Сейчас, спустя почти двадцать часов, Джон стоял и смотрел на закат, и ждал. Ночь Кровавой луны — время, дарующее почти безграничную силу Волкам, время, когда кажется, что все возможно, что нет преград и ничто не в силах остановить тебя перед твоей целью, какой бы недостижимой она не казалась. Обычно именно в это время в кланах Волков совершались обряды инициирования чистокровных Волков, в основном это женщины, чьей судьбой было стать волчицей, способной подарить сильное потомство, и лишь изредка в клан принимали тех, кто узнал тайну, кто доказал, что достоин присоединиться к сильнейшим мира всего — обычного человека.
Чаще, конечно, узнавшего тайну Волков, что они существуют, а не являются страшилками из бабушкиных сказок, убивают, чтобы больше никто не узнал о них. Да, Волки строго блюли тайну.
Но сейчас ничего не имело смысла, именно в данный момент главным для Джона было лишь то, что в руках Сайруса находилась та, кому он навсегда отдал свое сердце, та, ради кого он готов был отдать свою жизнь, лишь бы спасти ее.
— О чем задумался? — пока Блэк был погружен в свои мысли, он не заметил, как к нему подошел Джек.
— Да так, ни о чем. — Мужчина тряхнул головой, прогоняя тревожные мысли. — У вас уже все готово?
Джек кивнул:
— Да, осталось всего пара мелочей. Если все пройдет так, как мы задумали, то обойдется без жертв.
— А если…
— А если не по плану, тогда кранты может прийти всем. — Виллоу чуть нахмурился. — Как думаешь, что на уме у старикана?
— Даже и предположить боюсь. Но не думаю, что он жаждет моей смерти, скорее, если я не стану сговорчив, это будет необходимость… Для него. Как бы там ни было, но он вырастил меня как родного, и мне будет жаль, если придется его убить.
Джек снова кивнул:
— Понимаю, но, думаю, если понадобится, ты его все же прикончишь, иначе сам будешь кормить червей в земле.
— Твою мать, Виллоу, умеешь же ты поднять настроение, — недовольно отозвался Джон, поворачиваясь лицом к собеседнику. — Ник занял позицию?
— Да. Точка удобная и просматриваемая, но его заметить будет сложно, тем более, что у Охотников нет такого обоняния, как у нас, так что у нас есть преимущество.
Джон потер рукой подбородок с трехдневной щетиной, взгляд снова стал задумчивым. На некоторое время воцарилась тишина.
— А что Майк?
— Он тоже готов. Что на счет твоего дружка? — Джон вопросительно приподнял левую бровь. — Я про Рэдворда.
— Он сказал, что поможет нам. Надеюсь, он не обманет.
— Да уж, будет очень фигово, если он все же более предан Сайрусу, чем хочет показать. Что, если он предаст тебя, Блэк? — Джек в ожидании чуть прищурил глаза, внимательно следя за Джоном.
— Тогда мне придется убить его, ибо я не приемлю предательства. Даже если меня предаст лучший друг, этого простить я, увы, не смогу. Не зря Охотники всегда являлись одиночками — нам нельзя дружить, чтобы не познать боль от потери и шанса, что тебя могут предать в самый ответственный момент.
— Понимаю. А что на счет твоего напарника?
— Я с ним поговорил и убедил, что ему лучше остаться в стороне от всего, что сейчас происходит. Все-таки он обычный человек, а не…
— А не монстр, как мы. — закончил за него Джек, понимающе кивая.
— Да. Он — не мы. И для него может быть опасным помогать нам в этом деле. Кто знает как обернется вся эта ситуация, а мне совершенно не хочется, чтобы Стив пострадал по моей вине. — Блэк мотнул головой, словно пытаясь отогнать подальше мысли о напарнике, но что-то в душе не давало ему покоя, что-то тревожило. Только вот что, он так и не мог понять. — Ладно, не будем об этом, скоро состоится встреча с Главой Ковена, и мне крайне любопытно, что он желает мне поведать.
— Меня тоже разбирает любопытство, — понимающе ухмыльнувшись, согласился с ним Джек, засовывая руки в карманы джинсов, чтобы достать оттуда пачку сигарет и зажигалку. — Хочешь? — спросил он у Джона, мрачно покосившегося на него.
— Нет, — хмыкнул тот, — такой фигней не балуюсь.
— Ну как знаешь, — непринужденно пожав плечами, фыркнул Джек, прикуривая сигарету. — А я не прочь этой, как ты выразился, фигней побаловаться. — Джон хохотнул, но промолчал. Он и так понимал, что эти ничего не значащие разговоры, это всего лишь напряжение, которое они пытаются сбросить, ведь каждый из них уверен, что встреча не пройдет чинно и мирно, скорее всего будет битва. Жестокая битва, в которой могут многие погибнуть.
Сумерки спустились незаметно, на небе уже воссияла серебристая луна, знаменуя о том, что всего через несколько минут начнется то, чего почти все Волки ждут — наступит Ночь Кровавой луны.
Джонатан вышел на поляну, на которой и была назначена встреча с Сайрусом — вокруг стояла мертвая тишина, и кроме самого Джона тут более никого не наблюдалось. Хм, интересно, где же Глава Ковена?
Блэк глянул на наручные часы, которые показывали без одной минуты полночь, и как только циферблат показал двенадцать ночи на поляну вышел тот, кто и затеял все это — Сайрус, Глава Древнего Альрийского Ковена Охотников, один и Старейшин, тот, кому сейчас бы Джон перегрыз глотку собственными зубами, даже не прибегая к своей новоприобретенной силе, а рядом с ним, идя на коротком поводке шла… Эмили?!! Да, сомнений быть не могло, это была именно она. Руки девушки были связаны за спиной, одежда, что была на ней, когда Джон в последний раз ее видел, висела клочьями, словно… Ее пытали? Издевались? И… Неужели его Лайару били? Если это так, то Блэк самолично уничтожит того, кто это сделал с ней! Лично, мать его!!
Девушка, заметив на поляне того, о ком думала последние дни, дернулась было к нему, но поводок на ее шее только туже затянулся, работая как удавка. Горло тут же сдавило, но не на столько, чтобы перекрыть поток воздуха, но все же от резкой нехватки кислорода, Эми открыла рот, чтобы глотнуть вожделенного воздуха, а голова резко закружилась, из-за чего она осела на землю.
— Ну-ну, малышка, не стоит делать резких движений, иначе ты сама же себе навредишь. — усмехнулся старик, глядя на девушку сверху вниз, затем, переведя взгляд на Джона, зло взирающего на эту картину, поприветствовал его: — Здравствуй, сын мой. Наконец-то ты соизволил вернуться. Но, признаться, я ждал что ты сам ко мне придешь. Скажи, почему ты не явился ко мне сразу, как только я с тобой связался ментально? Неужели ты так испугался меня, мой мальчик? — в голосе Сайруса сквозила насмешка, а глаза взирали на Блэка с явным превосходством.
— Нет, — зло, словно выплюнув эти слова, отозвался Джон, — я тебя не боюсь.
— Ну да, ну да, — чуть кивнув, согласился с ним Глава. — Страх — это не про тебя, да, мой мальчик? Ты никогда и никого не боялся. Хотя… Думаю, за свою Лайару ты все же боишься. Я прав?
Глаза Блэка зло прищурились, но сам мужчина промолчал. Да и что тут можно было сказать, если Сайрус был прав — Джон очень переживал за Эми. И, как видно, не зря!
Девушка, сидя на коленях, только сейчас смога более-менее прийти в себя, и теперь, взирая глазами полных ужаса, наблюдала за мужчинами, безмолвно открывая рот, словно пытаясь что-то сказать. Еще бы знать что именно? Девушка снова дернулась в сторону Блэка, но поводок снова не дал ей это сделать.
— Сидеть! — словно обычной собаке скомандовал Сайрус, зло пнув девушку по ноге, от чего она скривилась от боли, но так и не произнесла ни единого звука. Неужели старик лишил ее голоса?
— Не смей ее трогать! — закричал Джон, делая несколько шагов по направлению к ним, но Сайрус, подняв руку вверх, остановливая его.
— Еще шаг, и твоя девочка умрет. Ты знаешь, сын мой, что мне ничего не стоит прикончить твою зазнобу — я не стану о ней жалеть, мне будет жаль лишь того, что вместе с ней погибнешь и ты! Ты не сможешь смириться с ее смертью, поэтому тут же станешь атаковать меня, в следствии чего погибнешь. Это, разумеется, твой выбор, но я очень хотел бы всего этого избежать. Нужно лишь повиноваться. — Глава Ковена тепло улыбнулся, протягивая руку Джону: — Вернись домой, займи полагающееся тебе по праву место, стань моим Охотником, и я оставлю жизнь твой девчонке. Вы сможете спокойно жить тут, в нашей скромной обители, и, конечно же, заводить свое потомство.
— Звучит так, словно ты хочешь, чтобы мы сношались как кролики, а затем отдавали своих детей тебе на воспитание, чтобы ты вырастил из них новых Охотников.
— Верно, именно этого я и хочу. Чем, скажи мне, плоха своя собственная армия из НАСТОЯЩИХ Охотников? Не тех, кого взяли маленькими для прохождения обряда, а тех, кто родился с ним, кому суждено стать сильным и великим Охотником? Это ведь чудо, если ребенок уже рожден с Даром! — в голосе Сайруса было столько неприкрытого восхищения, что Джон в ужасе отшатнулся.
— Ты в своем уме, старик? Моя Лайара не сучка для случки, она женщина, ради которой я готов на все, и даже больше…
— А ты готов ради нее умереть, Джон? Готов отдать свою жизнь, чтобы спасти ее?
— Я… — начал было он, но его перебили.
— Молчи, Блэк. Неужели ты не видишь, что тебя провоцируют? — произнес чей-то низкий глубокий голос.
Из-за деревьев на поляну вышел мужчина в черно футболке и джинсах.
Сайрус сперва напрягся, но потом тут же расслабился и усмехнулся:
— А-а, Виллоу. Вот уж не ожидал тебя тут увидеть, блохастая дворняга. И что тебе тут понадобилось? — он перевел взгляд с только что прибывшего мужчины на Блэка. — Или это ты его позвал? Вот уж не подумал бы, что ты привел с собой подмогу.
— Я не… — начал было Джон, но одним движением руки Сайрус заставил его замолчать.
— Это не имеет значения, Джонатан. Важно лишь то, согласен ли ты вернуться ко мне или же нет. И не забывай, что от твоего ответа зависит жизнь твоей рыжеволосой девчонки. — Старейшина злорадно улыбнулся, словно предвкушая дальнейшие действия своего воспитанника — он сдастся.
Но все же ответ Блэка его немного удивил:
— Нет, я не вернусь, но и не позволю тебе обидеть мою Лайару. И еще, я не звал его сюда. — Блэк кивнул на мужчину, стоящего сейчас рядом с ним. — Я даже не понимаю для чего он сюда явился.