоже полна тайн, вглядываться в которые поэт считает своим долгом. Марксистское истолкование истории, которое было обязательным для всех советских граждан, не вызывает у Бродского возражений — оно для него просто не существует. Он отделывается от всех многотомных собраний классиков марксизма-ленинизма шуткой в стихотворении "Письмо в бутылке":
Адье, утверждавший "Терять, ей-ей,
Нечего, кроме своих цепей".
И совести — если на то пошло.
Правда твоя, старина Шарло. (т. 1, стр. 365)
Как связаны порывы человеческой души с невидимым током мировой истории? Насколько чудо веры Авраама, занесшего нож над собственным сыном, отражено в истории еврейского народа (поэма "Авраам и Исаак")? Как вплелись страсти Марии Стюарт, Елизаветы Английской, Джона Донна в судьбу сегодняшней Англии? Как православие и эллинизм окрасили тысячелетнюю историю России? Вот тайны исторического бытия, которые волнуют поэта, в которые он вглядывается с той отвагой, на которую у нас часто не хватает духа.
А почему не хватает?
Да потому, что если допустить, что такая связь существует, то нужно будет принять и на себя какую-то часть ответственности. Больше нельзя будет сваливать все беды собственной страны на злых и глупых правителей. Придется расстаться с удобной невиноватостью — этой утешительной спутницей политической несвободы.
В свободном государстве ощущать себя гражданином своей страны — естественное и нормальное состояние для человека. В государстве несвободном на это требуется нешуточное мужество. И Бродский это мужество демонстрировал многократно в стихах и в жизни. Ибо для него отказаться от своей принадлежности к судьбе своего народа означало бы страшное самооскопление. Вслед за Лермонтовым мог бы он сказать: "Люблю отчизну я, но странною любовью..." Это слово — отчизна, отечество — мелькает довольно часто уже в ранних стихах.
Осужденный "тунеядец", сидя в далекой северной деревне, взывает к своим соотечественникам, пытаясь объяснить свой интерес к мировой истории:
С другой стороны, пусть поймет народ,
Ищущий грань меж добром и злом:
в какой-то мере бредет вперед
тот, кто по виду кружит в былом.
("Письмо в бутылке", т. 1, стр. 364)
Но он способен и перейти от объяснений к прямым обвинениям:
Я люблю родные поля, лощины,
реки, озера, холмов морщины...
Все хорошо, но дерьмо — мужчины:
в теле, а духом слабы.
Это я верный закон накнокал.
Все утирается ясный сокол.
Господа, разбейте хоть пару стекол.
И как только терпят бабы.
("Речь о пролитом молоке", т. 2, стр. 37)
Вообще говоря, поэт — единственный человек, который никогда не может "изменить родине". Ибо его родина — родной язык, с которым он связан на всю жизнь. Но и эта сфера может перестать быть только полем поэтического поиска и словотворчества и превратиться в борьбу за элементарные основы языка. Коммунистическая пропаганда узурпировала почти все высокие слова, какие только есть в русском языке: долг, совесть, честь, верность, справедливость, смелость. И люди, чуткие к чистоте речи, старались не употреблять этих слов вообще, чтобы не участвовать в лжи и лицемерии режима. Но Бродский демонстрирует такое бесстрашие и смелость в обращении с языком, что мы верим ему, даже когда он в стихотворении "На смерть Жукова" (1974, т. 2, стр. 347) возвращает нам самое, казалось бы, затасканное слово — "родина". ("Родину спасшему, вслух говоря...")
Знаменитое стихотворение "Остановка в пустыне" начинается строчками "Теперь так мало греков в Ленинграде, / что мы сломали Греческую церковь" (т. 2, стр. 11). Некоторые поклонники Бродского были разочарованы этим стихотворением. "Что значит "мы сломали"? Не нужно было бы даже менять размер строки, чтобы сказать — "вы сломали". Но в этом и состоит ключевая разница между подходом среднего интеллигента и чувством поэта. Бродский брал на себя смелость "быть причастным".
"Остановка в пустыне" кончается образом поэта, устремляющего свой взор во тьму грядущего:
Сегодня ночью я смотрю в окно
и думаю о том, куда зашли мы?
И от чего мы больше далеки:
от православья или эллинизма?
К чему близки мы? Что там, впереди?
Не ждет ли нас теперь другая эра?
И если так — то в чем наш общий долг?
И что должны мы принести ей в жертву? (т. 2, с. 13)
Это стихотворение было написано в 1966 году. Двадцать пять лет спустя в России наступила "другая эра". Стихи, статьи, эссе Бродского печатаются огромными тиражами, его имя стало в ряд с крупнейшими поэтическими именами русской литературы XX века. Но находят ли его слова сегодня такой же отклик, какой они находили в сердцах людей нашего поколения?
Поэт, конечно же, не может ничему учить. Он приобщает нас к тайнам мироздания, используя колдовское искусство владения языком. Но на каком-то глубинном, метафизическом, несловесном уровне он еще и дает пример — пример отваги. Хотелось бы надеяться, что и в сегодняшней России читатели Бродского смогут почерпнуть у него заряд мужества и спросить себя со всей серьезностью об этой наступившей "другой эре": "В чем наш общий долг? И что должны мы принести ей в жертву?"
Об авторе
Ефимов Игорь Маркович (1937 г.р., Москва) - писатель, философ, издатель. Эмигрировал в 1978 году, живёт с семьёй в Америке, в Пенсильвании. Автор одиннадцати романов, среди которых "Зрелища", "Архивы Страшного суда", "Седьмая жена", "Пелагий Британец", "Суд да дело", "Новгородский толмач", "Неверная", а также философских трудов "Практическая метафизика", "Метаполитика", "Стыдная тайна неравенства", и книг о русских писателях: "Бремя добра" и "Двойные портреты". В 1981 году основал издательство "Эрмитаж", которое за 25 лет существования выпустило 250 книг на русском и английском. Преподавал в американских университетах и выступал с лекциями о русской истории и литературе. Почти все книги Ефимова, написанные в эмиграции, были переизданы в России после падения коммунизма. Более подробную информацию можно получить в www.igor-efimov.com.
Указатель имён
(Номера страниц соответствуют книжному изданию, Москва: ЗАХАРОВ, 2005)
Абрамов Ф. А. - 39
Авраам - 104, 105, 169, 173
Агеев Л. - 14
Адмони В. - 17
Аксёнов В. П. - 50
Акулов (дирижёр) - 71
Александров А. - 14
Алексеева Л. - 16
Аллой Р. - 92
Альенде С. - 53
Амин Иди - 79
Амундсен - 166
Андерсон Д. - 116
Анненский И. Ф. - 141
Анненский Л. А. - 75-77
Антонов С. П. - 69
Ардов М. - 154
Аристотель - 56
Архимед - 100
Ахматова А. А. - 5, 9, 19, 32, 78, 102, 107, 110, 112, 141, 151
Базунов О. - 14
Байрон Д. - 125, 172
Бакинский В. В. - 14
Баух Е. - 72
Бахтин М. М. - 165
Бен Г. - 72
Бенуа А. Н. - 152
Берберова Н. Н. - 159
Берг Р. - 15, 16, 17
Берия Л. П. - 31, 32, 98
Битов А. Г. - 14, 19, 149
Блок А. А. - 119, 141
Бобышев Д. - 14
Богданов - 65
Бондарев Ю. В. - 39
Ботичелли С. - 171
Брежнев Л. И. - 41
Бродский И. И. - 48
Булгаков М. А. - 34, 41, 69, 78
Бурцев (критик) - 38
Бухарин Н. А. - 32
Вахтин Б. Б. - 17
Вейль Э. - 148
Вергилий - 107, 120, 146
Вестморленд У. - 102
Вигдорова Ф. А. - 16, 26, 115
Вилин А. - 14
Вирен В. - 78
Воеводин В. - 16
Воеводин Е. В. - 12, 13, 14, 16, 110, 115
Волков С. - 92, 113, 151-56
Волкова М. - 171
Вольф С. - 14
Воробьёва М. - 151
Воронов (редактор) - 51
Ворошилов К. Е. - 80
Воскобойников В. - 14
Вяземский П. А. - 140
Гавел В. - 131
Галансков Ю. - 50
Гален - 106
Галушко Т. - 14
Гандельсман В. - 123, 124, 138-45
Гарро Е. - 128
Гарро Э. - 128
Геббельс Й. - 109
Гейченко С. С. - 64
Генис А. А. - 152
Герасимов А. М. - 80
Гёте В. - 106, 164
Гинденбург П. - 102
Гинзбург А. - 50, 79
Гитлер А. - 40, 102, 109, 133
Глебова Л. - 14
Глозман Г. - 14
Гоголь Н. В. - 102, 136, 170
Гомер - 154
Горбаневская Н. - 37
Горбовский Г. Я. - 14, 152
Гордин М. А. - 14
Гордин Я. А. - 11, 14, 21, 43, 95, 118, 126, 131, 149, 150
Городницкий А. - 14
Горький А. М. - 72
Гофман (лётчик) - 54, 59
Гранин Д. А. - 14-17
Грачёв Р. И. - 14, 29, 152
Грибанов А. - 124, 125
Грибоедов А. С. - 34, 125
Грин Т. - 135
Грин Э. - 40
Груши И. - 47
Грудинина Н. - 17
Губин В. А. - 14
Гус Ян - 47
Гюго В. - 172
Даглас Ш. - 149
Данини М. - 14
Даниэль Ю. - 50, 159
Дановский Л. А. - 125, 126
Данте - 102, 141, 165, 172
Дериева Р. - 124, 126, 127, 128, 138-45
Джимбинов С. - 72
Дикинсон Э. - 72, 114
Диккенс Ч. - 98
Длуголенский Я. - 14
Довлатов С. Д. - 17, 50, 85, 154
Донн Джон - 23, 101, 103, 104, 112, 145, 162, 169, 173
Достоевский Ф. М. - 72, 89, 131-33
Друзин Н. - 126
Душкова Л. - 47, 82
Дьяков Б. А. - 55